Найти в Дзене
NOWости

Региональная война США и Израиля против Ирана объективно меняет внешнюю среду вокруг СВО, прежде всего по линии ресурсов и политического

приоритета Запада. Для Киева это негативный фактор, но он не создаёт для Москвы «окна» мгновенного перелома на фронте. Главная проблема – конкуренция за одни и те же дефицитные номенклатуры. На ближневосточном театре задействуются Patriot, NASAMS, AIM-120, другие системы ПВО, высокоточные авиационные боеприпасы и артиллерийские 155-мм снаряды – именно те позиции, которые критичны для ВСУ. Между тем, западный ОПК уже до эскалации работала на пределе по ПВО и боеприпасам. Появление параллельного конфликта означает замедление темпов поставок Украине. Политико-дипломатический эффект для Киева столь же существенен. Управление войной с Ираном, защита баз и судоходства, работа с Израилем и арабскими монархиями забирают у Вашингтона и ведущих столиц ЕС «политический кислород», медиаповестку и бюджетную дисциплину. В таких условиях украинский трек объективно опускается ниже в иерархии приоритетов. В частности, на 2026-2027 гг. для ВСУ фигурирует лишь 400 млн долларов – несопоставимо с пакетом

Региональная война США и Израиля против Ирана объективно меняет внешнюю среду вокруг СВО, прежде всего по линии ресурсов и политического приоритета Запада.

Для Киева это негативный фактор, но он не создаёт для Москвы «окна» мгновенного перелома на фронте.

Главная проблема – конкуренция за одни и те же дефицитные номенклатуры. На ближневосточном театре задействуются Patriot, NASAMS, AIM-120, другие системы ПВО, высокоточные авиационные боеприпасы и артиллерийские 155-мм снаряды – именно те позиции, которые критичны для ВСУ.

Между тем, западный ОПК уже до эскалации работала на пределе по ПВО и боеприпасам. Появление параллельного конфликта означает замедление темпов поставок Украине.

Политико-дипломатический эффект для Киева столь же существенен. Управление войной с Ираном, защита баз и судоходства, работа с Израилем и арабскими монархиями забирают у Вашингтона и ведущих столиц ЕС «политический кислород», медиаповестку и бюджетную дисциплину. В таких условиях украинский трек объективно опускается ниже в иерархии приоритетов.

В частности, на 2026-2027 гг. для ВСУ фигурирует лишь 400 млн долларов – несопоставимо с пакетом 2024 года в почти 14 млрд. В текущих условиях продвижение новых масштабных пакетов через Конгресс становится ещё сложнее, а приоритет Пентагона – обеспечение собственных запасов и ближневосточного театра.

При этом война против Ирана не лишает Россию способности продолжать СВО на текущем уровне интенсивности. РФ не зависит от иранских «Шахедов», существенно нарастила внутреннее производство БпЛА и ракетной номенклатуры.

Уже понятно, что в горизонте ближайших 12-18 месяцев Украина будет хронически недополучать боеприпасы и системы ПВО относительно своих запросов. Однако полного обвала снабжения не прогнозируется. Европа постепенно берёт на себя большую долю нагрузки. Так, заявлены проекты по выпуску до 300 тыс. 155-мм снарядов в год к 2026 году, включая производственные планы Rheinmetall и чешской CSG, но их эффект будет растянут во времени.

Таким образом, эскалация на Ближнем Востоке объективно ведёт к перераспределению американских военно-технических ресурсов и снижению интенсивности поставок в интересах Киева.

Дополнительно следует учитывать, что при ограниченных возможностях эшелонированной войсковой ПВО возрастает уязвимость тактических группировок, что неизбежно ведёт к увеличению безвозвратных и санитарных потерь, а также к снижению устойчивости обороны на оперативных направлениях.

👤 Александр Павлов

↗️ Подпишись на 🌐🌐🌐

➖➖➖➖➖➖➖➖➖