Оказывается, 1 марта отмечается День кошки. Не помню, знал я это или нет ранее, но уж точно ничего об этом не помнил до пятницы на прошлой неделе. Узнав же, решил заметочку подготовить по этому поводу. Внезапно… места, как часто бывает в последнее время, в очередном номере не оказалось. Появились более срочные статьи, в том числе две моих, по событиям, о которых на стадии планирования ещё не знали. Перенести на следующий нельзя — уже будет неактуально. Но не пропадать же материалу, к тому же написанному от души. Плюс, публикация здесь позволяет оставить обороты, которые в газете наверняка забраковали бы.
Сколько помню, кошки с котами у нас всегда приблизительно одинаковой расцветки — чёрная спинка и верх головы, белые подбородок, шея и грудь. Детали могли отличаться, но общий стиль был близок к этому. И это не прихоть, а словно мистика какая-то: кошачьи других расцветок не приживались. После ухода моего кота мыши распоясались, шуршат по углам, действуя на нервы. Оставлять что-либо на столе — гиблый номер. Прям не мыши, а пасюки какие-то: не съедят, так понадкусают. Две небольшие собаки, одна постоянно живёт в доме, другая — зимует, даром, что воспитаны котом, навык по ловле мышей у любимого «папки», к сожалению, не переняли.
Около месяца назад, когда только начинались сильные морозы, позвонила соседка: увидела в огородах двух явно бесхозных котят. Пошёл искать, но никого не обнаружил. Однако как только стемнело, соседка позвала: «Иди, спасай кошачью душу», и протянула маленький чёрный комочек. Присмотрелся, а у него на груди чуть-чуть проступает белый пушок — явно «наш человек».
Ни секунды не сомневался, как нового жильца примут собаки. Сразу, как принёс домой, показал им малыша и дал обнюхать. Правда, сам он испугался, но не собак, а новой обстановки, поэтому, освободившись от моих рук, немедленно забился под диван. Не выходил дня три, но после этого осмелел быстро. Проснулся в нём дух исследователя, стал проверять все щёлочки и углы в доме. Мыши сразу притихли, а если где-то зашуршат — чёрный лоснящийся комочек, которого назвали Мусей, сразу бросается на звук. Ни разу ещё не видел пойманную им мышь, но эффект переоценить сложно.
Собаки стали для котёнка настоящими мамками. Обе, особенно та, которая только зимует в доме (у неё когда-то были кутята), души в нём не чают. Позволяют на себе лежать, играть с лапами и хвостами, выводят на прогулку и переживают, если он задержался на улице. Как только малыш возвращается — радостно машут хвостом и облизывают своего приёмыша. А вот что действительно чудо: у котёнка расширяется белая область на груди и шее, словно подстраивается под местный кошачий дресс-код.
P.S. Поскольку редактор, тем более бывший, это не корректор, то просьба сильно не ругать за найденные ошибки, а тихо и мирно их указать в комментах, буду искренне благодарен, постараюсь оперативно исправить.