Если контролирующие должника лица уклоняются от дачи пояснений о причинах неисполнения обязательств перед кредиторами, то их вина в доведении подконтрольной компании до банкротства презюмируется, разъясняет Верховный суд (ВС) РФ в изученном РАПСИ определении.
Суть дела
Индивидуальный предприниматель Эдуард Сарафанов обратился в суд с иском о привлечении экс-руководителей ООО «Форагранд» к субсидиарной ответственности по долгам общества. Истец пояснил, что приобрел у компании «Стройгазпроект Плюс» право требования к должнику на сумму 248 715 рублей.
По мнению предпринимателя, контролирующие должника лица не предпринимали мер по погашению задолженности перед кредитором, установленной решением арбитражного суда, а впоследствии общество «Форагранд» было исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке.
Суды трех инстанций отказались удовлетворить иск, указав, что предприниматель не направил свои возражения против предстоящего исключения общества «Форагранд» из ЕГРЮЛ, как это предусмотрено положениями статьи 21.1 Закона о государственной регистрации, а само по себе исключение юрлица из реестра не является бесспорным доказательством вины его руководителя или учредителя в неуплате долга.
Кроме того, суды отметили, что Сарафанов приобрел безнадежный для взыскания долг на торгах, перед проведением которых мог узнать из открытых источников о принятии в отношении должника решения о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ.
Не согласившись с вынесенными судебными актами, предприниматель обратился с кассационной жалобой в Верховный суд.
Позиция ВС
По спорам о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица истцу достаточно доказать наличие задолженности, признаки недействующего юрлица и контроль над должником со стороны ответчика, после чего на последнего возлагается бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий, разъясняет ВС.
Он указывает, что лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно дать пояснения о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности (пункт 6 постановления Конституционного Суда РФ от 7 февраля 2023 года № 6-П).
«В случае уклонения контролирующих должника лиц от представления информации и документов, необходимых для объяснения причин невозможности осуществления расчетов с кредитором, презюмируется, что полное погашение задолженности недействующего юридического лица стало невозможным вследствие действий таких лиц», — отмечает Верховный суд.
При этом в настоящем деле ответчики не дали пояснений по поводу движения денежных средств на расчетных счетах и возможности погасить задолженность по спорному договору, уточняет высшая инстанция.
В свою очередь нижестоящие суды посчитали, что, поскольку предприниматель выкупил безнадежный для взыскания дебиторский долг банкрота по цене значительно меньше суммы задолженности, при этом в отношении должника на момент приобретения долга в ЕГРЮЛ имелась запись о предстоящем исключении, поведение истца не соответствовало критерию осмотрительности.
«Между тем приобретение долга у банкрота не умаляет прав нового кредитора. Добросовестный цессионарий вправе рассчитывать на судебную защиту в том объеме, в котором ею обладал цедент на момент уступки», — подчеркивает ВС.
Высшая инстанция напоминает, что, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. При этом суды не лишены возможности оценить разумность поведения цессионария с учетом даты приобретения права требования и даты исключения должника из реестра.
На основании изложенного ВС отменил оспариваемые судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
№ 305-ЭС25-10940