«Ну что ж, раз выбывших нету», — Грей заговорил минуту спустя, словно давая им время прочувствовать собственное решение. — «Тогда я расскажу вам правила тренировок.»
Он улыбнулся с оттенком садизма и интереса.
«Я повторю их лишь один раз. Любой, кто ослушается, получит только одно наказание — КАЗНЬ»
Слово ударило по ушам, как кнут надзирателя.
«Никаких полумер. Никаких сожалений. С того момента, как вы согласились, у вас осталось лишь два пути: победа… или смерть.»
«С этой секунды, я ваш высший командир! Я ваша мессия. Ваша мать. Ваш отец. И наставник.»
Он развёл руки в стороны, словно принимая их под свою тень.
«Вы слушаете только мои приказы и ничьи больше. Даже если сюда придёт король. Даже если спустится бог. Даже если небеса разверзнутся над вашими головами. Вы не должны подчиняться.»
Его взгляд стал острым.
«Любой, кто ослушается, будет КАЗНЁН.»
«Я очень люблю пунктуальность. Всех, кто опаздывает на тренировки ждет КАЗНЬ».
«Любой, кто посмеет выразить недовольство или сомнение в моих методах, будет КАЗНЕН».
«Ослушаетесь приказов — КАЗНЬ»
«... КАЗНЬ».
«КАЗНЬ».
Серия криков «КАЗНЬ» разошлась по двору. С каждым повтором аура вокруг Грея сгущалась, не оставляя сомнений в его беспощадности.
Зрачки мальчика странно пульсировали. На губах играла безжалостная усмешка — такая, какая бывает у маньяка, опьянённого жаждой убийства.
Подростки стояли по стойке смирно. Их спины покрылись холодным потом.
Ещё никогда смерть не казалась им такой близкой. Казалось, мрачный жнец гладит их по головам и тихо нашептывает, чтобы вели себя хорошо. Это было странное, до крайности противоречивое чувство. Почти инстинкт.
Провокации Грея полностью изменили их личности. Их пламя амбиций горело с неистовой силой. Однако так же легко, как оно разгорелось, ему было просто потухнуть.
Теперь же его поддерживал страх. Страх, куда более глубокий любых культистов.
Они знали, что мальчик перед ними — калека, не способный выполнить всё, что обещает… Однако... Никто не хотел стать первой жертвой, решившей это проверить.
В то же время, по ту сторону двора, на ветке высокого дуба в тени густой листвы стояла женская фигура.
Свет почти не касался её — лишь скользил по очертаниям силуэта. На прекрасном лице играла мягкая улыбка, а пальцы едва заметно дрожали от возбуждения.
«Фуфуфу», — тихо рассмеялась она. — «какая отважная аура! Его настрой и амбиции вот-вот пронзят Небеса. Достойно ребенка пророчества. Он выглядит таким... Милым.»
Её взгляд был прикован к черноволосому мальчику во дворе. Казалось, что женщина потерялась в собственных мыслях. Она почти начала плакать от радости.
Она невольно представила, какой эффект эти слова произвели бы на реальном поле битвы.
Все, кто услышал бы эти слова, бесстрашно улыбались, даже шагая на смерть! Его речь заставила бы их кровь кипеть. Жизнь и смерть перестали бы иметь значение... без колебаний, без сожалений!
Как могут такие войска потерпеть поражение?
Да... Было бы замечательно!
Выступление Грея стало для неё приятным сюрпризом. Настолько большим, что она не осмелилась появиться.
«Номер четыре, слушай приказ.»
Женщина выпрямилась, и воздух вокруг неё словно сжался.
«С этого момента твоя задача — охранять усадьбу. Не подпускай к ней ни одного человека. Не позволяй никому узнать, что именно здесь происходит. Любого, кто вторгнется, — убивай без пощады.»
Она сделала короткую паузу, будто что-то прикидывая.
«Приказ касается только девяти высших рас. Монстры, магические животные и прочая неразумная нечисть могут делать все, что им вздумается.»
«Ты отвечаешь только за эту усадьбу.»
«Другая территория тебя не касается.»
«Не позволяй им заметить твое присутствие.»
«Докладывай раз в неделю об их успехах.»
Она чуть повернула голову через плечо. На ее губах появилась опасная соблазнительная улыбка.
«И держи рот на замке. Ты знаешь, что с тобой будет… если об этом узнает хоть кто-то, кроме меня.»
Не дожидаясь ответа, женщина отвернулась — и в следующий миг исчезла, словно её здесь никогда и не было. Она не дождалась реакции подчиненного.
«Мой маленький мальчик…» — прозвучал напоследок тихий, почти ласковый шёпот. — «Я и не знала, что ты скрываешь такие амбиции. Я с нетерпением жду, как многого ты сможешь добиться.»
Тем временем крики Грея разносились по всей площадке.
«Теперь слушайте первый приказ. Делитесь на две команды: раненые и здоровые. На выполнение у вас есть десять вдохов. Если хоть один не успеет вовремя — все будете бегать сто кругов вокруг усадьбы! Исполнять!»
Как только он закончил говорить, воцарился хаос.
Никаких чётких критериев он не дал, а значит каждый был вынужден решать сам, насколько серьёзными должны быть травмы, чтобы попасть в группу «раненых».
Гарен, который едва мог подняться с постели, упрямо рвался к «здоровым», в то время как Ройс и Кай настойчиво его отговаривали. Спор вспыхнул мгновенно и перерос почти в драку — они едва ли не силой заставили Гарена подчиниться.
Из-за него они рисковали ослушаться приказа, а значит — бежать сто кругов.
В конце концов, когда отведённое время истекло, во дворе сформировались две группы.
Как ни странно, группа раненых насчитывала всего пять человек: Гарен и Ален, мальчишка с веснушками и две девочки, которые неуверенно покусывали губы.
Все остальные смело причислили себя ко здоровым.
Грей окинул их взглядом и убедился, что разделение верное.
Действительно, те, кто остался стоять в стороне, ещё вчера вечером были у самых врат смерти — кто из-за ран, кто из-за банального истощения. Он видел их вздутые животы, и это зрелище заметно его напрягало, но он был уверен, что малые зелья для исцеления полностью их излечат.
«Хорошо! Теперь слушайте очень внимательно. Здоровые — сразу же начинают тренироваться. Упор лёжа принять! Три подхода по пятьдесят отжиманий, перерыв — тридцать вздохов! Темп держать ровный! Начали!»
Подростки тут же рухнули на землю и принялись исполнять приказ.
Грей полностью проигнорировал их и повернулся к тем, кто остался стоять.
«Вы ведь не думали, что я отправлю вас отдыхать?» — он усмехнулся. — «Не стоит так волноваться. В ближайшие три дня я не дам вам тяжёлых нагрузок. Мне нужны компетентные подчинённые, а не трупы.»
«Ваша задача — очистить всю резиденцию. В первый день — собрать все осколки. Во второй — вымести пыль. В третий — избавиться от растений, которые въелись в бетон. Всё понятно? Марш выполнять!»
Гарен хотел было что-то сказать, но убийственный взгляд Грея, а также дёргающаяся рука, заставили его проглотить возражения.
Грей развернулся и подошел к тренирующимся.
«Отлично! Пока вы работаете, я объясню вам текущую ситуацию», — говорил он громко, так, чтобы его слышали все: и те, кто отжимался, и те, кто ушёл убираться. — «Сейчас я не знаю о вас ничего… поэтому буду проводить лишь общие тренировки.»
Он потёр руки, не в силах скрыть предвкушения.
«Первая неделя — вступительная. Подъём в пять утра. Двадцать кругов вокруг усадьбы. Завтрак. Время на отдых. Силовая тренировка. Отработка техники боя. Обед. Перерыв. Лекция о развитии. Тренировка на гибкость. Вольные упражнения. Ужин. Время для гигиены. Час отдыха. Отбой — на закате.»
Он говорил спокойно, почти буднично, словно зачитывал список покупок.
«Вы должны установить лимит времени на всё — приём пищи, поход в туалет...абсолютно на всё! Нарушивший установленный распорядок будет жестоко наказан. Мне начхать, почему было нарушение, распорядок не должен быть нарушен!»
«Закончили упражнение! Бег трусцой вокруг двора! Выполнять!»
Подростки, задыхаясь, поднялись на ноги и послушно двинулись по кругу.
Грей продолжил читать свою проповедь: «Через неделю я лично устрою вам состязания. Правила очень просты: пятая часть, что покажет худшие результаты, считается проигравшей. Эти несчастные будут стирать одежду за победителей, готовить еду и чистить лотки.»
«Такие соревнования будут проводиться ежемесячно.»
«Тот, кто проиграет три раза подряд, разденется до нижнего белья, поднимется на сцену и будет лаять, как собака. Мне всё равно, кто вы — мальчик или девочка. Я абсолютный сторонник равноправия. Поэтому с нетерпением жду ваших жалких выступлений.»
Кто-то споткнулся, кто-то сбился с дыхания, но никто не остановился.
Пока остальные тренировались, Грей ни на секунду не прекращал говорить. Он прекрасно знал, как работает пропаганда. Если достаточно долго твердить свинье, что она — курица, рано или поздно она расправит крылья.
Ту же логику можно применить к человеку. Особенно к детям, чьи ценности всё ещё формируются.
Пользуясь этой возможностью, он должен был вбить им в головы важность дисциплины. Чёткой и безусловной. С ясным распределением наград и наказаний.
«Сейчас мне нет дела до ваших имен!... до этого придется подождать пару месяцев.» — бросил Грей вслед бегущим, — «А пока слушайте внимательно. Я уже продумал структуру нашей организации.»
«Всего будет три зала и семь павильонов.»
Он выдержал паузу.
«Зал Бога Войны. Зал Жнецов душ. Зал Славы.»
«Туда попадут только лучшие. Будущие столпы, которым все остальные будут обязаны подчиняться. У вас есть шанс обрести собственных подчинённых. Очень хороший шанс. Надеюсь, вы им воспользуетесь.»
«Но даже не думайте, что это будет легко. Вы — не единственные, кого я собираюсь использовать. Раз уж я взялся за дело, я доведу его до конца!»
Он щёлкнул пальцами, словно возвращаясь к списку.
«На чем я остановился? Ах, да... Павильоны.»
«Семь павильонов отвечают за семь направлений. Каких именно — вам знать не положено. Это право имеют только официальные члены организации. И только достойные войдут в их состав.»
«Пока никто из вас, слабаков, не проходит! Всё будет зависеть от того, сможете вы соответствовать моим требованиям или нет. Если "да", то я позволю себе запомнить ваше имя! Но если "нет".....то вы так и останетесь для меня лишь мусором под ногами!!»
Все слушали его речь с лицами, как будто их только что заставили есть землю, однако не прекращали бежать. Поток слов в исполнении Грея лился безостановочно, будто ему совершенно не было дела — слышат его или нет.
А в их головах тем временем крутились почти одинаковые мысли;
‘Звучит очень даже неплохо. Нас кормят. Нас тренируют. Дают шанс стать сильнее. Да, можно проиграть и опозориться… но есть и шанс выиграть. Посмотреть, как другие выставляют себя дураками.’
‘Соревнования? Чего мне бояться? Я выжил в пустыне. Всего-то придется немного увеличить интенсивность тренировок. Я сделаю раза в три больше. Если окажется недостаточно... То увеличу нагрузку в пять раз...’
‘Я точно не проиграю три раза подряд. Никогда. Моё тело останется чистым для суженого. Я думала, что это Ахилл… но Грей выглядит куда более зрелым… Стоп. О чём я думаю? Я должна победить. Приятно, когда за тебя работают другие.’
Теперь их жизнь зависела от тренировок.
С этого момента семнадцать подростков официально ступили на путь, ведущий прямиком в глубины Ада.
«Закончили с бегом!» — рявкнул Грей. — «Взяли булыжники. Приседаем под мой счёт. Выполнять!»
Он чётко отыгрывал роль провожающего.
«Раз… два… Раз… два…»