— Вика!? Вика?!
— Да, тётя Валя, я Вас внимательно слушаю!
— Вика!? Вика?! — Валентина Ивановна пыталась подобрать слова, чтобы сообщить дочке соседки не очень приятную новость.
— Да! Валентина Ивановна, я Вас внимательно слушаю! - голос Виктории звучал нервно, раздражённо.
— Вика, твою маму ...
— Что с мамой, Валентина Ивановна? Опять плохо? Опять сердце? Опять приедь, навести!? — Виктория стояла перед зеркалом и закатывать глаза в ожидании очередной "сказки" из уст соседки. — Понимаете, у меня семья, работа, дети, муж. На себя времени нет, не то что на мать!
— Твою маму увезли на скорой в больницу, — тихим голосом проговорила Валентина Ивановна, продиктовала адрес больницы. Скинула звонок и тяжело выдохнула.
Вот так расти детей, всю жизнь пылинки с них сдувай, самое последнее и лучшее им отдавай, а они? А им в какое-то время будет не до тебя. Им не важно будет, что с тобой происходит. Пресловутый стакан воды и тот подать будет не кому.
— Миша, Миш, — Виктория присела на краешек дивана и за плечо несмело потрогала спящего мужа.
— Что опять? — широко зевнул тот, перевернулся на другой бок. — Я с ночной пришёл, дай поспать, а?
— Мама в больнице. Может свозишь, пожалуйста! - на свой страх и риск огласила просьбу Виктория, хотя уже наперёд знала его категоричное "нет". Семейный автомобиль принадлежал по документам только Мише, у Виктории прав не было, а значит и к машине она отношения никакого не имела, так считал с момента покупки он, а она? А её мнение его не волновало.
— На маршрутке быстрее доберёшься! — пробурчал сонным голосом он.
— Хорошо! — без колебаний согласилась Виктория. Считая, что муж как всегда прав. Она раздала указания уже спящему мужу, что-то закинула в сумку и, диктуя под нос адрес больницы, вышла из квартиры.
Всё оказалось так, как Виктория даже себе не представляла. Её мать, Мирослава Ивановна, лежала в палате интенсивной терапии под несколькими приборами, но была в сознании ( уже хорошо!) и, увидя в панорамном окне дочь, попыталась поднять левую руку, но это получилось слабо, очень вяло, Виктория этих стараний мамы даже не заметила.
— Инсульт, — констатировал врач. — Накиньте халат и проходите в палату. Общение пять минут и без нервных потрясений, — дал последние наставления доктор и распахнул широкие двери палаты. Виктория несмело подошла к кровати матери и протянула руку. Мира моргнула глазами, в знак одобрения. Улыбка одним краешком губ не получилась.
— Мама, ключи от квартиры у тёти Вали? — задала первый вопрос Вика. Больная в знак согласия закрыла и открыла глаза.
— Хорошо! — Виктория открыла сумочку, посмотрела внутрь, закрыла, посмотрела на мать. — Ты, это поправляйся. А я пошла, мальчишек из школы забирать нужно. Номер телефона мой у врачей есть, если что позвонят! — очень чёрство, холодно проговорила Виктория. Развернулась и вышла из палаты настолько быстро, что врач даже посмотрел на часы и шёпотом произнёс:
— Меньше трёх минут, — посмотрел сквозь окно сперва на больную, потом на датчики и, отправив Викторию на выход, поспешил вместе с медицинской сестрой в палату. Пара инъекций, несколько минут, и показатели пришли в норму. Больная уснула.
Не известно, что помогло Мирославе выкарабкаться и вернуть к себя к жизни. Чудо? Возможно! Но скорее всего проснувшееся желание жить. Для себя жить и дышать полной грудью. Восстановление проходило медленно, порой руки опускались, но она не отступалась и собрав все силы и волю в кулак вырывала этот, свой последний шанс на победу в борьбе над недугом.
На помощь ей пришли добрые люди, но к сожалению это была не дочь. Пока Валентина находилась на больничной койке, а потом в реабилитационном центре в её квартире жили квартиранты. Даже после возвращения они не сразу освободили жилое помещение. К счастью, нашёлся человек, хоть и бывший, но полицейский, который смог за несколько часов выпроводить квартиросъёмщиков. Как не просил он хозяйку пойти в отдел полиции и написать заявление, она не согласилась.
— Ты прости, меня Петь! Но на родную дочь в заявление писать не буду!
В душе Мирославы, конечно, кошки скребли. Горько было, обидно, что дочь совсем забыла про мать. Эти редкие, короткие звонки, напоминали, что-то больше похожее на банальный интерес: живая ли она.
Однажды во время вечерней прогулки Мирослава Ивановна прислонилась к дереву. К ней подошёл такой же одинокий, примерно её возраста седоволосый мужчина и помог дойти до подъезда. А потом они ежедневно вместе ходили на прогулки, познакомились и скрасили их общее одиночество. А дальше, их ждала совсем иная жизнь, наполненная сюрпризами, совместными круизами, походами в кино и музеи.
Через три года прозвенел полночный звонок:
— Мама! Я в больнице! Миша ... Мы попали в аварию... Я ног не чувствую ... - а дальше слёзы отчаяния и их общая боль на двоих. Да, материнское сердце не выдержало, хоть и сутки колебалось. Мирослава помчалась в больницу.
У Родиона Ипполитовича, к счастью, сын оказался одним из лучших хирургов, который провёл успешную операцию Виктории, и она быстро пошла на поправку. Правда, на плечи Мирославы и Родиона на всё это время легли ещё заботы о внуках, но это уже приятные хлопоты и для двоих почти пустяки, считали они.
Вместе с новой жизнью к Виктории теперь пришло и то самое понимание о чувствах любви к матери, но пока не известно, настоящее ли это или так, временная благодарность. Но ежедневные не только звонки, но и встречи и все праздники вместе большой семьёй, наверное что-то да значат?
Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новых историй!
Предыдущий рассказ:
Следующий рассказ: