Вы когда-нибудь задумывались, почему Эрнест Хемингуэй выбрал Кубу? Не из-за политики и даже не только из-за рыбалки. Он нашел там идеальный ритм жизни, где между первой строчкой романа и последним глотком коктейля всегда была хорошая сигара. «Мой мохито — в Бодегите, мой дайкири — во Флорите»
Эта надпись до сих пор висит на стене бара La Bodeguita del Medio. Хэм был человеком привычки. Если он пил Дайкири, то это был «Папа Добле» — суровый мужской напиток: двойной ром, никакого сахара, лед, превращенный в снежную крошку, и капля грейпфрутового сока. Сигара как продолжение мысли
Хемингуэй не был «дегустатором-теоретиком». Он курил много и со вкусом. Его часто видели с сигарами H. Upmann — он ценил их за стабильное качество и прямолинейный табачный вкус без лишней сладости. Говорят, что именно аромат кубинского табака помогал ему концентрироваться на образе моря. Когда он писал «Старика и море» в своей усадьбе Финка Вихия, пепельница никогда не пустовала. Как устроить «кубинский вечер» д
