Я проснулась первой, а Олежек еще крепко спал и даже никак не отреагировал на то, что, встав с кровати, я уронила свой мобильный телефон на пол и он словно кирпич загромыхал, приземлившись на пол.
- Олежа вставай! – произнесла я, сидя на кровати в полотенце, выйдя после душа.
- Сейчас встану. – сонно ответил он.
- Хотя ты можешь продолжить спать, а я возьму твою машину и поеду в больницу.
- Нет – нет! Одна ты не поедешь. Я тебя не отпускаю.
- Чего это вдруг?
- Ну… - начал он, подняв подушку на спинку кровати и облокотившись на нее. – во – первых я не могу бросить друга в беде, а во – вторых я не хочу, чтобы мне потом за твою самостоятельность в другом городе оторвали голову.
- Что тебя останавливает больше?
- То, что было во – первых.
- Тогда вставай и собирайся мой друг. – произнесла я и встав с кровати, направилась в ванную комнату, чтобы одеться.
Не знаю почему так, но в моей жизни присутствует музыкальное сопровождение. А может быть мне это всего лишь кажется? Хотя нет – не кажется. И всегда это музыкальное сопровождение попадает в точку!
Вы спросите - как это? Что это за музыкальное сопровождение такое?
Выйдя из гостиницы, Олежек завел машину и полез под капот, потому что вчера закончилась омывайка, но сил и желания ее доливать в тот вечер у него уже не было. Я же, расположившись в машине прикурила сигарету и включила по привычке радио, которое вчера работало через раз на трассе. И первая песня, которая заиграла из колонок была песней Земфиры - «Хочешь?». Я, дослушав ее до середины первого припева, поняла, что необходимо срочно переключить волну, потому как мне стало не очень хорошо. К тому моменту Олежек захлопнул капот и расположился за рулем, вытирая руки влажными салфетками, готовясь выдвинуться в путь. Какого же было мое удивление, когда сквозь шипение, я вновь услышала это - «Хочешь?», но уже на другой волне. Психанув, я просто отключила магнитолу и закрыла глаза. Мне казалось, что я схожу с ума.
Когда мы подъезжали к больнице, у меня раздался звонок мобильного телефона. Это был Гоша.
- Привет Гош.
- Лерок привет! А ты где?
- Я с Олежкой подъезжаю к больнице. А что такое? – настороженно спросила его я.
- Все нормально, не переживай. Мы с Дэном приехали в больницу, тебя тут пока нет, вот и решил позвонить узнать, где ты есть.
- Минут через 10 примерно будем. Там точно все нормально?
- Да нормально тут все. Ждем тогда вас.
- Давай.
Гудки.
- Меня почему – то пугает этот звонок.
- Не думаю, что что – то произошло Лер. Просто они приехали к ребятам.
- Надеюсь, что все именно так.
- Конечно все именно так! Потому, как если бы что – то случилось, то тебе бы позвонили из больницы.
- Не надо мне таких звонков. – ответила ему я и закрыв глаза, съежилась на сиденье.
Мы довольно быстро доехали до больницы, и я сразу увидела Гошу и Дениса.
- Лерочек! – воскликнул Гоша, когда я вышла из машины и направилась в их сторону. – Мы вот посовещались и решили приехать сюда к вам. – продолжил он, обняв меня и поцеловав в щеку, после чего протянул руку для приветствия Олежке.
- Спасибо Олег за помощь Лере. – протянув руку для приветствия, произнес Денис.
- Иначе и быть не может. Мы уже все как одна большая семья. – улыбнувшись, ответил Олежек, пожав Денису руку в ответ.
- Точнее и не скажешь! – широко улыбнувшись, произнес Гоша. - Мы уже сходили в больницу, расшевелили народ в унылую субботу. – продолжил он.
- В смысле? – спросила я, посмотрев на Гошу и Дениса поочередно.
- Ничего страшного мы не сделали там, просто привезли сюда двух наших врачей и ждем тебя.
- Что мне надо сделать?
- Лёха в отключке, ты должна как его законный представитель расписаться в бумажках всяких медицинских, но это все уже формальности, потому как наши врачи уже у него.
- Давно?
- Час уж точно. Все что нам известно, так это то, что его пока из комы не выводили, а вот Кирилла выводят уже. – тихо произнес Денис, сев на капот машины.
- Сейчас 11 утра! Когда все это решилось и как? Сегодня суббота!
- Лерок! Ночь была без сна у нас, но мы решили этот вопрос. – ответил Гоша, прикурив сигарету.
- Спасибо вам. – дрожащим голосом, произнесла я.
- За это спасибо не говорят Лер. – ответил Гоша.
Ничего не ответив ему, я заплакала.
Мне было страшно. Чудовищная боль стала разрывать меня изнутри.
Что еще я могла сделать? Что мы вообще еще могли сделать для них?
Гоша подошел и обнял меня. Не знаю сколько мы простояли так.
- Как Лена? – спросила я, немного отстранившись от Гоши.
- Лена… Не очень конечно, но она молодец у нас как и ты.
- О чем ты?
- Ты сразу сюда поехала и нам сообщила о том, что произошло. Без лишних звонков и паники. А Лена… Мы с Денисом ей сообщили про аварию, и она сегодня с утра поехала с Русланом на дачу к вам. Родителям рассказать о том, что вообще произошло и что происходит сейчас.
- А дети?
- Дети с нянями. Все нормально, не переживай.
- Господи, как она родителям это сказала я вообще не представляю… А Кирилла родители?
- Оказывается они вчера вечером приехали к вам на дачу. Так что все сегодня с утра узнали про ребят.
Мне стало трудно дышать. Я на секунду представила состояние родителей, которые встречали радостное утро, а тут дурная весть пришла откуда не ждали.
- Руслан нам уже позвонил и сказал, что все нормально. Не переживай.
- Я думала им позвонить, но не нашла в себе сил это сделать.
- И хорошо, что не позвонила им. Потому как такое лучше сообщать, когда находишься рядом с человеком.
- Мне Лена не звонила ни ночью, ни утром.
- Как только хоть что – то станет известно, то мы ей сами позвоним.
Где – то через час мы сидели в кабинете, и наши врачи говорили на каком – то непонятном для меня и не только для меня языке.
- Можете пожалуйста проще объяснить. – сказал Гоша, посмотрев на врача.
- Проще?
- Да проще и четко, чтобы я все понял.
- Скажу как можно проще – нам нужно их перевезти в Москву. Здесь нет того оборудования, которое необходимо для них. В частности, для Алексея Владимировича.
Несмотря на то, что я сидела на стуле – меня повело в сторону. Олежек и Денис сидящие рядом моментально «вцепились» в меня.
- Все нормально. – тихо произнесла я.
- Что для этого надо? Наша же клиника в состоянии их принять? – спросил Гоша.
- Конечно наша клиника примет их. Нам нужно здесь урегулировать вопрос.
- Сколько у нас есть времени?
- Чем раньше, тем лучше.
- Лера… Выйди пожалуйста в коридор. – попросил Гоша.
- Зачем?
- Пожалуйста Лер.
Олежек встал со стула и протянул мне руку. Я, взяв его за руку, встала и направилась к двери.
- А если он не доедет до Москвы? – встав возле дверей, задала вопрос я, не повернувшись к ним.
- Валерия Владимировна, он доедет до Москвы если сегодня его заберет наш реанимобиль. - ответил один из наших врачей.
- Лера… - тихо произнес Гоша.
Вообще в целом, из того, что я помню, когда находилась в том самом кабинете, так это то, что наши врачи были «немного» не согласны с некоторыми выбранными методиками и произведенными манипуляциями с Алексеем и говорили о том, что это все усугубляет его и без того плохое состояние.
Я вышла из кабинета и облокотилась на холодную стену в коридоре.
- Ты понимаешь Олеж, что из – за того, что мы что – то и с кем – то не поделили на работе страдают наши близкие люди. Мой муж, Кирилл, Ксюха. Кто следующий?
- Я не знаю, что тебе сказать Лер.
- Если кто – то из них не выкарабкается, то я себе этого никогда не прощу. Никогда.
- Не хочу, конечно, усугублять твое и без того убитое моральное состояние, но самый тяжелый сейчас из всех это Леха.
- Да, он из всех самый тяжелый. Знаешь, его любимое выражение – «Случайности не случайны».
- Это ты к чему сейчас говоришь?
- К тому, что раз уж все так сложилось сейчас у нас, то в случайной череде этих событий и праздновании своей жалкой, мелкой и никчемной победы, наши враги могут немного отвлечься от реальности. Я не могу сейчас уехать отсюда, но это можешь сделать ты. Езжай в Москву и найди Ладу.
- Не могу я тебя здесь одну оставить.
- Можешь.
- Не могу.
- Олеж! У нас нет времени ждать среды. Найди Ладу и пусть она тебе отдаст то, что должна отдать мне в среду.
- Да что там должно быть?
- Судя по всему наша жизнь.
- Дмитрий Борисович убьет и тебя и меня. Ты это понимаешь?
- Лучше пусть он это сделает с нами, чем они.
- Давай дождемся, когда ребята выйдут и тогда я поеду в Москву.
- Давай.
Около часа блуждания по коридору и «совещание» было закончено.
- Ну что?! – набросилась я на Дениса, который первый вышел из кабинета.
- Все решили Лер! – ответил Денис. – Ждем два реанимобиля из Москвы сегодня.
- Он же доедет до Москвы? – с надеждой в вопросе, спросила я Гошу, который выйдя из кабинета, остановился возле нас.
- Конечно доедет! Куда он денется! – ответил Гоша, взяв меня за руку. – В документах распишись сейчас и можешь ехать в Москву с Олегом. – продолжил Гоша, посмотрев на Олега.
- Нет. Олежа сейчас уезжает, а я остаюсь здесь.
- Лер!
- Я никуда без него отсюда не уеду!
- Хорошо. – смирившись с моим решением, произнес Гоша.
Где – то через полчаса я пошла провожать Олежку и спустилась с ним к машине.
- Лер, мне прям на душе не очень спокойно, от того, что я уезжаю, а ты остаешься здесь.
- Не переживай. Я же в конце концов не совсем одна здесь остаюсь.
- Понимаю, но все же.
- Меня больше тревожит, что вот ты как раз один сейчас в Москву поедешь.
- Со мной точно все нормально будет! – ответил он, подмигнув и плавно начав движение.
Олежек поехал, а я осталась стоять там, где и стояла, нервно открывая очередную пачку сигарет и вновь это «Хочешь?» донеслось из машины, которая стояла неподалеку.
Тяжело выдохнув, я развернулась и направилась обратно в больницу.
Почти через пять часов приехали два реанимобиля и еще довольно длительное время шла подготовка к транспортировке ребят в Москву. Гоша и Денис все время были рядом со мной и не отходили ни на минуту от меня. С того момента как мы вообще приехали в Новомосковск и приехали в больницу, меня не пускали ни к Алексею, ни к Кириллу. Я не видела никого из них. Я прекрасно знала, что можно ехать в реанимобиле при транспортировке, ведь это абсолютно нормальная практика. Тем более, что это был частный реанимобиль. Ребята меня отговаривали, врач – реаниматолог, увидев мое состояние тоже был против совместной поездки, но «вкатив» мне успокоительного дал добро. Денис поехал с Кириллом, Гоша на машине, а я с Алексеем.
Первого я увидела Кирилла. Он бы почти в сознании, но под остаточным действием седативных препаратов. Плохо что понимал, но пытался бороться с этим вялым состоянием. Вид его был ужасен. Человек – гематома, с мелкими швами на лице, шейным бандажом, гипсом…Господи это все было ужасно.
Но то, что я ощутила, когда увидела Алексея, повергло меня в полное оцепенение.
Мой Алексей… который всегда был веселым, бодрым, порой слишком общительным, иногда вспыльчивым, но умевшем погасить в себе эту вспыльчивость за несколько секунд, сильным, уверенным в себе, был защитой и опорой не только для меня, но и для всех нас был полностью беспомощным. Провода, датчики, трубка, весь переломанный, послеоперационный дренаж, шейный бандаж, лицо все в царапинах, были и небольшие швы на лице и на руках, гематомы и абсолютно не с нами. Он был не с нами. Всю дорогу до Москвы, я ехала и молилась, хотя не знала молитв, так как данным - давно поняла то, что Бог оставил меня. Да и не только меня. Разве может на постоянной основе происходить то, что происходило у нас? Ответ очевиден – может. Все люди грешны, но не все отвечают за свои грехи. Неужели мы были теми, кто отвечает за всех и всегда? Когда – то я со своими девчонками и ребятами шутила – «Живите полной жизнью и радуйтесь, потому как судя по всему, все самое злостное зло и все 💩 происходит со мной, тем самым отводя это самое 💩 от вас всех». И это уже не походило на шутку. Это было правдой. Я смотрела на Алексея и сначала у меня просто текли слезы по щекам. Такая безмолвная истерика, которая потом прекратилась, и я просто продолжала смотреть на него, вспоминая с самого начала нашу историю. У меня в голове не укладывался тот факт, что все может закончится вот так… Вот так… Просто, потому что я куда – то не туда залезла, что – то и кому – то не так сказала, не поделила, не уступила. Ведь всегда «бьют» не по тебе, а по твоим родным и близким, когда уже ничего предпринять не могут. Но тебя не трогают, а лишь наблюдают как ты мучаешься от «угрызений» совести, потому что все могло бы быть иначе, согласись/повинуясь ты с их мнением/желанием, но ты же не захотела этого сделать. Вот теперь и мучайся. Чуть позже, приняв ту картинку, которую я видела перед собой в машине реанимобиля, мой мозг начал работать над тем, какие следующие шаги мне стоит сделать. Алексея я полностью могла доверить нашим врачам, осталось доехать до Москвы и выдохнуть. Вся надежда была на врачей, ну и конечно на него самого. Ведь Алексей — это жизнь, движение, радость, шутки, смех и всегда праздник. Праздник, который никогда не заканчивался.
Врачи предупредили меня, что мы подъезжаем и начали подготавливаться. Где – то минут через 30 мы действительно приехали. Алексея выгрузили из реанимобиля, а следом за ними спустилась из машины и я. Бригада, которая нас встречала и даже по – моему это была не одна бригада, а две - приняли в свои руки Алексея и направились в сторону приемного отделения. Я же остановилась возле входа в приемное отделение и осмотрелась. Увидела, что буквально в семи метрах от меня, стоял реанимобиль, на котором Кирилла повезли в Москву. Они минут на двадцать выехали раньше нас.
- Валерия! – послышался знакомый женский голос у меня за спиной.
Я обернулась.
Это была Наталья, она работала в администрации поликлиники, где наблюдались все мы.
- Наталья, здравствуйте!
- Что же Вы стоите! Проходите!
- Да вот думаю покурить. Как покурю, так и зайду со стороны поликлиники.
- Здесь зайдите. Покурите и я Вас провожу к Елене. Она приехала к Кириллу Александровичу. Часа четыре его ждала здесь.
- Спасибо… Мы с ней даже не созванивались. У меня просто сил нет никаких. Как она?
- Все нормально. Переживает конечно как и Вы, но главное, что все доехали до Москвы.
- Да… - ответила я и прикурила сигарету.
Выкурив подряд две сигареты, я направилась за Натальей, которая провела меня через все «запретные» коридоры клиники для того, чтобы я наконец – то встретилась с Леной.
Наталья сказала, что Лена находится в палате, которая уже подготовлена для Кирилла, но, когда его туда переведут, еще не понятно, потому что он совсем недавно поступил в клинику.
- Лера! – воскликнула Лена и практически подбежав ко мне, обняла меня очень крепко и начала плакать. – Я так боялась тебе звонить! Я так боялась!
- А я боялась звонить тебе! – ответила ей я, почувствовав, как слезы вновь хлынули из моих глаз.
Мы стояли, обнявшись и не то, что плакали, мы рыдали. Это была беда нас двоих. Стресс, напряжение, страх. Все перемешалось. И сейчас, поняв, что теперь мы вместе, а не по одиночке в разных городах появилось небольшое облегчение. Облегчение, которое и вылилось в слезы, которые текли бесконечным потоком. Выплеск перенапряжения.
- Я вообще ни о чем не подозревала, понимаешь? – произнесла Лена, когда мы немного успокоились и расположились на диване в палате. – Позвонила Кириллу – абонент не абонент, позже еще раз ему позвонила, опять абонент не абонент, позвонила Лехе – такая же история. Ну я и подумала, что как обычно у них свои дела и они телефоны выключили.
- Знаешь, у меня тоже не было никаких подозрений. С Алексеем я в последний раз разговаривала часов в 11 утра, и он мне даже не сказал, что куда – то поедет. Договорились, что я ему позвоню, когда в машину сяду вечером и поеду домой. И вот я подошла к машине, оказалось спущено колесо и пока я с Мишей занималась этим, нам сообщили что Дмитрий Борисович нас ждет. Мы бросили мою машину и пошли назад на работу. И вот Дмитрий Борисович сообщил это… - произнесла я и перед глазами всплыл тот самый момент, когда он это сообщил. – А дальше все как в тумане Лен, потому что он сказал, что помимо этого, еще и Ксюху мою машина сбила и я отключилась.
- Господи! Как так? – воскликнула Лена. – Как она?
- Когда последний раз разговаривала с Мишей, он сказал, что лучше чем у вас.
- Гоша сказал, что ты туда с Олегом поехала.
- Да, Олег поехал со мной. В какой – то гостинице ночевали и вот утром поехали в больницу снова, а оказалось ребята уже приехали туда с нашими врачами.
- Они приехали к нам домой уже ночью, и я сразу Лер поняла, что что – то произошло. Вот прям сразу. Как увидела их в видеодомофоне, то у меня все сразу вниз опустилось. Ни Лехи, ни тебя я в видеодомофоне не увидела ночью, а их я увидела ночью там… Сразу поняла, что плохо дело. Ведь ни до своего, ни до твоего я не дозвонилась.
- Как родители?
- Ой Лер, у меня сердце останавливалось, пока Руслан меня на дачу вез к вам. В каком – то полусне им это рассказала. И Кирилла родители там были… Мне было больно это говорить им. Душа просто разрывалась, но я понимала, что ты в другом городе, вообще оторвана считай от всего того, что здесь и сказать о случившемся родителям по телефону вообще никак нельзя. Да я даже тебе не позвонила! Страшно было твой голос услышать! Гоша с Денисом как связующее звено у нас были.
- Все так. Мужчины менее эмоциональны конечно Лен. Гоша с Денисом очень четко и быстро все решили. Привезли врачей, сами обо всем договаривались, звонили кому – то ночью что бы все это организовать. Вы конечно все молодцы. Правда!
- А ты? Ты вообще туда поехала!
- А толк какой от того, что я туда поехала? Реветь я туда поехала. Все равно меня к ним не пустили.
- Понятно, что ребята бы организовали их транспортировку до Москвы, даже если бы ты там ничего не подписала за Лёху, потому что он тяжелый. Но Лер, скажу тебе честно… Он бы не доехал без тебя до Москвы.
- Почему ты так говоришь?
- Потому что я это знаю. Он бы просто не доехал без тебя.
- Не знаю, что тебе ответить на это.
- Ничего не отвечай мне. Ты его спасла.
- А если это все произошло из – за меня?
- Что ты хочешь этим сказать?
- Мне, да и не только мне кажется, что авария и то, что Ксюшу сбила машина не просто совпадение. Ксюшу сбила машина без номеров, а аварийную ситуацию на дороге создали две машины без номеров.
Лена, встав с дивана подошла к окну и о чем – то задумалась.
- Если это окажется правдой, наши подозрения… То ты имеешь полное право возненавидеть меня Лен. Потому что твой муж и Алексей, которого ты считаешь своим братом лежат в отключке и неизвестно, чем это все закончится.
Лена повернулась в мою строну и посмотрела на меня.
- Я не смогу тебя возненавидеть, даже если окажется, что все это… - произнесла Лена, указав рукой на больничную палату. – Произошло как ты говоришь по твоей вине.
- Почему?
- Потому что, прожив с Кириллом, да что уж там… и с Лёхой всю свою жизнь и находясь порой в состоянии – «тревожный чемоданчик», «на грани», «ходить по лезвию ножа» — это не всегда значит, что ты плохой человек. Просто кого – то не устраивает то, что ты не делаешь так, как хотят другие люди. Я не говорю, что они у нас с тобой святые, но кто святой?
- Святых, конечно, среди нас нет, но все же.
- Странно прозвучит сейчас, учитывая все то, что сейчас происходит и то в каком состоянии ребята сейчас… Даже если в этом есть твоя вина как ты говоришь, то твоей вины здесь нет все равно.
- Ты хочешь оправдать меня?
- Всех нас хочу оправдать. И речь сейчас не только о нашей общей большой семье, которой мы стали, а о людях в целом. То, что порой происходит вокруг нас всех, выходит за грани разумного. Люди озверели в достижении своих фанатичных целей. Это страшно. И вот это страшно рядом с нами.
- Да, кто – то добивается своих целей довольно страшными действиями.
- Так и есть, но нам с тобой необходимо сейчас взять себя в руки и быть сильными, потому как мы не имеем право дать почувствовать свою слабость ребятам. В каком состоянии они бы ни были.
- Все так, мне и добавить нечего.
Быть сильной.
Ведь это именно то, что необходимо было в тот момент ребятам от нас.
Большего на тот момент мы сделать не могли.
Каждый сделал все что мог.
До ✅ Взять себя в руки
Продолжение ✅ А всё могло бы быть иначе