Мы привыкли видеть на экране благородство, настоящую мужскую дружбу и отвагу. Зрители с замиранием сердца следили за гасконцем, утонченным Арамисом, меланхоличным Атосом и веселым Портосом. Кажется, на съемочной площадке царила такая же атмосфера возвышенной романтики. Но реальность оказалась куда жестче. За кадром бушевали настоящие французские страсти, плелись интриги, а жизнь любимых звезд порой висела на волоске. Мы собрали семь самых неожиданных и скандальных фактов о создании шедевра. После прочтения вы точно не сможете смотреть этот фильм прежними глазами.
1. Абсолютно другой актерский состав
Изначально мы могли увидеть совершенно иное кино. Роль Д`Артаньяна практически отдали Александру Абдулову, а Михаил Боярский должен был играть графа Рошфора. Но однажды Боярский вбежал на репетицию такой растрепанный, усатый и дерзкий, что режиссер тут же понял: вот он, настоящий гасконец! Максим Дунаевский тоже настоял, что главный герой обязан петь сам.
Атосом мог стать легендарный Василий Ливанов. Он блестяще прошел пробы, но в первый день съемок просто не явился на площадку, уйдя в самоволку. Пришлось срочно брать Вениамина Смехова.
Портосом почти стал Георгий Мартиросян, но его кандидатуру жестко отклонили телевизионные начальники. Роль Миледи предназначалась Елене Соловей, но актриса ожидала ребенка, и ее спешно заменили великолепной Маргаритой Тереховой.
2. Неприязнь режиссера к Ирине Алферовой
Если игрой Миледи режиссер искренне восхищался, то Констанцию откровенно недолюбливал. Юнгвальд-Хилькевич хотел снимать Евгению Симонову — настоящее воплощение французской легкости. Но руководство поставило ультиматум: либо играет первая красавица кино Ирина Алферова, либо фильм закрывают.
Режиссер был крайне недоволен и порой вымещал недовольство на актрисе: заставлял сниматься без тщательного грима, уделял ей меньше внимания. По его словам, Алферова была слишком "холодной". Именно поэтому он категорически запретил ей озвучивать героиню. Констанция говорит нежным голосом Анастасии Вертинской, а поет за нее Елена Дриацкая. Сама актриса вспоминала эти съемки как тяжелейшее испытание в атмосфере непонимания.
3. Боярский чудом выжил
Артисты решили выполнять все трюки сами. Это едва не обернулось бедой. В сцене фехтования на лестнице Борис Клюев (Рошфор) случайно нанес Боярскому травму. Клюев не учился фехтованию — по изначальной задумке он вообще не доставал шпагу, но сцену изменили на ходу.
Во время напряженной дуэли клинок попал в рот и нёбо. Врач в больнице буквально ахнул: стальное лезвие замерло в миллиметрах от жизненно важного центра! Любое неосторожное движение могло стать фатальным.
Боярскому строго запретили разговаривать и есть твердую пищу, но неугомонный актер уже через пару дней с распухшим лицом снова носился по площадке.
4. Судебный иск и задержка премьеры на год
Фильм мог так и не выйти на экраны из-за скандала. Режиссер часто переписывал диалоги прямо на площадке, а также вставил музыкальный номер, решив не обращаться за помощью к поэту Юрия Ряшенцева.
Знаменитая песня Миледи была написана в короткий срок на стихи Вениамина Смехова, но в титрах этот факт скрыли, и единственным автором всех песен значился Юрий Ряшенцев. Ряшенцев посчитал творение глупым и, не стерпев такого отношения, подал в суд.
Также поступил и сценарист Марк Розовский, который был против правок, которые внес режиссер. И они выиграли дело! Из-за долгих разбирательств готовый фильм лег на полку, а его долгожданная премьера задержалась ровно на один год.
5. Шумные посиделки
Четверо главных актеров так вжились в роли, что вели образ жизни отчаянных мушкетеров и вне кадра. Праздник не прекращался. Боярский откровенно признавался, что его личный рекорд доходил до четырнадцати бутылок вина за одни сутки! Артисты постоянно устраивали шумные застолья и порой срывали рабочие графики.
Постановщик трюков Николай Ващилин иногда был вынужден отменять сложные конные сцены. Он прекрасно понимал: сажать звезд в седло после веселой ночи — значит рисковать их здоровьем и своей карьерой. Режиссеру приходилось закрывать глаза на этот хаос, ведь в кадре актеры выдавали неподдельный драйв.
6. Пропасть в возрасте актеров и героев
Самые внимательные зрители замечали, что актеры визуально не соответствуют возрасту книжных персонажей. По роману Александра Дюма Д`Артаньяну едва исполнилось 18 лет, тогда как Боярскому было уже 28. Арамису по книге 23 года, а Игорю Старыгину — 32. Атосу должно быть 30, но Вениамину Смехову исполнилось 37.
Самая комичная ситуация сложилась с королевской четой. Людовику XIII в начале истории всего 24 года, а Олегу Табакову было 42! Анне Австрийской по сюжету 26 лет, в то время как блистательной Алисе Фрейндлих исполнилось 43. Однако харизма советских звезд была столь мощной, что эту историческую вольность им легко и с удовольствием простили.
7. Обида Игоря Старыгина за чужой голос
Игорь Старыгин идеально вписался в образ утонченного Арамиса, его внешность была безупречной. Однако Георгия Юнгвальд-Хилькевича категорически не устроил голос актера. У Старыгина имелся небольшой дефект дикции, а его тембр казался режиссеру недостаточно благородным и слишком специфическим для аббата. Было принято жесткое решение полностью переозвучить героя. В итоге Арамис говорит бархатным интеллигентным голосом Игоря Ясуловича. Старыгин воспринял это как личное оскорбление и долго таил глубокую обиду. Лишь спустя годы актер признал, что голос коллеги действительно украсил и логично завершил образ.
Несмотря на все конфликты, суды и производственный хаос, съемочной группе удалось сотворить настоящее чудо. Наш телефильм — это не просто экранизация, а целая эпоха. Энергия, вложенная артистами, полностью перекрывает любые закулисные шероховатости.
А какой из этих фактов удивил вас сильнее всего? Догадывались ли вы, что происходило по ту сторону камеры? Делитесь своим мнением в комментариях, обязательно ставьте лайк и подписывайтесь на наш канал, чтобы не пропустить новые увлекательные статьи о шедеврах отечественного кинематографа!