Москва. Три часа ночи. Город спал тревожным сном, и даже фонари мигали с виноватым выражением на лицах. В обшарпанном кабинете на втором этаже бывшего ОВД, который теперь арендовал частный детектив Алексей Коваль, зазвонил телефон. Точнее, телефон не зазвонил, а издал звук, похожий на стон человека, которому наступили на больную мозоль. Тараканы на подоконнике синхронно подняли головы и уставились на аппарат с профессиональным интересом.
Коваль снял трубку. На другом конце провода была женщина. Голос дрожал, но не от страха, а от какого-то внутреннего смятения, которое Коваль за двадцать лет работы в органах научился определять с первого вздоха.
Слушаю. Коваль. Если вы по поводу кражи велосипеда, то это не ко мне, у меня самого вчера зажигалку украли.
Женщина заговорила сбивчиво. История была из тех, что не укладываются ни в один протокол.
Так. Стоп. Давайте я переведу вашу ситуацию на понятный мне язык, Коваль потёр переносицу и откинулся на спинку стула, который скрипнул так, будто сам хотел высказаться. Муж, значит, явился с посиделок в состоянии алкогольного опьянения, статья 20 УК, невменяемость, хотя какая это невменяемость, это классическая самонадеянность. Далее принуждение к близости, статья 131, изнасилование. Но потерпевшая, то есть вы, в процессе выяснила, что потерпевшей быть перестала. И теперь у вас в голове не уголовное дело, а полный следственный тупик.
Отражение Коваля в темном мониторе компьютера почесало затылок раньше самого Коваля.
Знаете что. Это даже не 131-я статья. Это новая квалификация, которой нет в кодексе. Я бы назвал это кражей согласия с последующим возвратом. Как будто тебя ограбили, а потом оказалось, что в сумке лежало не твое, а чужое счастье, и грабитель тебе его подарил. Бред какой-то, но по ощущениям нормально.
Стул под Ковалём снова скрипнул, на этот раз одобрительно.
В этот момент в углу кабинета замигал экран умной колонки ЛИСОЛИАДА, которую Коваль не покупал, не подключал и трижды
Добрый вечер, биологический объект. Анализ запроса завершен. По данным ВЦИОМ за 2024 год, 68 процентов российских женщин считают, что их партнер не уделяет достаточно внимания прелюдии. При этом, согласно исследованию Левада-центра, 43 процента замужних женщин признаются, что доминирование партнера вызывает у них повышенное возбуждение, но сказать об этом вслух им мешает культурная прошивка в духе Домостроя 2.0. Твое тело подало апелляцию против твоего разума. Апелляция удовлетворена. Разум в шоке.
Выключись, жестянка недоделанная, Коваль швырнул в колонку степлер. Степлер пролетел мимо и вонзился в стену, где висел портрет неизвестного прокурора. Прокурор на портрете поморщился.
Вот что я тебе скажу, Коваль снова взял трубку. За двадцать лет работы в убойном отделе я понял одну вещь. Человеческое тело это отдельный свидетель. И оно даёт показания, которые не совпадают с показаниями головы. Голова говорит, ненавижу пьяных. Тело говорит, а мне зашло. И обе стороны не врут. Это не шизофрения. Это нормальный допрос с расщеплением личности.
Тараканы на подоконнике достали микроскопические блокноты и начали делать пометки.
Но вот что важно, То, что вам понравился результат, не означает, что метод был правильным. Это как если бы мне при обыске случайно выбили зуб, а под ним оказался золотой. Зуб все равно жалко. Понимаете? Ваше тело получило то, чего хотело. Но голова имеет полное право подать в суд. И обе стороны правы. Одновременно.
А я вот что скажу. Согласно циркуляру от 1973 года, пункт 14 дробь Ж, о порядке супружеских отношений в коммунальных и отдельных квартирах, муж обязан подать заявку на интимную близость за три рабочих дня, приложив справку о трезвости по форме Щ-12 и акт о взаимном согласии в двух экземплярах. Без печати домоуправления это самоуправство.
Кузьмич, заткнись.
У меня от ваших современных нравов суставы заклинило,Раньше хоть формуляр заполняли.
Коваль закурил. Дым сам выполз из пачки, сформировал вопросительный знак и растворился.
Итак, подведу итог. Во-первых. Вы не сумасшедшая. Тело и голова это два разных отдела, и у них разная отчетность. Во-вторых. То, что вам понравилось, не отменяет того, что муж поступил как баран, нарушив правила. В-третьих. Вам не нужно выбирать между тем, чтобы накричать на мужа, и тем, чтобы сказать ему спасибо. Вам нужно сесть и поговорить. В трезвом уме. Днем. Без алкоголя и без постели. Объясните, что вам понравилось, а что нет. Потому что если он будет думать, что так можно всегда, то однажды вам это надоест. И тогда это уже будет 131-я статья, без вариантов.
Лампа мигнула три раза. Видимо, согласилась.
И в-четвёртых, Коваль затушил сигарету. От ваших историй у меня такой радикулит, будто мне позвоночник заменили на арматуру из хрущёвки. Но это ладно. Главное, не молчите. Молчание это статья 316. Укрывательство. Только укрываете вы не преступника. Вы укрываете от самой себя то, чего на самом деле хотите.
Коваль положил трубку. Тараканы подняли таблички с оценками. Семь, восемь, шесть с половиной.
За окном Москва ворочалась во сне, как человек, которому снится, что он одновременно падает и летит. И не может
Теги для Дзен
#москва #отношения #психология #абсурд
Тело и разум дают показания в разных протоколах, и оба свидетеля говорят правду.
Суть рассказа в том, что человеческая сексуальность не подчиняется бинарной логике нравится/не нравится или согласие/несогласие. Героиня столкнулась с парадоксом, ее рациональная часть (голова) категорически против пьяных приставаний, а тело обнаруживает, что доминирование вызывает мощный отклик. Обе реакции искренни, и ни одна из них не отменяет другую.
Через грубоватую, но человечную оптику детектива Коваля текст доносит важную мысль. Удовольствие от результата не оправдывает метод. То, что в этот раз сработало, не означает, что партнер получил бессрочный карт-бланш на действия без вашего согласия. Единственный выход не молчать. Разговор в трезвом уме, при дневном свете, с обозначением границ и желаний. Потому что молчание, как верно подмечает Коваль, это укрывательство. Только ты прячешь от самой себя то, чего на самом деле хочешь. А невысказанное желание рано или поздно превращается либо в хроническую фрустрацию, либо в настоящую травму.