«Ибо ему открылась истина»
Среди самых известных картин русских художников, наряду с «Богатырями», «Утром в сосновом лесу» и «Бурлаками на Волге», есть и работа тихвинского уроженца Петра Ефимовича Заболотского. Речь, конечно, о портрете Михаила Юрьевича Лермонтова в гусарском мундире (1837 г.). Считается, что на этом портрете образ поэта передан наиболее точно. Петр Ефимович давал Лермонтову уроки рисования и сделал 3 его портрета.
Второй, в сюртуке (1840 г.), известен гораздо меньше,
а карандашный портрет и вовсе мало кто знает.
П. Е. Заболотский. Ещё один портрет Лермонтова с натуры.
Среди иконографического наследия изображений Михаила Юрьевича Лермонтова, по странному недоразумению, исследователи обходят вниманием прижизненный карандашный портрет поэта, рисованный Петром Ефимовичем Заболотским [1803, Тихвин – 28.2 (12.3).1866] в 1839 году. Портрет небольшой – 14,5×11 см. Внизу справа подпись: «18 ПЗ 39». На паспарту написано карандашом: «М. Ю. Лермонтов» и чернилами: «Рисовал с натуры художник П. Е. Заболотский (собственность П. П. Заболотского)». Через сто лет с момента написания, в 1939 году, внучка П. Е. Заболотского, Е. С. Преображенская, передала портрет в ИРЛИ (Пушкинский Дом).
Впервые портрет был опубликован в 1941 году: в каталоге выставки, приуроченной к 125-летию со дня рождения поэта * и во «Временнике Пушкинской комиссии»**. С тех пор его воспроизвели в печати лишь единожды – в Сводном каталоге Лермонтовских материалов из собрания Пушкинского Дома
В январе 2008 года Народный художник СССР Борис Алексеевич Семёнов, автор заверенных высшим художественным советом копий картин маслом М. Ю. Лермонтова, сделал увеличенную копию с этого карандашного портрета, которая, вместе с копией портрета композитора Д. А. Толстого работы Н. П. Акимова, впервые была выставлена в рамках акции «Страсти по Лермонтову», на монографическом концерте, составленном из музыки Д. А. Толстого на стихи М. Ю. Лермонтова.
На снимке – страница из Каталога (см. библиографическое описание)
* М. Ю. Лермонтов. К 125-летию со дня рождения (1814–1939). Каталог выставки в Ленинграде. / Сост.: В. Л. Бубнова, М. М. Калаушин, П. Е. Корнилов. – М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1941./ Опис. 248
** Бубнова В. Л.. Новые лермонтовские материалы. – В кн.: Пушкин. Временник Пушкинской комиссии. Т. 6. – М.–Л.: Изд-во АН СССР, 1941. – С. 555.
© Александр Н. Князев, 29.03.2015
Лучшей работой Петра Ефимовича называют картину «Ветеран 1812 года (Андреев)» или «Портрет унтер-офицера лейб-гвардии Московского полка Андреева», которая сейчас хранится в Русском музее. Она написана в 1836 году, к 25-летию Отечественной войны, которое отмечалось в стране широко.
Сергей Эрнст в статье «Картины русских художников в собрании Е.Г. Швартца» (Старые годы. 1916. Январь – февраль) писал: «скромный Заболотский и великолепнейший творец Помпеи—в нашем сознании, конечно, величины несоизмеримыя и по дарованию, и по влиянию, но в 1836 г. при появлении "Последняго дня Помпеи" и "Унтер-офицера" (сколь курьезно звучит сопоставление этих наименований) наша благодарность должна быть отдана не Брюллову, а Заболотскому, ибо ему открылась истина и верный "целящий" путь. Исследователи уверены, что именно у Андреева Лермонтов спрашивал: «Скажи-ка, дядя…»
Петр Ефимович сделал и первый портрет города Тихвина. Широко известна гравюра «Вид Тихвинского Большого монастыря с северо-западной стороны» (1837) Андрея Григорьевича Ухтомским, сделанная по рисунку П.Е. Заболотского, она хранится в Государственном музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина.
12 марта – день памяти академика живописи Петра Ефимовича Заболотского, нынче исполнится 160 лет со дня его смерти.
Алла Титова
Тихвинские корни Петра Ефимовича Заболотского и его жены
В 1825 г. Пётр Ефимович поступил в Императорскую Академию художеств. В 1827 г., в связи со смертью брата, возвращается в Тихвин. Сергей Эрнст в своей статье публикует, находившиеся в архиве Е.Г. Швартца, письма художников А.Р. Томилову, в том числе, 16 писем П.Е. Заболотского. В одном из них художник рассказывает о своём браке: «Катерина Васильевна Теглева предложила мне жениться на её крестнице, купеческой сестре, имение порядочное. По словам Катерины Васильевны – умна, и многие отдают ей справедливость, и уверяют, что она будет хозяйка дому и мне друг… Катерина Васильевна предлагала большую (Ольгу, прим. А.П.), не зная, что она руку отдала другому, и я её сватал, но она не пошла, и другой на ней женится, а за меня отдают меньшую (Евфимию, прим. А.П.) и гораздо лучше… Видно судьба..., ибо совершенно без пристрастия женился и даже не слыхал, не только чтобы видеть невесту».
4 ноября 1828 г. «купецкий сын отрок» Алексей Кузмин Поляков венчался с «купецкой дочерью девицей» Ольгой Осиповной Остратовой, ему 21, ей 18 лет. На следующий день, 5 ноября – «мещанский отрок» Пётр Ефимович Заболоцкой с «купецкой дочерью девицей» Евфимией Осиповной Остратовой, ему 24 года, ей 16. Венчание происходило в Спасо-Преображенском соборе, недалеко от которого жили обе семьи.
В Ревизских сказках (далее – РСк) мещан за 1834 г. указано, что Пётр Ефимович причислен из купцов в мещане в 1817 г. и «выбыл» в 1831 г. Он долго не мог выйти из податного сословия, чтобы официально получить звание художника, по воле отца, который предпочитал платить за сына подушный налог, но не давать ему свободы.
Заболотские меня заинтересовали давно, т. к. в начале XIX в. несколько представителей этой фамилии женились на девушках из родственных мне семей. Но я никак не связывала их с именем художника Петра Ефимовича. Я предполагала, что все они прибыли в Тихвин из слободы Заболотье и могут не являться родственниками друг другу, по крайней мере близкими.
У фамилии встречаются разные варианты написания: Заболоцкой, Заболоцкий, Заболотской, Заболотский, Заболотцкий… Одного и того же человека могли записывать по-разному. Для данной ветки до середины XIX в., в основном, используется «Ц».
Недавно Алла Александровна Титова, которой «свидетельствую совершеннейшее мое почтение и душевную благодарность», напомнила мне, что Петр Ефимович – известный художник. Я отреагировала в стиле: «Ой, у меня столько родственников среди Заболоцких, что даже не знаю, есть ли среди них Петр Ефимович». Посмотрев свои записи, я была поражена, т. к. в 1828 г. он женился на Евфимии Осиповне Остратовой, а это девичья фамилия моей пра(4)бабушки Пелагеи Ивановны (Остратовой) Проскуряковой. Надо сказать, что все Остратовы (Астратовы), проживавшие в Тихвине в XIX в. имеют общего предка Ивана Кузмича Остратова, жившего в первой половине XVII в.
Семью Остратовых я к этому моменту уже подробно изучила. Находя и фиксируя браки девиц Остратовых, я была поражена огромным спектром фамилий женихов из семей, проживавших в центре города. У меня даже появилась поговорка: «в каждой солидной семье, живущей недалеко от собора, кто-то обязательно женится на Остратовой».
Заболотье было интересно, т. к. оттуда родом моя прапрабабушка по другой линии – Горевых. Форсировав изучение данной ветви Заболоцких, удалось дойти до 1717 г.
Заболоцкие
Дядья Петра Ефимовича в начале XIX в. указаны, как купцы, но в 1834 г. они в РСк мещан. В 1830-х годах семья жила на Московской улице. Родители Петра Ефимовича – Заболоцкие Ефим Афанасьевич, 1778 г. р., и Параскева Григорьевна, 1779 г. р.
У Петра был брат Михаил (1809–1827) и сестра Татьяна, 1810 г. р. У отца, Ефима Афанасьевича, было три младших брата. Один из них – полный его тёзка, Ефим Афанасьевич (1790–1831), полные тёзки в семье – любимая забава в г. Тихвине, а также Яков Афанасьевич, 1792 г. р., и Андрей Афанасьевич, 1797 г. р. В Исповедных росписях (ИР) Спасо-Преображенского собора за 1792, 1786, 1775 гг. (далее все ИР – этого собора) есть упоминание о семье деда Петра Ефимовича, Афанасия Козмина Заболоцкого, 1750 г. р., а в 1786 г. указан его сын Евфимий, 9 лет – будущий отец художника.
В ИР 1763 г. семья в слободе Заболотье. Там указан прадед Петра Ефимовича – Козма Павлов, 44 лет, и его старший брат Константин Павлов, 66 лет. Далее читаем документы 1748 и 1717 гг. В 1717 г. в Заболотье проживают родные братья крестьяне Павел, 36 лет, и Мокей, 20 лет, Степановичи, у Павла жена Степанида Сергеевна, 40 лет. Павел – это прапрадед Петра Ефимовича. «Итого в той деревне Заболотье крестьянских два двора (две семьи) и живут <…> в 4 избах в них людей мужского полу 10 человек а женского полу 8 человек <…> Итого <…> 18 человек».
Вернёмся в начало XIX в. Согласно ИР 1826 г. четыре брата (два Ефима, Яков и Андрей) жили вместе на Московской улице, и все были женаты, но если проследить далее, то у Андрея детей я не вижу, у младшего Ефима и его жены Параскевы Кондратьевны (Левиной), 1794 г. р., – дочери Евдокия, 1813 г. р., и Анна, 1819 г. р., у Якова и его жены Анны Тихоновны (Микушевой), 1796 г. р., – сын Пётр, но в РСк 1834 г. сказано, что он приёмный. В 1857 г. Яков с Анной Тихоновной живут одни, а в 1861 – он вдовец.
Единственная надежда на продолжение рода, хотя бы по женской линии, кроме Петра Ефимовича, на дочерей младшего Ефима. Эти дочери от разных матерей, старшая Евдокия от первой жены, а вторая, Анна, от Параскевы Кондратьевны. Брак старшей дочери, Евдокии, известен, там родились девочки, Евдокия Ефимовна умерла, не дожив до 40 лет, муж Андрей повторно женился, но тоже рано умер, в 1855 г., например, в ИР их дочери записаны, как падчерицы со второй женой-вдовой. Судьбу их я не знаю.
Пётр Ефимович в тихвинских ИР и РСк упоминается до 1836 г. В 1835 г. ему значится 30 лет, жене 24, дочерям Марии 2 годика, и Ольге год. Годом рождения Петра Ефимовича считается 1803 г., возможно, неправильно, и Пётр Ефимович моложе на 2–3 года. Но и в ИР и РСк часто возраст указывали неточно. В 1836 г. Ольга зачеркнута, т.е. умерла. Марии 3 года, сыну Александру 2 года. Далее Петра Ефимовича в ИР нет.
Уже в Петербурге родились
Елизавета (7 марта 1839 г.),
Наталья (22 августа 1840 г.),
Пётр (2 июня 1842 г.), самый известный из потомков Петра Ефимовича, тоже художник,
Владимир (6 июля 1846 г.),
Александра (26 мая 1849 г.),
Лидия (1953 г.).
В 1866 г. на Московской улице жила одна мещанская вдова Параскева Кондратьевна Заболоцкая, 71 год (вдова младшего Ефима, тетя Петра Ефимовича), умерла она в 74 года от старости 23.06.1869. В записи о смерти она – Заболотская.
Остратовы
У всех Остратовых из г. Тихвина общий предок Иван Кузмин Остратов, первое упоминание о котором относится к 1620 г.: «Места пустые сошлых посадцких торговых и мастеровых людей, бобылей…» «…да Ивашка Кузмина сына Остратова…» «…дворы пожгли немецкие и литовские люди, а посадцкие люди с литовского и немецкого разоренья, оскудав, сошли безвестно… всего сошлых посадцких людей с разоренья тритцеть семь человек…»
Иван Кузмич для Евфимии Осиповны является пра(4)дедом. Для меня он пра(11)дед. Мне повезло, что его история подробно освещена в книге Сербиной Ксении Николаевны «Очерки из социально-экономической истории русского города: Тихвинский посад в XVI–XVIII вв.» (1951 г.).
Ксения Николаевна привела историю Остратовых, как образец торговой семьи. Так на стр. 308 читаем, что в XVII в. верхушку торговых людей Тихвинского посада «…составляли 11 семей крупных тихвинских торговцев…», в т. ч. Остратовых. На стр. 284–286, «…деятельность семьи Остратовых может быть прослежена в 4-х поколениях, начиная с Ивана Кузмина Остратова, деятельность которого относилась к 1625–1638 гг. Иван Остратов торговал в основном с Ярославлем. Привозил обычно мыло, хмель, воск, юфть (кожу) разных сортов, всевозможные изделия из кожи, в том числе обувь, седла, а также «лавочную мелочь»». В летне-осенние месяцы пригонялся скот. «У Ивана было три сына: Василий, Яков и Никифор». Ветвь Евфимии Осиповны идёт от Якова, моя – от Никифора. «Деятельность Якова Иванова сына Остратова относится к 1653–1673 гг. Он торговал исключительно скотом и отчасти сырыми кожами… Сыновья … – Иван и Федор – …помогали в закупке скота… Однако, уже в 1698 году Федор Яковлев привез из Швеции 11 плотов меди, которую увез на продажу в Москву».
По этой книге можно составить дерево семьи Остратовых за XVII в. Есть некоторые вопросы с именами, т. к. в XVII в. имена употребляются в уменьшительно-уничижительной форме: Ивашко, Гришка… В 1678 г. упоминается вдова Якова «бобылка вдова Марфица Яковлевская жена Остратова у нее дети Ивашко Федотко 7 лет». А в 1684 г. она же «вдова бобылка Марьица Яковлевская жена Остратова у нее дети Ивашко Федоско 13 лет у Ивашка сын Давыдко год». Это редчайший случай, когда мы узнаём имя жены Якова, т. к. в XVII в. из женщин указывали только вдов, но остается неясным, Марфа она или Марья. Её сын в 1678 г. – Федотко, в 1684 г. – Федоско, в «Очерках…» – Фёдор. В XVIII в. он – Федосей Яковлев сын Остратов. В 1722–1748 гг. семья живёт «в Береговой улице». По документам 1717–1792 гг. восстанавливаем цепочку Федосей – Наум – Фадей – Иван (Иосиф).
Последний в цепочке выше до женитьбы пишется, как Иван, а после, как Иосиф. Такое бывало. Отмечу, что Осип и Иосиф – это одно имя. У Иосифа рождается три сына: Василий, 1799 г. р., Иван, 1800 г. р., Владимир, 1804 г. р. и две дочери: Ольга и Евфимия. Согласно ИР начала XIX в. семья живёт на Екатерининской улице. Если с сыновьями в ИР всё согласовано, то с дочерьми полная путаница. Первый раз «правильно» девочки записаны в 1826 г. – Ольга 20 лет и Евфимия 16 лет.
Иосиф рано умер, почти одновременно с женой, точно установить не удается, т. к. в ИР полный разлад. В 1811 г. у детей Иосифа живы дед, отец и мать, а в 1813 г. дети записаны одни: «умершего Осипа Остратова дети Василий 14, Иван 13, Владимир 9, Евфимия 2». С этого года дети живут одни! Евфимия уже в 2 годика была сиротой. В 1826 г.: «Василий 26, Иван 25, Владимир 21, Ольга 20, Евфимия 16», Василий и Иван с жёнами. И, как мы знаем, в 1828 г. братья выдали замуж своих сестёр. В РСк 1834 г. сказано, что братья выбыли из мещан в купечество в 1825 г.
У Ольги Осиповны, обратите внимание на редчайшие инициалы ООО, и Алексея Кузмича родилось, как минимум, пять дочерей и один сын, их судьбу определить пока не удалось. В 1866 г. в ИР указана вдова Ольга Иосифовна Кузмина, 55 лет и дочь её (младшая) Мария Алексеевна, 21 год, заметим, что Кузмин – это отчество мужа! Ольга Иосифовна – редкое сочетание, иначе бы я её и не заметила, т. к. она тут и не Остратова, и не Полякова. Умерла Ольга Иосифовна 23.01.1882 от старости, в записи о смерти она Полякова, тихвинская мещанская вдова.
Все родственные взаимосвязи, упомянутые в тексте, доказаны. В исследовании использованы документы архивов: РГАДА (г. Москва), ГАНО (г. Великий Новгород), ЦГИА (г. Санкт-Петербург).
Александра Панкрашова