Продолжая цикл публикаций о храмах Санкт‑Петербурга, мы погружаемся в интерьер Исаакиевского собора — одного из величественных храмов не только Санкт-Петербурга и России, но и мирового архитектурного наследия. Приглашаю вас в путешествие по внутреннему пространству этого уникального памятника: монументального, торжественного, наполненного светом и цветом.
Исаакиевский собор, возведённый в XIX веке по проекту Огюста Монферрана, стал одним из символов Санкт‑Петербурга и ярким образцом архитектуры эпохи классицизма. Его внутреннее убранство поражает гармоничным сочетанием разных видов искусства: здесь архитектура, живопись, скульптура и камнерезное мастерство сливаются в единый художественный образ. Каждая деталь интерьера — будь то мраморная облицовка, живописные фрески или мозаичные панно — продумана до мелочей и отражает замысел мастеров того времени. Роскошная отделка с обилием позолоты подчёркивает масштаб и значимость здания, благодаря чему собор по праву считается выдающимся образцом монументально‑декоративного искусства своего века.
Немного об авторе проекта храма. В 1816 году Огюст Монферран приехал в Петербург. Его заметил Августин Бетанкур, которому император Александр I поручил подобрать архитектора для перестройки Исаакиевского собора — старое здание не соответствовало облику столицы. Бетанкур предложил кандидатуру Монферрана. Архитектор создал альбом из 24 рисунков с вариантами облика собора в разных стилях. Альбом понравился Александру I, и Монферран был назначен «императорским архитектором» с поручением разработать проект перестройки собора.
Над созданием этого величественного храма трудилось множество талантливых мастеров, среди которых — художники Карл Брюллов и Фёдор Бруни, скульптор Иван Витали и многие другие. Их совместные усилия превратили пространство собора в подлинное произведение искусства, где каждая линия и цвет рассказывают о мастерстве зодчих и живописцев XIX столетия.
Пространство собора щедро украшено разноцветным мрамором, который создаёт особую атмосферу. Стены облицованы светлым итальянским мрамором — он придаёт помещению ощущение простора и наполняет его светом. Колонны и пилястры выполнены из розового тивдийского мрамора, а декоративные элементы — медальоны и филёнки — дополнены вставками из жёлтого сиенского и зелёного генуэзского камня. Пол выложен серым финляндским мрамором, а в отделке также использованы шокшинский порфир и чёрный аспид, что придаёт интерьеру особую глубину и благородство.
Особое внимание привлекает главный иконостас — монументальное сооружение длиной 45 м и шириной 25 м. Выполненный в форме триумфальной арки, он обильно украшен позолоченными барельефами. Колонны поддерживают эту величественную композицию, а пилястры, облицованные полудрагоценными камнями, выглядят настолько искусно, что кажутся монолитными. На внутреннюю отделку собора ушло около 300 кг золота — оно сверкает на барельефах, деталях иконостаса и других элементах убранства. Царские врата, отлитые из бронзы и покрытые золотом, подчёркивают торжественный облик этого места.
Над аркой главного иконостаса размещён церковнославянский перевод стиха из Псалма 23 (24 в масоретской нумерации): «Поднимите, врата, верхи ваши, и поднимитесь, двери вечные, и войдёт Царь славы!» (Пс. 23:7). Эта надпись расположена прямо над Царскими вратами — центральной частью иконостаса, через которую во время литургии выносят Святые Дары для причащения верующих. Царские врата издавна воспринимаются как образ врат Рая — порога, ведущего в небесное царство.
Иконостас поражает не только своими размерами, но и продуманностью композиции. В его первом ярусе находятся иконы Спасителя, Божией Матери с Младенцем и преподобного Исаакия Далматского, а рядом с ними — образы особо почитаемых святых: святителя Николая Чудотворца, апостолов Петра и Павла, святого благоверного князя Александра Невского, великомученицы Екатерины. Эти иконы создал художник Т. А. Нефф, а позднее их заменили на мозаичные копии, точно воспроизводящие оригинальные работы мастера. По бокам от Царских врат расположены арки, открывающие проходы к малым алтарям и придающие архитектурному решению особую гармонию и простор.
Во втором ряду иконостаса представлены святые — покровители членов семьи Николая I. Здесь можно разглядеть образы князя Владимира и княгини Ольги, Марии Магдалины и Александры, Николая Кочанова, архангела Михаила, праведных Анны и Елисаветы, равноапостольных Константина и Елены. По некоторым данным, изначально эти иконы были написаны Ф. П. Брюлловым, братом Карла Брюллова, но впоследствии их заменили мозаиками. Новые работы выполнили по оригиналам другого художника — А. Е. Бейдемана, сохранив замысел первоначального оформления.
В центре, прямо над алтарными вратами, привлекают внимание Деисус и скульптурная группа «Христос во славе», созданные мастерами П. К. Клодтом и Т. А. Неффом. Их работа придаёт композиции особую торжественность и духовную глубину. Третий ярус иконостаса продолжает библейскую тему: здесь расположены десять живописных икон с образами ветхозаветных праотцев и пророков. Рядом с ними находится мозаичная икона «Тайная вечеря», созданная художником С. А. Живаго.
В верхней части арки центрального иконостаса, словно возносясь над всем храмовым пространством, запечатлены возвышенные слова из Псалма 76 (77 в масоретской нумерации), стих 14: «Кто есть Бог великий наш? — Ты есть Бог, творящий чудеса». Надпись выполнена на старорусском языке — её строгие, чёткие буквы притягивают взгляд каждого, кто поднимает глаза к этому священному месту.
Эти слова напоминают верующим о всемогуществе Бога, о Его присутствии в мире и способности преображать всё вокруг чудесным образом. Псалом 76 — это благодарственная песнь, в которой псалмопевец воспевает величие Бога и Его чудеса. Примечательно, что в тексте используется форма «творящий», а не «сотворивший»: это подчёркивает, что Бог не просто совершил чудеса в прошлом, но и продолжает творить их в настоящем.
Одной из жемчужин Исаакиевского собора по праву считается роспись плафона центрального купола. В 1843 году Карл Павлович Брюллов получил заказ на создание этого масштабного произведения: ему предстояло расписать плафон центрального купола, изобразить четырёх евангелистов в парусах, восемь апостолов в барабане и четыре эпизода «Страстей Христовых». Художник несколько лет трудился над эскизами, неоднократно их переделывал. Император Николай I тоже вносил свои коррективы — по некоторым сведениям, он отклонял эскизы несколько раз.
Брюллов вдохновлялся росписями Микеланджело и мечтал создать произведение, которое стало бы его бессмертным памятником. Однако работа давалась нелегко: в соборе было сыро, гуляли сквозняки, температура резко менялась, в воздухе висела мраморная пыль. Всё это подорвало здоровье художника — он заболел ревматизмом, попросил освободить его от работы в соборе и по совету врачей уехал лечиться в Италию. Карл Брюллов ушёл из жизни в 1852 году, так и не успев завершить роспись полностью. Основные фигуры плафона художник всё‑таки успел закончить, а остальные части работы — фоны, фигуры апостолов и евангелистов, серию живописных «Страстей Христовых» — по его эскизам воплотил Пётр В. Басин, строго следуя замыслу Брюллова и сохраняя единство композиции.
На плафоне главного купола площадью 816 м2 изображена Богоматерь «во славе» в окружении святых. Среди них можно увидеть Иоанна Крестителя и Иоанна Богослова, а также святых, чьи имена носили члены императорского дома Романовых: Екатерину, Елизавету, Анну, Александра Невского, Константина, Алексия. Брюллов работал в технике монументальной живописи — широкими мазками, без излишней детализации. Фигуры вокруг Богородицы показаны в сложных ракурсах, их очертания намечены скупыми, но выразительными контурами. Колорит росписи светлый и радостный: даже в пасмурный день она создаёт ощущение воздуха, глубины небесного пространства и лёгкости фигур. Мягкие тона изображений прекрасно вписываются в архитектурный облик собора.
Композиция круговая, с широкими светлыми просветами. В центре расположен световой фонарь, который создаёт впечатление бесконечной высоты, словно открывая вид в небесную сферу. Смысловой и композиционный центр росписи — посеребрённый голубь, парящий в солнечных золотых лучах. Он символизирует Святой Дух. Скульптуру изготовил Иван Т. Дылёв в 1850 году методом гальванопластики и подвесил на высоте 84,5 м. Размах крыльев голубя составляет около двух метров. Интересно, что апостолы на росписи списаны с простых людей, а для образа ангела Брюллов взял за основу облик своего ученика. По настоянию архитектора Огюста Монферрана художник писал маслом, хотя сам предпочитал технику фрески.
На этом завершается сегодняшний рассказ о внутреннем убранстве Исаакиевского собора. Спасибо, что уделили время и, надеюсь, вам было интересно и познавательно. Продолжение знакомства с внутренним убранством собора в следующей публикации. С вами был Михаил. Смотрите Петербург со мной, не пропустите следующие публикации. Подписывайтесь на канал! Всего наилучшего! Если понравилось, ставьте лайки и не судите строго.