Он как бы говорит («мы уже выиграли, теперь ваша очередь»). Пезешкиан продаёт стойкость и священную войну: («нас ударили, но мы ответим и победим»). Один использует видео как ультиматум и приглашение к перевороту, второй — как траурный призыв к тотальной мобилизации.