Света поправила идеально уложенные локоны и ещё раз окинула взглядом банкетный зал. Ресторан "Золотой лев" она выбрала не случайно - когда-то, двадцать пять лет назад, они сюда и войти не могли бы, обычные десятиклассники из районной школы. Теперь всё иначе. Теперь у неё три салона красоты, муж-адвокат, полная чаша. А этот вечер должен был стать её звёздным часом.
- Ну что, готовы? - к ней подошла Ирка, когда-то стройная отличница, а теперь женщина в чересчур ярком платье. В школе они соперничали, но годы всё стёрли, и теперь их объединяло общее любопытство.
- Ещё бы, - Света улыбнулась. - Интересно, какой она стала?
- Я нашла её в соцсетях, - Ирка понизила голос. - Там почти ничего нет. Ни фотографий, ни постов. Работает где-то в библиотеке, живёт в старом районе. Представляешь?
- Что ж, бывает, - пожала плечами Света, хотя внутри приятно кольнуло. Значит, жизнь всё расставила по местам.
Подтягивались и другие. Лысеющий Дима Королёв, когда-то главный школьный краш, теперь менеджер среднего звена. Ленка Сорокина, худая и нервная, с вечно дёргающимся глазом. Пашка Кузнецов, который и в сорок лет совал нос в чужие дела. Всех их объединяло одно: четверть века назад они были на вершине школьной иерархии, а та девочка - Наташа Ветрова - была белой вороной. Тихая, нескладная, вечно с книжкой. Её не травили - её просто не замечали. А если замечали, то не упускали случая подколоть.
Воспоминания лились рекой.
- А помните, как она на Новый год пришла в платье из какой-то странной ткани? - Ленка хихикнула. - Мать ей сшила, что ли. Мы тогда в раздевалке дверь подпёрли, чтобы она не выходила, пока звонок не прозвенит.
- А на физру как-то форму забыла, так ей зачёт не поставили, - добавил кто-то.
- На выпускном она одна у стены простояла. Никто не пригласил.
- Свет, а это правда, что ты ей сообщение написала? - спросила Ирка.
- Правда. Написала, что все ждут, ностальгия, школьные годы. Она ответила: "Приду".
- Интересно, зачем она идёт? - задумалась Ленка. - Если б меня так... ну, в общем, я бы не пришла.
- А затем и идёт, чтобы доказать, что она не обижается, - усмехнулся Дима. - Типа, я выше этого. Классика.
Стол ломился от закусок. Подходили остальные выпускники - те, кто держался в школе незаметно. Эти жались по углам, переглядывались. Света ловила на себе взгляды и купалась в них.
Время шло. Наташи не было.
- Не придёт, - сделала вывод Ирка. - Струсила.
Света начала раздражаться. Весь вечер насмарку. Она так хотела посмотреть в глаза этой тихоне, увидеть, как та мнётся у входа, как ищет взглядом знакомых... И вдруг дверь распахнулась.
Гул голосов стих.
Она вошла.
Высокая, подтянутая женщина в простом тёмно-синем платье. Никаких украшений, только часы на запястье. Волосы убраны в небрежный пучок. Минимум макияжа. Но дело было даже не в этом.
Дело было в лице.
Спокойное, без тени улыбки или смущения. И глаза - большие, серые, они смотрели прямо перед собой, и в них не было ни страха, ни робости. Только ровная, уверенная глубина.
Наташа остановилась в центре зала, у хрустальной люстры, и медленно обвела взглядом присутствующих. Ни тени узнавания. Ни тени интереса. Словно она смотрела на незнакомцев.
- Здравствуйте, - сказала она негромко, но в тишине голос прозвучал отчётливо.
Света вдруг почувствовала, как пересохло во рту. Рука машинально потянулась к сумочке, где лежал пузырёк с водой - они с Иркой придумали глупый розыгрыш, налить "выпить" той, что опоздает. Но сейчас эта затея показалась настолько нелепой, что Света отдёрнула руку.
- Ты... ты отлично выглядишь, - выдавила она. Это прозвучало жалко.
- Да, - просто ответила Наташа. И это "да" было страшнее любых оскорблений.
- Ну, присаживайся, - засуетился Дима, пододвигая стул. - Мы тут как раз вспоминали школу... время было...
- Время было, - повторила Наташа. В её голосе не было иронии. Просто констатация.
Она не села. Стояла, возвышаясь над ними, и продолжала смотреть. Свете показалось, что этот взгляд проникает в неё, в самую глубину, туда, где до сих пор жила та пятнадцатилетняя девочка, которая боялась оказаться на месте Наташи и потому делала всё, чтобы быть "своей".
- Мы хотели как лучше, встретиться, пообщаться... - зачем-то начала оправдываться Ирка.
- Двадцать пять лет, - кивнула Наташа. - Срок.
Она опустила глаза на стол, на закуски, на шампанское. И снова подняла взгляд на Свету.
- Ты выглядишь уставшей, Света.
Света поперхнулась воздухом. Это было сказано без насмешки, без злорадства. Как врач на приёме.
- Я... я много работаю, - выдохнула она.
- Я знаю, - кивнула Наташа. - Три салона. Это огромная ответственность.
Света замерла. Она потратила полдня, пытаясь найти хоть какую-то информацию о Наташе в интернете - и не нашла ничего. А Наташа знала о ней всё.
- А ты? - подал голос Дима, пытаясь вернуть себе мужское достоинство. - Говорят, в библиотеке работаешь?
- Работала, - Наташа чуть улыбнулась. Улыбка была странной. Не тёплой, не холодной. Просто улыбкой человека, который знает что-то, чего не знают другие. - Сейчас живу между Лондоном и Цюрихом.
Тишина стала абсолютной.
- Врёшь, - вырвалось у Ленки, и она тут же зажала рот рукой.
Наташа даже не посмотрела в её сторону. Она продолжала смотреть на Свету. Свете захотелось провалиться сквозь землю.
- Я пришла не для того, чтобы отчитываться, - сказала Наташа. - И не для того, чтобы вспоминать прошлое. Мне просто стало интересно: какими вы стали. Вы ведь так хотели меня видеть.
Она сделала паузу.
- Теперь я вижу.
В этих словах не было торжества. Не было презрения. Просто факт. И от этого факта Свете вдруг стало невыносимо стыдно. Она вдруг увидела себя со стороны: нарядная, ухоженная женщина, которая двадцать пять лет несла в себе обиду на тихую одноклассницу и так и не смогла от неё избавиться. Которая собрала весь этот вечер только ради одного - почувствовать своё превосходство. И ради чего?
Наташа развернулась и пошла к свободному столику в углу. Села спиной к залу, достала из сумки книгу. Официант подлетел к ней, но она покачала головой, показав на стакан воды.
В зале никто не смеялся. Никто не шутил. Сорок взрослых людей сидели за накрытыми столами и молчали.
Света смотрела на ровную спину женщины в синем платье. У неё было всё, о чём можно мечтать: бизнес, семья, статус. Но этого - вот этого спокойствия, этой уверенности, которую не нужно доказывать, - у неё не было. И она вдруг отчётливо поняла: Наташа не пришла мстить. Она пришла потому, что ей это было просто интересно. Как учёному, наблюдающему за подопытными.
И это было самым трудным.
Она посмотрела на Ирку - та сидела, вцепившись в салфетку. На Ленку - та нервно кусала губы. На Диму - тот пил вино, не чувствуя вкуса.
Все эти годы они думали, что она - жертва. А оказалось, что жертвы - они. Застрявшие в школьных воспоминаниях, в старых ролях, в необходимости доказывать себе, что они чего-то стоят.
В углу зала женщина спокойно перевернула страницу.