||| Автор: Тимур |||
История популярной музыки полна мифических альбомов, пылящихся на полке, но случай с пластинкой Trixies группы Squeeze примечателен преодолённой временной дистанцией. В сентябре 1974 года, задолго до того, как Гленна Тилбрука и Криса Диффорда провозгласили наследниками Леннона и Маккартни, они были обычными подростками из Дептфорда, мечтавшими о славе. Шестнадцатилетний Тилбрук, арендовавший комнату в доме семьи своей девушки, подбирал аккорды и мелодии к ворохам текстов девятнадцатилетнего Диффорда. В то время их владение инструментами было весьма далёким от идеала – сам Тилбрук сравнивал его с «пятилетними детьми, играющими в футбол». Тем не менее вместе они создали амбициозный цикл из 12 композиций – концептуальный альбом, в котором дуэт воображал злачные места Южного Лондона, закрытые для них в силу возраста.
Вооружившись взятым напрокат магнитофоном, они запечатлели свои фантазии о вымышленном ночном клубе, ожидая, будто мир тут же падёт к их ногам. Однако ничего не произошло: у начинающих музыкантов не было лейбла, готового профинансировать запись. Позже работу и вовсе отложили в долгий ящик, когда нахлынувшая волна панка заставила группу радикально сменить курс. Как не раз признавался Тилбрук, при работе над дебютным мини-альбомом Packet of Three им пришлось намеренно «оглупляться», чтобы вписаться в агрессивный контекст новой волны. И только теперь, спустя более 50 лет, мы получили возможность ознакомиться с этой ранней работой. Несмотря на то, что из-за юности авторов сюжет порой становится запутанным и, возможно, слишком загадочным для поп-альбома, Trixies погружает нас в полноценный, осязаемый мир.
Хотя понятие «рок-опера» может предполагать претенциозное полотно, Squeeze фокусируются на классическом хронометраже: ни одна композиция не длится дольше четырёх минут, хотя в каждую втиснуто невероятное количество идей. Двери в это порочное заведение открывает Hell on Earth – госпел-произведение, акцентированное фортепианными мазками, которое позже переходит в воодушевляющий финал с захватывающим инструментальным бриджем (трек комфортно чувствовал бы себя на Kimono My House). Trixies оказывается убедительным доказательством того, что все фирменные черты Squeeze – мелодизм, романтика и дар повествования – присутствовали в их творчестве с самого начала. Многие мелодии уже тогда обладали тем самым цепким качеством, которое позже превратит группу в надёжного поставщика радиохитов.
Конечно, композиции несут в себе отпечатки своего времени и чётко указывают на то, что тогда слушали Тилбрук и Диффорд. Похожая на творчество Пола Маккартни вещица The Place We Call Mars выделяется захватывающим гитарным хуком (передающим привет Зигги Стардасту), а также фаталистическими строчками: «Она лежала на полу больницы / Кровь на лице и шипы в мыслях». Смелые смены темпа и гармонические аранжировки в Good Riddance заставляют вспомнить о наследии 10cc, причём с точки зрения вокальных партий этот номер в духе Beach Boys доказывает, что группа умеет создавать богатое звучание под аккомпанемент оркестровых пассажей, на фоне которых Тилбрук скандирует: «Дикие женщины с языками как бритвы».
Лирика Диффорда того периода оказывается неожиданно мрачной и примечательно проницательной (но и столь же наивной) для молодого автора, в те годы ещё даже не посещавшего настоящие клубы. Вероятнее всего, его знания о ночной культуре черпались из книг и кино. В композиции The Dancer он с поразительным сопереживанием пишет о танцовщице, чьи «кулаки сжаты по бокам» в то время, как улюлюкающая толпа требует стриптиза. Здесь голос звучит даже более скорбно, чем он мог бы звучать в молодые годы, поскольку время наложило свой отпечаток на тембры дуэта. При этом Диффорд как вокалист не демонстрировал такой уверенности уже много лет; от былой робости не осталось и следа.
Вокальные рисунки и гитары создают необходимую знойную атмосферу в The Jaguars. Космическую It’s Over окутывают воздушные клавишные, а исполняется композиция в намеренно угловатой манере. Тилбрук безошибочно считывает каждое лирическое настроение своего напарника: в Don’t Go Out in the Dark Squeeze уподобляются блюзовой группе в духе Fleetwood Mac эпохи Питера Грина и выдают залитое реверберацией звучание. Ведомая риффами Anything But Me заканчивается фортепианным соло, вдохновлённым, кажется, творчеством Элтона Джона 70-х. Завершается альбом триумфальной Trixies (Part Two) с парящим припевом и пронзительными гармониями.
Эта перезаписанная работа не выглядит как простая попытка заработать на ностальгии. Наоборот, конечный результат ощущается полноценной записью, вознаграждающей слушателя за внимание к деталям. Если альбом станет для Squeeze финальным поклоном, то он окажется великолепной вишенкой на торте их дискографии. Группе удалось вновь создать нечто впечатляющее и в то же время развлекательное. Это трогательное свидетельство того, что путь, начатый подростками в маленькой спальне Дептфорда, всё ещё продолжается, подпитываемый прежней творческой страстью, а их юношеские мечты наконец-то смогли обрести великолепную форму.
///
///
#Squeeze #Trixies #new_wave #pop_rock #post-punk #power_pop #music_2026
|||