Если вы когда-нибудь гуляли по центру Ростова-на-Дону, то наверняка заметили эту особенность: здесь мало оштукатуренных фасадов. Историческое сердце южной столицы — это царство кирпича. Старинные особняки, доходные дома и купеческие усадьбы смотрят на прохожих своими шершавыми, часто желтовато-охристыми или красно-коричневыми стенами.
Почему сложилась именно такая архитектура?
Первая и самая прагматичная причина — сырье. Ростовская область невероятно богата залежами глины высокого качества. В конце XIX — начале XX века, когда город переживал бум застройки, возить стройматериалы издалека было дорого и сложно.
Местный кирпич был дешевым, доступным и качественным.Зачем везти камень или дерево, если отличная глина находится буквально в пригородах? Местные кирпичные заводы работали на полную мощность. Особенно известен был завод братьев Мартын, который производил качественный кирпич из местной глины.
Именно из-за состава местной глины ростовский кирпич часто имеет не ярко-красный, а теплый, песочно-желтый или охристый оттенок, что придает городу особый «южный» колорит. Этот уникальный цвет стал визитной карточкой Ростова.
Дом братьев Мартын — яркий пример того, как местный кирпич превращался в архитектурные шедевры. Двухэтажный дом из красного кирпича был сооружен в 1893 году по проекту ростовского архитектора Николая Матвеевича Соколова на Большой Садовой, 125. Построенный в духе псевдорусского стиля, этот особняк, известный в народе как «красный домик», стал одним из символов города.
До середины XIX века многие российские города, включая Ростов, были по сути деревянными. Это создавало огромную проблему: пожары вспыхивали часто и выжигали целые кварталы дотла.
В начале XIX века Ростов был типичным городом с хаотичной деревянной застройкой. Дома строились без соблюдения «красной» линии застройки и пожарных разрывов. Крыши покрывали соломой и камышом, которые иногда защищали раствором глины, но это мало помогало.
Основными источниками огня были: Печное отопление — дымовые трубы делали из кирпича, но плохое состояние печей и дымоходов приводило к возгораниям. Освещение — свечи, лучины, масляные и керосиновые лампы в деревянных домах представляли постоянную угрозу. Поджоги — были распространенным явлением, но доказать причастность было сложно.
10 сентября 1892 года произошла трагедия, которая навсегда изменила облик Ростова. Огонь вспыхнул в сарае-коровнике на пересечении нынешних улицы Большой Садовой и Малого проспекта (сейчас здесь район проспекта Соколова.
По одной из версий, пожар начался после того, как в сарай зашли со свечой. Огонь быстро распространился по кварталу. В результате сгорел целый квартал домов, которые сдавались внаём многочисленным жильцам. Пострадало 5 строений известного ростовского домовладельца Спирина, масса движимого имущества, а также соседи, у которых сгорело несколько зданий и незастрахованное имущество. Этот пожар стал одним из крупнейших в истории города того периода и наглядно показал всю уязвимость деревянной застройки.
Выгорело полностью 3 больших и 2 маленьких квартала. Проблема пожаров была системной. Например, в 1885 году произошел пожар, уничтоживший 31 усадьбу в районе Богатого источника, в границах улиц Никольской, Почтовой, Малого проспекта и Острожного переулка.
Ростов-на-Дону, будучи важным портовым и торговым узлом, не мог позволить себе сгорать регулярно. После серии крупных пожаров городские власти начали вводить строгие ограничения на деревянное строительство в центре.
В 1873 году городская дума запретила строительство деревянных домов на центральных улицах и площадях Ростова.
После пожара 1892 года, уже 1 ноября 1892 года, Дума приняла обязательное постановление об устройстве домовладельцами несгораемых лестниц на зданиях, имеющих больше одного этажа: «Во всех вновь строящихся зданиях, имеющих более одного этажа, должно быть устроено не менее двух лестниц, из коих одна, так называемая "парадная", должна быть из несгораемого материала, т. е. каменная или металлическая...».
Городская дума приняла строгие правила. Лицевые дома по главным улицам разрешалось крыть только железом. Надворные строения можно было крыть железом, тесом или соломою, обмоченною в густоразведенную глину. Существующие крыши из одной соломы и камыша подлежали замене
На центральной площади города и во всех прилегающих кварталах все постройки должны были иметь железные или деревянные кровли. В перспективе в центре города деревянные строения должны были быть ликвидированы как класс.
Именно эти два фактора — доступность местной глины и постоянная угроза пожаров — сформировали уникальный кирпичный облик старого Ростова. Местный кирпич теплых охристых оттенков стал не только практичным, но и эстетичным решением.