Сергей Панченко.
Когда я дочитал книгу «Гадкие лебеди», стало холодно. Словно неведомо откуда взявшийся среди яркой весны, озноб придавил. Неуютно и безысходно стало.
Я только начинал свою педагогическую деятельность и с искренней верой следовал за маститыми учителями, набираясь опыта, не только работы, но и взгляда на окружающую действительность. Мне посчастливилось! В школе, где я начинал свой учительский путь, их была целая плеяда, имевших богатейший опыт и ищущих новые формы.
Не было ни одного равнодушного!
А главное, меня окружали самые лучшие в мире ученики.
И здесь как снег на голову.
- Ты читал Стругацких «Гадкие лебеди»?
- Нет.
- Держи.
Напечатанный на перфорированных нестандартных листах, которые я видел только в вычислительном центре пароходства, прошитые шелковой ниткой, сразу пробудил в сознании запретное слово — «самиздат». Конечно, это был никакой не самиздат. Шёл 1986 год, и в журнале «Изобретатель и рационализатор» (№ 9 и 10) книгу уже напечатали. Хотя самиздатовские печатные копии гуляли по стране с 1968 года, когда цензура запретила печатать эту повесть в издательстве «Молодая гвардия».
Но этот привкус запретности придавал ещё большую остроту восприятию текста!
Сказать, что я был в шоке — мало!
Но как хорошо, что эти копии нашли меня именно тогда, а не раньше.
Не знаю, как реагировали другие, но для меня это стало, как ни странно, своеобразной прививкой от беспечности.
Словно что-то закончилось и осталось осознание невероятной ответственности за каждого, кто пришёл ко мне учиться.
И я, выросший на произведениях этих авторов, вдруг понял, что они, как и я, тоже ищут ответы на неудобные вопросы.
Книгу «Страна багровых туч» мне вручил отец сразу после «Трёх мушкетёров», и я тогда из Франции времён великого Ришелье в одночасье переместился в ядовитые туманы Венеры. Продолжение романтики совершенно другого рода, но романтики! Даже прочитанная по настоянию друга Гоши повесть «Трудно быть богом» не изменила позже моего мнения об авторах. А потом был перерыв, не у авторов, конечно, а у меня. Армия, море, учёба. Даже «Пикник на обочине» пролетел мимо и фильм Тарковского тоже. Было много чего прочитано, но фантастика уступила реальности.
И вдруг: Аркадий и Борис Стругацкие. Гадкие лебеди.
Я даже сначала не понял, о чем это они.
И вдруг разверзлось небо и пошёл серый нескончаемый дождь.
Зачем я всё это рассказываю? Очень хорошая и нужная книга, особенно сейчас. Я не критик вовсе и не знаю тонкостей оценки литературного мастерства. Я читатель. Давно и верно любящий книгу.
Так вот, сейчас эта книга нужна, может быть, как никогда раньше. Замечательные прозорливцы братья Стругацкие каким-то, только им известным способом определили, что самая большая борьба в ближайшее время развернётся за детей. А может, они увидели, что эта борьба не прекращалась ни на миг за всю историю человечества. В одном они ошиблись — «мокрецы» не пришли. Вместо них новое время привело такую мерзкую шелупонь, что даже говорить о ней неудобно вам, дорогие читатели. Но старый промокший мир в прокуренном мрачном отеле словно и сейчас не замечает начинающегося нового исхода. О нём говорят, придумывают огромное количество планов, распоряжений, даже законов. Только дети смотрят в другую сторону. Слушают не нас и не слышат тревоги нашей! Может, говорим не так, не то, не в то время? Может, к разговору надо подключать тех, у кого есть в детей вера искренняя. А может, нам самим надо иногда становиться детьми. Помните? «Будьте, как дети»
А может, они всё же появятся, откуда мы не ждали? Те, кому дети поверят больше, чем циничному жулью, оседлавшему информационную пену.
А может, это был разговор именно о родительской ответственности, которой надо как особой ценности учить с детства...
Вы думаете, что в книге есть ответ?
Нет, дорогие друзья. К Стругацким, мне кажется, следует приходить не за ответами, а за вопросами!
Чтобы не забывать, что кроме нас, ныне живущих, их никому не решить!