Непроизвольно хочется быть больше, чем ты есть на самом деле. Хочется выдержать и показать то, что ты ничем не хуже тех, в ком видят, как тебе кажется - тебя.
Даже ловя себя на мысли и искусственно охлаждая – понимаешь, что возможно, это даже еще хуже, чем то, что ты бы просто пытался что-то из себя строить.
Ведь пока ты мыслишь на этом уровне и понимаешь это – ты не достаешь желаемого уровня, но и не можешь в полной мере быть на уровне, от которого бежишь, ведь чтобы на нем быть – не нужно замечать.
Неполноценность. Повсеместная и неизменная, даже в данный момент, пока я все это пишу, нахожу лучшее этому в том, чтобы взять и все это стереть.
«Читать вредно, чужие мысли не дают самому человеку должным образом мыслить». Неполнота истин и неполнота заблуждений создает полноту неполноценности в вопросах того что грешно, а что праведно. Из-за этого человек вынужден сомневаться в том, что небо голубое и не сомневаться в том, что нет ничего невозможного.
Ровно поэтому же, не имея никакого желания говорить вовсе – пишешь.
Отличительно лишь то, что волнует уже не внешний, а внутренний отклик того, кто это прочитает. Ничего конкретного – самое главное и самое первое правило, которому нас учат все те, кто не предусматривает отклонений и не видит барашка в коробке.
Из этого вытекает главный парадокс проблемы знания – в его актуальности и прикладной значимости. Возможность выйти из мели теплых вод в открытый океан – не всегда является возможностью дойти до нового берега. Иной раз можно и вовсе не вернуться к берегу, от которого отчалил, оставшись в этом лимбе безмолвия, полном штиля с отсутствием каких либо-полюсов – навсегда.
Лишь страх, вызванный непониманием этих, казалось бы, не самых сложных «полуистин» – является основным защитным механизмом, спасающим наш вид от полного вымирания.
