Осенью 1941 года, когда фронт катился на восток, на оккупированных территориях началась другая война — тихая, бытовая, без танков и артиллерии. Немцам нужно было управлять деревнями и городками, где не хватало собственных людей. Уже в октябре в сводках Совинформбюро прозвучала информация о создании «местных администраций» — с опорой на тех, кто готов был сотрудничать.
6 ноября 1941 года по приказу Генрих Гиммлер были официально оформлены подразделения вспомогательной полиции — Schutzmannschaft. В народе их называли просто «полицаи». Формально это были местные жители, подчинённые немецкому командованию.
Причины были разными, и их нельзя свести к одной формуле.
Во-первых, часть людей действительно шла добровольно — из идейной вражды к советской власти. Это были бывшие репрессированные, раскулаченные, родственники осуждённых, а также те, кто видел в приходе немцев возможность реванша.
Во-вторых, были уголовники и люди с криминальным прошлым. Немцы охотно использовали таких — они зависели от новой власти и легче шли на жёсткие меры.
В-третьих, материальный расчёт. За службу платили деньги, обещали льготы, иногда — «перспективу» жизни в Германии. Для людей, оказавшихся без средств к существованию, это было серьёзным аргументом.
Но далеко не все шли по собственной воле. Нередки были угрозы: тюрьма, лагерь, расстрел, отправка на принудительные работы. В некоторых местах мужчин буквально ставили перед выбором — либо вступаешь, либо отвечаешь вместе с семьёй. Кто-то соглашался. Кто-то уходил в лес к партизанам.
Всего за годы оккупации в различных формах вспомогательной полиции оказалось более 300 тысяч советских граждан. Особенно много таких подразделений действовало на западных территориях СССР.
Внешне полицаи отличались лишь нарукавной повязкой с надписью Polizei. Унифицированной формы чаще всего не было. Оружие выдавали немецкое или трофейное.
Основные обязанности включали:
- охрану тюрем, лагерей, гетто;
- проверку документов и регистрацию населения;
- участие в облавах на партизан и подпольщиков;
- сопровождение реквизиций продовольствия и скота.
На оккупированных территориях шла постоянная миграция: сожжённые деревни, беженцы, переселения. Проверка документов стала инструментом контроля. Любое подозрение могло обернуться арестом.
Однако вспомогательная полиция не ограничивалась административной работой. Во многих регионах полицаи активно участвовали в карательных операциях против мирного населения и в акциях против партизан. Известен, например, 118-й полицейский батальон, участвовавший в уничтожении белорусской деревни Хатынь. Подобные эпизоды были не единичными.
В карательных акциях участие нередко было добровольным — таким образом люди демонстрировали лояльность немецкому командованию.
По мере отступления вермахта полицаи немцам стали не нужны. Организованной эвакуации для большинства не было. Кто мог, уходил вместе с немецкими частями на запад. Часть осела в Германии, затем перебралась в Великобританию, Канаду, Австралию. Другие попытались раствориться среди населения.
После войны многие процессы прошли в СССР, особенно в 1940–50-е годы, а затем новая волна расследований пришлась на 1980-е. Некоторых бывших полицаев опознавали соседи, кого-то вычисляли по архивам. Были случаи, когда люди десятилетиями жили под чужими именами, представлялись ветеранами, выступали в школах.
Часть преступников удалось привлечь к ответственности даже спустя сорок лет. Но тысячи так и остались неустановленными.
СПАСИБО ЗА ПРОЧТЕНИЕ, ТОВАРИЩ!
Прошу оценить публикацию лайком и комментарием, поделиться прочитанным в соцсетях! Также Вы можете изучить другой материал канала.
Буду вам очень благодарен, если вы сможете поддержать канал и выход нового материала с помощью донатов 🔻