В ноябре 1982 года страна прощалась с Леонидом Брежневым. Власть перешла к Юрию Андропову — человеку из КГБ, который пробыл у руля чуть больше года. История, казалось бы, писалась по стандартному сценарию: старый генсек умирает, его место занимает следующий по старшинству. Но если верить воспоминаниям приближенных, все могло сложиться иначе. Брежнев видел своим преемником вовсе не Андропова. И даже не Черненко. А человека, который руководил Украиной и которого в Москве почти не знали.
«Володя, ты должен заменить Косыгина»
Владимир Щербицкий возглавил Компартию Украины в мае 1972 года. К тому моменту он уже был членом Политбюро — случай уникальный для республиканского руководителя. Но с Брежневым у него сложились особые отношения.
Они были земляками. Щербицкий начинал карьеру в Днепродзержинске — на родине Леонида Ильича. В отличие от своего предшественника Петра Шелеста, который позволял себе украинские вольности, Щербицкий полностью ориентировался на Москву. И это импонировало генсеку.
Но главное — Щербицкий умел работать. Как пишет Валерий Панов в статье «Последний хозяин Украины», за годы его правления экономический потенциал республики вырос почти на 400%. Население Украины с 1961 по 1990 год увеличилось на 9 миллионов человек. Щербицкий жестко давил националистическое подполье и диссидентов. Киев был образцово-показательной республикой. Брежнев видел: этот не подведет.
Тайный план на ноябрь 1982-го
Здоровье генсека начало сдавать в середине 70-х. И тогда же он задумался о преемнике. Перебирал разные кандидатуры, но остановился на Щербицком.
В октябре 1980 года ушел на пенсию председатель Совмина Алексей Косыгин. Брежнев предложил этот пост Щербицкому. Сказал: «Володя, ты должен заменить Косыгина, больше некому».
Ответ главы Украины прозвучал как гром среди ясного неба: «Эту разболтанную телегу уже не вывезти».
Отказ был категорическим. Но Брежнев не оставил мысли о Щербицком как о преемнике. Просто решил, что тот займет не кресло премьера, а кресло генсека.
Осенью 1982 года, по воспоминаниям коменданта дачи в Заречье Олега Сторонова, Брежнев окончательно определился. Он вызвал секретаря ЦК по кадрам Ивана Капитонова и сказал: «Видишь это кресло? Через месяц в нем будет сидеть Щербицкий. Все кадровые вопросы решай с учетом этого».
Объявить о своем решении Брежнев планировал на пленуме ЦК 15 ноября.
За пять дней до истории
10 ноября 1982 года Леонид Ильич Брежнев умер.
Пленум, на котором должна была решиться судьба страны, не состоялся. Вместо него прошли похороны. А через два дня генеральным секретарем единогласно избрали Юрия Андропова.
Личный фотограф Брежнева Владимир Мусаэльян позже вспоминал в интервью: «Леонид Ильич хотел, чтобы после него был Щербицкий, а не Андропов, как многие думают. Он готовил перемены под Щербицкого, который был молод и здоров. А про болезни Андропова и Черненко знал».
Что было дальше
Щербицкий остался в Киеве. Он пережил Андропова, пережил Черненко. Дождался Горбачева.
После Чернобыля его жестко критиковали за сокрытие масштабов катастрофы. Хотя, как выяснилось позже, он выполнял личный приказ Горбачева, боявшегося паники. Москва умело переложила ответственность на Киев.
В сентябре 1989-го Горбачев отправил Щербицкого на пенсию. Через пять месяцев, 16 февраля 1990 года, Владимир Васильевич скончался.
Похоронили его в Киеве, на Байковом кладбище. Спустя полтора года Украину ждал референдум о независимости, а бывшая «образцово-показательная республика» стала отдельным государством.
Альтернатива
Историки любят гадать: что было бы, если бы Брежнев успел? Если бы 15 ноября 1982 года Щербицкий оказался в Москве, а Андропов остался в КГБ?
Скорее всего, никакой перестройки бы не случилось. Щербицкий был жестким хозяйственником, а не реформатором. Он давил националистов, а не поощрял их. Он держал Украину в узде, а не отпускал ее в свободное плавание.
Но Брежнев не успел. История пошла другим путем. И единственным напоминанием о несостоявшемся преемнике остались мемуары очевидцев да могила на Байковом кладбище — человека, который должен был править СССР, но так и остался «хозяином Украины».