В суровой Норвегии, среди фьордов и ледяных ветров, родилась эта история. Пер Гюнт — деревенский враль и фантазёр, бросивший всё ради приключений. Сольвейг — девушка с именем, означающим «солнечный путь», которая оставила дом, семью и репутацию, чтобы разделить с ним изгнание. А когда он ушёл — осталась ждать. Сорок лет. В лесной избушке, одна, с молитвенником в руках. И дождалась.
---
Кто такой Пер Гюнт: норвежский трикстер
Пер Гюнт — герой, заимствованный драматургом Генриком Ибсеном из сборника норвежских народных сказок . Это «долговязый сельский парень лет двадцати», говорун, бездельник, фантазёр и разбойник . Жизнь в родном селе, наполненная прозаичными заботами, его не удовлетворяет. Добропорядочные крестьяне, которые тупо подражают обычаям, по его мнению, сами заслуживают пренебрежения .
В нём обнаруживается архетипическое и типическое одновременно. Архетипически он — плут, трикстер, с чертами героя национальной мифологии Локи. Болтун и враль, он легко завоёвывает доверие людей, он способен к общению с троллями . Типически, по определению автора, Пер — «норвежский норвежец», наделённый характерными национальными чертами: холодностью, индивидуализмом, замкнутостью .
В начале пьесы мы застаём его в тот момент, когда он, вернувшись с охоты, рассказывает матери невероятную историю о том, как скакал на олене по ледникам. Мать слушает, зная, что это выдумка — но заслушивается, потому что в его враках есть магия подлинного поэта .
---
Встреча, разделившая жизнь
Сольвейг появляется в его судьбе, когда Пер уже стал изгоем. Он похитил чужую невесту (пусть и не из любви, а из упрямства), обесчестил девушку, подрался на свадьбе — и теперь вынужден скрываться в лесу. Именно туда, на деревенский праздник, приезжает Сольвейг с родителями.
Первое, что говорит Пер, увидев Сольвейг: «Какая светлая!» . Она идёт с молитвенником в руках, скромная, чистая, сияющая. В ней нет ничего от тех деревенских девушек, которых он привык соблазнять. Она — иной мир.
Позже, когда он строит себе хижину в лесу, Сольвейг приходит к нему сама. Она оставила отчий дом, бросила всё, чтобы разделить с ним изгнание. Это не просто любовь — это жертва. В маленьком норвежском обществе такой поступок покрывает позором всю семью .
Но Пер не может принять этот дар. В тот же вечер, когда она переступает порог его хижины, он уходит. Почему? Потому что чувствует себя недостойным. Потому что та моральная грязь, которой он себя бездумно замарал, коснётся и её, такой светлой .
Он уходит, чтобы вернуться через сорок лет.
---
Сорок лет ожидания
Что делает Сольвейг все эти годы? Живёт в лесной избушке, прядет, молится, поёт. И ждёт.
В пьесе есть всего одна короткая сцена, посвящённая этим десятилетиям. Мы видим Сольвейг уже немолодой женщиной, сидящей у дверей хижины и поющей свою знаменитую песню:
«Быть может, пройдут и весна и зима,
И лето пройдёт, и весь год минет,
Но ты придёшь, я знаю.
...
Здесь буду я ждать тебя, здесь я останусь,
И там, в небесах, мы свидимся, милый» .
Она не знает, где он, что с ним, жив ли он вообще. Она не получала от него вестей. Но она верит, что её любовь сильнее расстояния и времени.
Григ, написавший гениальную музыку к этой пьесе, передал в «Песне Сольвейг» и щемящую грусть, и покорность судьбе, и просветлённость чувства, а главное — веру . Припев звучит изящно и легко, в характере оживлённого танца — это воспоминание Сольвейг о первой встрече с Пером. Тот напев звучит всю жизнь в её душе как музыка надежды и счастья .
---
Пер Гюнт: жизнь по формуле троллей
Пока Сольвейг ждёт, Пер странствует по миру. Он побывал в Америке, торговал рабами в Африке, выдавал себя за пророка у арабов, крутил роман с дочерью вождя бедуинов Анитрой . Он стал богат, потом потерял всё. Но главное — он так и не стал собой.
В начале своих странствий Пер попадает в царство троллей. Там ему предлагают стать одним из них, и он почти соглашается. Тролли учат его своей главной заповеди: «Будь самим собой доволен» — в отличие от человеческой заповеди «будь самим собой» . Для человека «быть собой» означает раскрыть свой потенциал, выполнить предназначение. Для тролля — просто удовлетворяться тем, что есть, не расти, не меняться, не стремиться ни к чему.
Пер перенимает эту философию и несёт её через всю жизнь. Он не становится злодеем — он просто становится никем. Он не совершает великих преступлений, но и великих дел тоже не совершает. Он плывёт по течению, примеряя на себя всё новые и новые маски.
В одной из самых пронзительных сцен старый Пер, сидя на лесной поляне, сдирает с луковицы слой за слоем. Он ищет сердцевину — но её нет. Только шелуха. «Природа — остряк!» — бормочет он, понимая, что сам стал такой луковицей: много слоёв, но нет стержня .
---
Пуговичник: страшный суд без рая и ада
В финале пьесы Пера встречает странный персонаж — Пуговичник. Он пришёл забрать его душу: не в рай и не в ад, а просто в переплавку. Потому что такие, как Пер, не годятся ни для рая, ни для ада. Они — бракованный товар, пуговицы без петельки, которые нужно переплавить .
Пуговичник даёт Перу отсрочку: если он докажет, что хоть где-то, хоть в чём-то был самим собой, его оставят.
Пер мечется, вспоминает свои подвиги, свои приключения — но всё оказывается не тем. Он был пророком — но по ошибке. Был богачом — но разорился. Был любовником — но не любил по-настоящему.
И тогда он случайно выходит к своей старой хижине.
---
Возвращение: слепая, видящая сердцем
Сольвейг встречает его на пороге. Она стара, слепа — но узнаёт его сразу. Не по лицу — по душе.
«Ты сделал всю мою жизнь прекрасной песней.
Благословен будь, что ты наконец пришёл!» .
Пер падает на колени и кричит: «Я погиб, если ты не скажешь мне, где я был настоящим! Где был самим собой?»
Сольвейг улыбается: «В моей вере, в моей надежде, в моей любви. Там ты был собой — всегда» .
В этом — разгадка всей истории. Пер растратил жизнь, промотал талант, не стал никем. Но в душе Сольвейг он оставался тем юным парнем, которого она полюбила. Её любовь сохранила его подлинную сущность, ту самую, которую он сам потерял.
Исследователи творчества Ибсена подчёркивают: Сольвейг в пьесе — не просто женщина, а поэтическая метафора, сакральный образ . Её красота иконописна, духовна. Она не красива, а прекрасна. Кажется, что Ибсен описывает не реальную женщину, а Сикстинскую мадонну с полотна Рафаэля . В авторских ремарках — «женщина с светлым, прекрасным лицом», «она стоит прямая, стройная, с кротким выражением лица» .
Она слепа в финале — и это символично. Она помнит Пера таким, каким он ушёл от неё — двадцатилетним парнем, таким она его и любит до сих пор. Того Пера, который пал ей в ноги спустя сорок лет — старого, измученного и седого — она просто не видит . Для неё вернулся тот, юный Пер, которому она уже годится в матери.
---
Архетипический смысл: вечная женственность
В юнгианской психологии образ Сольвейг может быть понят как архетип Анимы в её высшем, спасительном проявлении. Та женская сила, которая способна удержать душу мужчины, даже когда он сам её теряет.
Исследователи находят параллели с гётевской Гретхен, тоже спасающей душу Фауста. Но есть и важное отличие: Гретхен — возлюбленная, разделившая с Фаустом его падение. Сольвейг — чистая, непорочная, почти святая. Она не участвует в грехах Пера — она просто ждёт, храня его идеальный образ.
В современном психоанализе (в частности, в прочтении пьесы через идеи Биона) Сольвейг рассматривается как фигура, выполняющая функцию контейнирования . Она принимает в себя все «блуждающие мысли» Пера, все его нереализованные возможности, все его неприкаянные чувства — и даёт им приют. Она становится тем сосудом, в котором его разрозненное «я» может обрести целостность .
---
Скрытая тайна: стоил ли Пер такой жертвы?
Читатели и критики спорят уже полтора века: стоил ли Пер Гюнт такой жертвы? Он бросил мать умирать в нищете, не пропускал ни одной юбки, торговал рабами, врал, убивал. И за все сорок лет ни разу не вспомнил о Сольвейг .
Так в чём же смысл её жертвы?
Ответ, видимо, в том, что мы не должны смотреть на Сольвейг глазами реалиста. Она — не персонаж, а поэтическая идея. Идея спасительной, святой женской любви, которую Ибсен пронёс через всё своё творчество .
Её имя — «Сольвейг» — означает «солнечный путь», «сила солнца». Она действительно становится солнцем, освещающим путь заблудшей души. Любовь Сольвейг и её отречение от всего ради Пера — это духовный подвиг спасения его гибнущей души, а не любовно-романтическая история . Поэтому вопрос «что же она нашла в этом никчёмном парне» не имеет смысла. В этом случае, чем ниже он пал, тем больше сила притяжения её любви .
В финале пьесы Сольвейг поёт колыбельную старому Перу, укачивая его, как дитя:
«Спи, мой мальчик ненаглядный,
Я твою колыбельку тихонько качаю» .
Она становится ему и матерью, и женой, и дочерью — всем, что он потерял, странствуя по миру. А на заднем плане звучит церковный хорал — дело происходит на Троицу. И этот псалом расставляет все точки над i .
---
Что остаётся
Пер Гюнт и Сольвейг не прожили вместе долгой жизни. Он ушёл от неё в ту же ночь, когда она пришла, и вернулся только стариком. Но её любовь оказалась сильнее разлуки, сильнее времени, сильнее смерти.
В финале пьесы Пуговичник всё ещё ждёт. Он не забирает Пера сразу, давая ему ещё один шанс. Ибсен оставляет финал открытым: мы не знаем, спасён Пер или нет . Но мы знаем, что Сольвейг будет ждать его и дальше — здесь или уже «там».
Музыка Грига сделала эту историю бессмертной. «Песня Сольвейг» звучит в концертных залах всего мира, и каждый раз, когда её слушаешь, кажется, что сорок лет ожидания — это не так уж долго, если ждёшь настоящую любовь.
Автор статьи Людмила Карвецкая