Звучит невероятно, но когда-то Иран и Израиль были союзниками.
А Иран и США — ближайшими партнерами.
В 1948 году, когда создавалось государство Израиль, Иран проголосовал против в ООН.
Но уже в 1950-м шах Ирана Мохаммед Реза Пехлеви признал Израиль де-факто.
Для шаха Израиль был естественным союзником: обе страны были прозападными, обе не любили арабских националистов (типа Насера в Египте), обе боялись советского влияния.
⠀
Иран покупал у Израиля оружие, израильские советники учили иранских военных, вместе они разрабатывали ракетные программы.
Это называлось «периферийной стратегией»: Израиль искал союзников среди неарабских стран региона.
США в это время были главным покровителем шаха.
Американские компании строили в Иране заводы, ЦРУ помогало шахской тайной полиции САВАК, Иран покупал американское оружие на миллиарды долларов.
В 1970-е годы Иран был главным оплотом США на Ближнем Востоке.
И вдруг всё рухнуло.
⠀
1979 год стал водоразделом.
В Иране произошла Исламская революция.
Шах бежал из страны, к власти пришел аятолла Хомейни.
Новый лозунг: «Ни Запад, ни Восток — только Исламская республика».
США стали «Большим Сатаной», а Израиль — «Малым Сатаной».
Хомейни объявил, что борьба с Израилем — религиозный долг мусульман. Дипломатические отношения с Израилем были разорваны, иранское посольство в Тель-Авиве передали палестинцам.
⠀
Почему такая ненависть?
Тут 3 причины.
Первая — религиозная.
Хомейни считал, что Иерусалим должен принадлежать мусульманам.
Контроль Израиля над мечетью Аль-Акса воспринимался как оскорбление ислама.
Вторая — политическая.
Хомейни хотел экспортировать революцию.
Ему нужен был враг, который объединит мусульман.
Израиль и США идеально подходили на эту роль.
Третья — личная обида.
Шах, которого ненавидели революционеры, был марионеткой США.
Америка дала ему убежище (позже под давлением забрала).
Это бесило новую власть.
Захват американского посольства в Тегеране в 1979 году и 444 дня заложников стали символом нового курса.
С тех пор пути разошлись навсегда.
⠀
В 1980-м началась ирано-иракская война.
Саддам Хусейн напал на Иран.
США и СССР поддерживали Саддама — им нужен был противовес новой исламской власти. Американцы снабжали Ирак оружием, спутниковой информацией, деньгами.
Иран оказался в изоляции.
Но тут случился скандал «Иран-контрас». Выяснилось, что администрация Рейгана тайно продавала оружие Ирану, чтобы освободить заложников в Ливане, а деньги шли никарагуанским контрас.
Парадокс: США официально поддерживали Ирак, но тайно торговали с Ираном.
⠀
Израиль в этой войне тоже играл свою игру.
Он тайно поставлял оружие Ирану, чтобы ослабить Ирак и поддерживать курдов.
Ближний Восток — место, где сегодняшний враг может оказаться завтрашним союзником.
Кроме Ирана и Израиля.
Их вражда оказалась сильнее.
⠀
После войны Иран понял: чтобы выжить, нужно оружие сдерживания.
Началась ракетная программа.
Иран создал баллистические ракеты «Шахаб», способные достать до Израиля.
В 1990-е годы Иран начал развивать ядерную программу.
Официально — мирную, для энергетики.
Израиль и США увидели в этом экзистенциальную угрозу.
Для Израиля ядерный Иран — это кошмар.
Страна размером с Израиль не может позволить себе получить ядерную бомбу от врага, который обещает ее стереть.
США при Клинтоне пытались наладить диалог, но безуспешно.
При Буше-младшем Иран попал в «ось зла».
Риторика накалялась.
⠀
В 2000-е конфликт перешел в гибридную фазу.
Израиль начал тайную войну против иранской ядерной программы.
Убийства ученых-ядерщиков, кибератаки, диверсии на объектах.
Иран отвечал через прокси: поддерживал "Хезболлу" в Ливане, снабжал оружием ХАМАС в Газе, помогал шиитским группировкам в Ираке убивать американцев.
⠀
В 2015 году случилось событие, которое могло изменить всё.
США, Европа, Россия, Китай и Иран подписали ядерную сделку — СВПД.
Иран ограничивал свою программу в обмен на снятие санкций.
Израиль был в ярости.
Нетаньяху лично выступал в Конгрессе США против Обамы, называя сделку ошибкой.
В 2018 году Трамп вышел из сделки и ввел жесткие санкции.
Иран в ответ начал постепенно сворачивать свои обязательства.
Сделка умерла.
⠀
2020 год: США убили иранского генерала Касема Сулеймани, командующего силами «Кудс» в Ираке.
Иран ответил ракетным ударом по американской базе в Ираке (без жертв, но показательно).
Конфликт вышел на новый уровень прямых столкновений.
С 2023 года после атаки ХАМАС на Израиль 7 октября и начала войны в Газе противостояние достигло пика.
Иран открыто поддерживает ХАМАС и "Хезболлу".
"Хезболла" и Израиль обмениваются ударами ежедневно.
⠀
Проиранские группировки атакуют базы США в Сирии и Ираке.
Хуситы в Йемене блокируют Красное море.
К 2026 году Иран стал фактически ядерным пороговым государством.
Он не взорвал бомбу, но способен сделать это за считанные недели.
Израиль угрожает ударом.
США держат в регионе авианосцы.
Ситуация взрывоопасна.
⠀
У конфликта есть глубокий религиозный слой.
Иран — шиитская теократия. Израиль — еврейское государство.
Для иранских аятолл сионизм — это не просто политическое движение, а оскорбление ислама.
Контроль евреев над Иерусалимом, где находится мечеть Аль-Акса, воспринимается как унижение.
Для Израиля угроза со стороны Ирана — это не просто конкуренция за ресурсы.
Иранские лидеры регулярно обещают стереть Израиль с карты.
В стране, где живы воспоминания о Холокосте, такие заявления воспринимаются буквально.
⠀
Религиозные радикалы с обеих сторон подливают масло в огонь.
Иранские проповедники призывают к джихаду.
Израильские ультранационалисты требуют ударить по Ирану, пока не поздно.
⠀
Конфликт Ирана с Израилем и США — не случайность.
У него глубокие корни: революция 1979 года, религия, геополитика, нефть, ядерное оружие.
Каждая сторона имеет свою правду и свои страхи.
Иран боится окружения и смены режима.
Он видел, что случилось с Ливией и Ираком, и не хочет повторить их судьбу.
Ядерное оружие для него — гарантия выживания.
⠀
Израиль боится уничтожения.
В стране, окруженной врагами, любая угроза воспринимается смертельно серьезно.
Иран с бомбой — это конец сдерживания.
⠀
США боятся потерять контроль над регионом, где находится главный ресурс мира — нефть.
Иран, доминирующий в Заливе, может перекрыть нефтяные артерии.
1 марта 2026 года эти страхи достигли пика.
Дипломатия не работает.
Доверие равно нулю.
Оружия у всех достаточно.
Достаточно одной искры — случайного удара, провокации, ошибки — чтобы тлеющий конфликт превратился в пожар, который сожжет весь регион.
И ни одна из сторон, кажется, уже не может остановиться.