Найти в Дзене

🤖 32 РОБОТА ВМЕСТО 200 РАБОЧИХ: КАК БРЕНД ON ЗА 3 МИНУТЫ ДЕЛАЕТ КРОССОВКИ И ПЕРЕПИСЫВАЕТ ПРАВИЛА ИГРЫ В РЕТЕЙЛЕ

Швейцарский бренд спортивной обуви On запустил в южнокорейском Пусане фабрику, где беговые кроссовки делают 32 полностью автоматизированных робота — без людей на конвейере. Один робот выдаёт около 1000 пар в сутки, а цикл создания верха обуви сокращён примерно с 200 операций до одного непрерывного процесса. Что они придумали: Вместо привычного «кроим–шьём–клеим» роботизированная рука распыляет специальный материал LightSpray на форму стопы, формируя бесшовный «носок»-верх. На первый такой завод в Цюрихе поставили 4 робота, в Пусане — уже 32, что умножает мощности десятки раз. Время производства одной пары — минуты, а не часы, при этом сокращаются отходы и углеродный след. Зачем это всё бизнесу, а не только фанатам технологий: • Скорость вместо складов. Чем быстрее ты производишь, тем меньше тебе нужны гигантские запасы и длинный прогноз спроса «на год вперёд». • Производство ближе к клиенту. On планирует открывать роботизированные заводы в США и Европе, чтобы уйти от классической

🤖 32 РОБОТА ВМЕСТО 200 РАБОЧИХ: КАК БРЕНД ON ЗА 3 МИНУТЫ ДЕЛАЕТ КРОССОВКИ И ПЕРЕПИСЫВАЕТ ПРАВИЛА ИГРЫ В РЕТЕЙЛЕ

Швейцарский бренд спортивной обуви On запустил в южнокорейском Пусане фабрику, где беговые кроссовки делают 32 полностью автоматизированных робота — без людей на конвейере.

Один робот выдаёт около 1000 пар в сутки, а цикл создания верха обуви сокращён примерно с 200 операций до одного непрерывного процесса.

Что они придумали:

Вместо привычного «кроим–шьём–клеим» роботизированная рука распыляет специальный материал LightSpray на форму стопы, формируя бесшовный «носок»-верх.

На первый такой завод в Цюрихе поставили 4 робота, в Пусане — уже 32, что умножает мощности десятки раз.

Время производства одной пары — минуты, а не часы, при этом сокращаются отходы и углеродный след.

Зачем это всё бизнесу, а не только фанатам технологий:

• Скорость вместо складов. Чем быстрее ты производишь, тем меньше тебе нужны гигантские запасы и длинный прогноз спроса «на год вперёд».

• Производство ближе к клиенту. On планирует открывать роботизированные заводы в США и Европе, чтобы уйти от классической модели «Юго-Восточная Азия → Европа/США».

• Ответ на геополитику. Рост пошлин, сбои логистики, риски — бренды перестраивают цепочки поставок под новый мир, а не ждут «когда всё устаканится».

• Это уже не пилот ради PR:

LightSpray впервые показали на Олимпиаде в Париже в 2024 — как технологию будущего.

Сейчас это полноценная производственная модель, которая масштабируется по миру и превращается в конкурентное преимущество, а не в красивую презентацию.

🎯 Что важно увидеть лидеру, а не техно-энтузиасту:

• Роботы = гибкость стратегии.

Они не просто «дешёвые рабочие», а способ быстро переключать производство между моделями, рынками, объёмами.

• У кого скорость перенастройки выше — у того преимущество на нестабильном рынке.

• Локализация вместо глобализации по учебнику.

Бренды идут от идеи «одна дешёвая страна-производитель для всех» к сети более компактных, но умных локальных фабрик.

• Это другой уровень управления рисками и другой баланс себестоимости и маржи.

• Продукт как следствие технологии.

Когда у тебя есть новый процесс (LightSpray), ты можешь создавать новые форм-факторы обуви, а не просто удешевлять старые.

Технология становится исходной точкой для дизайна, логистики и маркетинга одновременно.

💡 Перестаньте смотреть на автоматизацию как на «замену людей роботами» — смотрите на неё как на инструмент ускорения принятия решений и сокращения лишних звеньев в вашей бизнес-модели.

Задайте себе сегодня три конкретных вопроса и честно выпишите ответы:

• Какой один процесс в моём бизнесе можно радикально упростить или автоматизировать уже в этом квартале — не «когда-нибудь», а сейчас?

• Какой участок цепочки — производство, логистика, продажи — должен быть ближе к клиенту, а не ко мне лично?

• Какую технологию я могу встроить так, чтобы она изменила саму логику продукта, а не только снизила затраты?

Те, кто начнёт перестраивать систему до того, как их к этому принудит рынок, — и есть те, кто выигрывает не «после кризиса», а во время него.