Среди грохота Кавказской войны, длившейся более полувека, был слышен и голос тех, кто выбирал путь не разрушения, а созидания.
Были среди горцев люди, кто разглядел в российском орле не захватчика, а гаранта закона. Они увидели в присоединении к Империи конец изматывающим кровным местям, возможность учиться, строить и жить в мире.
Одним из таких людей стал Арцу Чермоев.
Его судьба началась в 1825 году.
В шестнадцать лет, когда сверстники его лишь учились держать шашку и нагайку, Арцу уже стоял в штабе Кавказской армии. Его даром стал язык — он был нанят переводчиком, драгоманом.
Но для Чермоева перевод означал не просто смену слов, а мост между различными культурами.
С того дня, надев мундир, мусульманин Чермоев до последнего вздоха хранил верность Белому Царю и Российской империи.
Служба его проходила в рядах так называемой туземной милиции. Это были иррегулярные части, составленных из местных жителей.
Это был особый путь: отражать нападения соплеменников, ослепленных ненавистью к русской власти, что было тяжелейшим моральным испытанием. Однако Арцу видел в своих единокровцев не врагов, а заблудших братьев.
Его храбрость и преданность не раз были отмечены командованием.
К моменту официального окончания Кавказской войны в 1864 году, когда шамильские наибы складывали оружие, Чермоев уже носил погоны подполковника.
Его грудь украшали золотые звезды орденов Святой Анны и Святого Владимира, а высшая военная награда орден Святого Георгия свидетельствовала о личном мужестве, проявленном в стычках на горных тропах.
В 1871 году, в знак особых заслуг, император Александр II произвел его в генерал-майоры.
Черноев стал одним из первых чеченских генералов в истории Российской Империи.
1877 год.
Началась Русско-турецкая война. Османская Порта, стремясь ослабить Россию на Кавказе, бросила в горы агитаторов.
Султанский фирман призывал к газавату. В Чечне вспыхнуло восстание. Нагорная часть вздыбилась, отряды повстанцев угрожали русским станицам и мирным аулам, лояльным Империи.
Казалось, кровь снова зальет долины.
Командование Кавказской армии, возглавляемое великим князем Михаилом Николаевичем, приняло грамотное, хотя и неординарное решение.
Усмирять бунт силой штыков означало обречь край на новую резню.
Вместо карательных экспедиций на усмирение был отправлен генерал Чермоев. Ему дали соответствующие полномочия но одним из главных аргументов был непререкаемый авторитет.
Чермоев вошел в мятежные аулы не с пушками, а со словом.
Он говорил с старейшинами на их языке, напоминая о клятвах, о выгоде мира, о том, что турецкий султан далек, а Русский Царь здесь.
Он предупреждал: бунт приведет лишь к разорению семей и потере земель, дарованных реформами.
Его моральный вес оказался тяжелее свинца. Восстание, которое могло перерасти в большую войну, затухло, едва разгоревшись.
Почти без единого выстрела Чермоев вернул спокойствие в Терскую область.
В декабре 1877 года, в разгар победоносного хода войны на Балканах, Александр II подписал указ о награждении Арцу Чермоева орденом Святого Станислава 1-й степени с мечами. Это была высочайшая оценка его дипломатического и воинского таланта.
Арцу Чермоев нес службу до самой своей кончины в 1895 году, а его наследие пережило его.
Вера в то, что союз с Россией принесет процветание, оправдалась сполна. Сыновья и племянники генерала, Чермоевы, стали одними из крупнейших нефтепромышленников Баку и Грозного, меценатами и строителями. Они возводили мечети и школы, доказывая делом: путь, выбранный генералом Арцу, был путем не покорности, а развития.
История сохранила его имя, как имя человека, который сумел в смутное время выбрать закон вместо хаоса, и мир вместо вечной войны.