Часть 4. Тайна речного вокзала.
Здание речного вокзала было мрачным, как сюжет Достоевского. Окна заколочены, двери заварены. Но одна дверь, чёрная и незаметная, была приоткрыта.
Внутри пахло сыростью, крысами и… мятным чаем? Ерохин принюхался.
— Странно. Запах моего любимого чая.
Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж и вошли в бывший зал ожидания. Посреди зала стоял стул, на стуле сидел чучело медведя с отбитым носом Ленина в лапах, а на голове у медведя снова были зелёные трусы.
На стене висело большое зеркало, заляпанное грязью, а перед зеркалом стояла видеокамера на штативе. Рядом валялась записка: «Сними штаны и посмотри в зеркало. Узнаешь правду».
— Лев Глебович, это западня! — зашептал Смерчинский. — Не вздумайте!
— Аркадий, — вздохнул Ерохин. — Ты когда-нибудь слышал о дедукции? Здесь нет никакой ловушки. Здесь тест на идиотизм. Я, конечно, сниму штаны, если надо, но сначала посмотрю в зеркало без этого.
Он подошёл к зеркалу и, повинуясь какому-то наитию, снял с медведя трусы и надел их себе на голову, как башлык. Зрелище было то ещё.
— Лев Глебович! Вы сошли с ума? — ужаснулся Аркадий.
— Тсс! — Ерохин уставился в зеркало. И вдруг увидел, как отражение меняется. Грязь на зеркале сложилась в буквы. Он прочитал вслух:
— «Тот, кто ищет правду задом наперёд, должен знать, что коллекция Клякса была подделкой. Настоящий напёрсток „Козёл и пастух“ я спрятал там, где свет никогда не гаснет. Р.Т.»
— Р.Т. — Рыжий Таракан! — воскликнул Смерчинский. — Он признался! Выходит, Клякса владел подделкой, а настоящий напёрсток Таракан украл ещё три года назад из музея! И убил он Клякса из-за того, что тот выведал тайну?
— Логично, Аркадий. Но где это — «где свет никогда не гаснет»? В морге? В церкви? В круглосуточном ларьке?
Внезапно из темноты коридора донёсся хриплый смех, тот самый, с модулятором.
— Ха-ха-ха! Дошло? Почти дошли! Следующая подсказка у той, кто шьёт одежду для мёртвых! Если не боитесь, конечно!
И звук шагов, удаляющихся задом наперёд, затих.