У США и Израиля не совпадают взгляды на будущее Ирана, поскольку Дональд Трамп хочет трансформировать Исламскую Республику по венесуэльскому сценарию, а еврейское государство — вернуть там монархию. Об этом «Газете.Ru» рассказал эксперт по Ближнему Востоку Александр Каргин.
«Расчет Трампа на венесуэльский сценарий — это расчет на идеальное видение Трампа изменения Ирана, когда остается система, то есть останется КСИР, весь тот управленческий аппарат, в том числе силовой, который есть сейчас в Иране, что позволит Ирану не развалиться. Но при этом Иран трансформируется и начнет сотрудничать с США. Это то, чего хочет Трамп. Например, у Израиля явно другие цели. Израиль хочет, чтобы Иран в нынешнем виде перестал существовать, а вместо него была реставрирована монархия, то есть чтобы возник Шахский Иран, и вернулся его возглавил, видимо, Реза Пехлеви — сын сбежавшего в 1979 году иранского монарха. Это абсолютно разные цели у США и Израиля в том плане, как они видят последствия», — сказал он.
По словам эксперта, Трамп предпочитает действовать по венесуэльскому сценарию, чтобы минимизировать последствия и в дальнейшем сотрудничать с уже существующей структурой власти. Каргин отметил, что на данный момент наиболее удобной фигурой для переговоров американский лидер считает президента Ирана Масуда Пезешкиана.
«Если мы говорим про план Трампа, то, скорее всего, он считает, что венесуэльский вариант для него — это самый лучший, поскольку он не предусматривает каких-то последствий, турбулентности, дальнейшего раскола региона, а позволит ему иметь дело впоследствии с уже работающей структурой — речь идет про иранские власти. Мы не знаем, есть ли какие-то силы внутри Ирана во власти, которые готовы с Трампом сотрудничать. Трамп утверждает, что есть, он на это активно намекает. Подтверждения этому нет. Можно сказать лишь, что, судя по заявлениям, которые делает Трамп, наиболее благосклонной и удобной для себя фигурой для переговоров он видит президента Пезешкиана, поскольку тот представляет реформистско-светское крыло иранской элиты. При этом важно понимать, что президент в Иране — это скорее администратор, он отстранен от силового блока, не занимается международной политикой, военными вопросами, то есть он не имеет ресурсов и не принимает глобальных решений», — добавил он.
Каргин уточнил, что главную борьбу Трамп будет вести с КСИР.
«Отдельный вопрос — это то, есть ли какие-то связи у Трампа в вооруженных силах Ирана. Тут тут вообще судить очень сложно. Очевидно, что главный противник Трампа внутри Ирана — это Корпус стражей исламской революции. Это основа религиозно-силового блока Ирана, и именно КСИР на сегодняшний день и выходцы из КСИР глобально управляют Ираном, и их роль только увеличивается. Дальше будем смотреть за развитием ситуации. Понятно, что сами нынешние власти Ирана не собираются сейчас как-то видоизменяться и сдавать назад, просто сейчас идут боевые действия», — заключил он.
Утром 28 февраля США вместе с Израилем начали военную операцию против Ирана. Трамп в обращении к нации объяснил американские и израильские удары по Ирану «иссякшим терпением» в связи с нежеланием Тегерана отказаться от ядерных амбиций.
В Исламской Республике были атакованы многие города, в том числе столица. Один из ударов пришелся на резиденцию верховного лидера Али Хаменеи, он не выжил. В ответ Иран нанес удар ракетами и беспилотниками по Израилю и американским авиабазам на Ближнем Востоке.
Позднее Трамп заявил, что один из вариантов развития событий в Иране может повторить модель, которую Вашингтон применил в Венесуэле. Американский лидер назвал этот вариант «идеальным сценарием», подчеркнув, что в таком случае свои посты потеряли лишь два человека. Он также объяснил, что Израиль и США атаковали Иран, поскольку там в течение двух недель должно было появиться ядерное оружие.
Ранее Трамп рассказал, при каких условиях США остановят удары по Ирану.