«Миллиард.Татар» продолжает публиковать выдержки из исторических источников, связанных с прошлым татарского народа. На этот раз мы предлагаем познакомиться с историческими источниками, рассказывающими о формировании татарской нации в XIX веке. Публикация является фрагментом коллективной монографии Института истории им. Ш. Марджани АН РТ – «История татар. Том VI. Формирование татарской нации XIX – начало XX в.
Часть 1 – Часть 100: предыдущие части читать здесь
Часть 101: «И нам великому государю пожаловати бы ево, Московку, не велеть их казанских ямских охотников ложному челобитью»
Часть 102: «Татарки Кинтейки Ирмухамметевой дочери велено итить замуж в мусульманской же веры за мусулманенина Московского государства»
Часть 103: «Велено де тебе ржаную муку, которая смолота, послать из Рыбной слободы в Лаишево и класть в анбары, и в Лаишеве де анбары не годятца.»
Часть 104: «Пусташь Кучюк, что дана по грамоте великого государя дяде моему обводная земля за речкой Аметевкой, да полянка Енабекава»
Часть 105: «Казанские купцы доносили вам, что там в мелких деньгах великая скудость, а медные пятикопеечники поставляют за тягость»
Часть 106: «Татары в этом дворе имеют свои отдельные лавки, в которых они продают персидские товары, которые состоят почти исключительно из шелковых тканей»
Часть 107: «Рассуждение прорицательного плача казанские царицы в 7061 году октября 3 дня»
Часть 108: «В сию посылку употреблял я татар слободы Сеитовой; и как сей народ легко ослеплен может быть корыстию, то я сих татар наградил изобильно обнадежил»
Часть 109: «А случитца суд сместнои тем людем и крестьяном з городцкими людьми или с волостными, и наместницы новагорода Свияжскаго и воеводы тех людеи»
Часть 110: «Учредить единожды навсегда при казанской гимназии для охотников класс татарского языка»
Часть 111: «Ибо Мурат именует себя верховнейшим святым, и пишется от наследия дочери Магомеда пророка Фатьмы»
Часть 112: «Града сего имя есть Болгары. Знайте, о! мужие совершенный, которой отныне просветится и переимянуется Наубагаром»
Часть 113: «Человек Зюбяир Ягазы называемой, сокровище есть фруктов, и где есть оному подобное: фамилия и дети его странные»
Часть 114: «Малмыжского уезда деревни Тюнтера мулла Галей Сайфуллин не сознался в совращении в магометанский закон некрещеных вотяков и чуваш разных селений»
Часть 115: «Как выше означено что я учрежденным в Уфе магометанского закона духовным собранием определен»
Часть 116: «И после арских людей и побережными и луговые город поставили на Меше, от Казани города 70 верст и землею стену насыпали, хотяше тут отсидеться»
Часть 117: «И после того Петръ воевалъ десять день и все Арские места повоевал и побилъ многыхъ людей и полономъ вывелъ безчислено много»
Часть 118: «В то же время бывшу в Казани дияку Никонору Шулгину, и мысляше себе на благо совет: тому радовашеся, что Москва за Литвою»
Часть 119: «Буди вам ведома, казанским посадцким бусурманом и абызом начальным, которые мечеть держат, бусурманским веродержцам»
Часть 120: «А ныне в Казани и в Казанской губернии обстоит, как и прежде, все благополучно, и никаких замешаней в татарских жителствах и поныне не слышно»
Часть 121: «А того же числа ис показанных татар Беккул Бикеев в вышеписанном против показания новокрещенов прежде запирался»
Часть 122: «Мишари Осинской дороги уже били челом Петру Федоровичу»
Часть 123: «Прибыл сюда, на Торский завод, чтобы справлять свою службу, полковой старшина Бахтияр Канкаев сын»
Часть 124: Рапорт сотника Утягана Муратова: «Ты, оказывается, просил у нас пушку, но того, что ты желаешь, у нас нет»
Часть 125: «Собирайте в окрестностях войско любыми средствами: ныне, очень скоро, будет сражение, будьте в большой готовности»
Часть 126: «Полковому старшине Бахтияру Канкаеву сыну дали, говоря сююнчи, сивого коня»
Часть 127: «Далее ты доложил, что старшина Илчигул, пришедши ночью пьяным в вашу деревню, стращая людей, избивая некоторых, учинил много обид»
Часть 128: «Как слышали мы со стороны Кунгурской армии, в самом Кунгуре войска находятся в готовности с шестнадцатью пушками»
Часть 129: «Также на стороне Бирска и Ай стоят противники со многими силами, там же Кулый Балтачев сын, враги есть и на стороне Ангасяка»
Часть 130: «При выходе из крепости Сакмарского городка напали на нас триста гусаров. Некоторую часть их мы уничтожили и пленили»
Часть 131: «Захватив город Казань, разрушив ее, перебив все население, город предал огню, и еще все города в окрестности уничтожил таким же образом»
Часть 132: «Выкраиваются ичеги из кож козловых и бараньих, а шьются с узорами и без узоров, цветные и черные»
Часть 133: «В 1790-х годах казанский чеботарь Мустафа Файзуллин купил для образца бухарской работы мужские с калошами ичеги и по приезде своем в Казань…»
Часть 134: Радлов: «У татар в Казанской губернии слово мектеб почти не употребляется, а все школы, и самые маленькие, называются медрессами»
Часть 135: Исторические источники: какие татарские медресе работали, и кто их содержал?
Часть 136: «Тут есть большая деревня Тюнтерь, а в ней мектебе и медресе. Один из мулл – ревнитель нового, а другой – ярый приверженец старого порядка и рутины»
Часть 137: «В Екатеринбурге, на Студеной улице, в доме Агафуровых, магометанские дети обучаются татарской грамоте и основаниям мусульманского вероучения»
Часть 138: «В Казани, являющейся центром образованности для татар Волжско-Камского края, новометодничество разносят воспитанники Татарской учительской школы»
Часть 139: «Мы пришли к убеждению, что желательно открыть в городе Казани начальные училища для обучения в нем татарских девочек русскому языку и грамотности»
Часть 140: «Надзор за инородческими училищами возлагается на инспекторов начальных народных училищ»
Часть 141: «Свод «Асар» создан в жанре популярных у мусульман, в том числе и у тюркских народов, биографических очерков»
Часть 142: «Будущий муфтий Мухаммеджан провел большую работу по подчинению киргизов Российскому государству, освободил на Кавказе российских пленных»
Часть 143: «Казанский купец Муэмин бине Тагир бине Назир бине Туктамыш бине Ходжасеид построил в Уфе Первую каменную мечеть»
Часть 144: «Как обещал казанский Муэмин-бай, к нам поступило 2 тыс. рублей для заготовки необходимых материалов для строительства мечети Уфы»
Часть 145: «Я слышал, что на полях книги «Ихъя», оставшейся от покойного хаджи Бикбау Хальфина, есть комментарии, написанные рукой Суфия Аллаяра»
«Если ваши хазраты решат провести расследование, мы все расскажем, инша Аллах»
Письма, написанные муфтию
Первое письмо. Покойный муфтий, во время путешествия в сторону Астрахани, проезжая мимо Кузнецкого уезда, заехал в деревню Канай к покойному баю Габдеррашиду. По его просьбе, но против воли имамов, назначил на должность ахуна его зятя из деревни Большой Труёв. Однако, из-за отсутствия у него учености и благочестивости, он не может давать фетвы. Уже сколько раз по пятницам, вступая в спор с имамами своей и соседних деревень по поводу шариата, идя на поводу своей невежественности, давал простому народу неверные фетвы. Народу, пришедшему попрощаться с покойником в дом человека по имени Биккул, он дал фетву в том, что сын пророка Мухаммеда также был пророком. Присутствующие там муллы прочитали аят, в котором сказано о том, что ему [Мухаммеду] был ниспослан Коран, он не принял этого и не покаялся. Также в своей деревне, в доме старшины Аюба, дал фетву в том, что алкоголь является разрешенным (халяль). После того, как муллы сказали ему не говорить подобного, он стал поносить их дурными словами, в особенности досталось мулле Абу Талибу из деревни Большие Чирекли.
В то же время у него нет ни одной книги фетв, решения он выносит, не основываясь на книге. Вы можете узнать об этом, если спросите тех, кто приезжает к вам из нашей округи. Разводя законных жен от их мужей, он выдавал их замуж за других без соблюдения обычаев. И таких дел он совершил немало. Если ваши хазраты решат провести расследование, мы все расскажем, инша Аллах. В прошедшем 1815 г. мы написали покойному муфтию об этих недостойных делах, но до сих пор почему-то нет ответа. Поскольку Вы фигурируете в тетрадях нашего господина, на Вас была возложена обязанность по событиям, происходившим в деревне Палданга в 1826 г., поэтому, проявив мужественность, он не сообщил муллам настоящего числа.
Однако после этого те дела, которые поступали Вашим хазратам, не были его делами, этот ахун даже не может прочитать написанного на этой бумаге. Наша просьба заключается в следующем: после ознакомления с нашим прошением, для ограждения его и других от беды, просим Вас при расследовании опросить имамов мусульманских сел при посредстве главы нашего земского суда и служащего в Собрании уважаемого титулярного советника, исполняющего обязанности дворянского заседателя Габдессаляма мирзы Еникеева.
1) Имам деревни Большой Труёв мулла Шафи, сын Гаеда.
2) Имам деревни Малый Труёв мулла Салих, сын Габбаса.
3) Имам и мударрис деревни Больших Чирклей Абу Талиб, сын Габдеррашида.
4) Муэдзин деревни Малый Труёв Сабит, сын Кулшарифа. 1827 г., апрель.
«Я почувствовал, что она поднимет скандал, сказав, что никах был совершен не имамом»
Второе письмо. Прошение. По воле Аллаха и личному согласию дочери московского подданного бухарца Давлетбая, вдовы Бибисалихы, заключил с ней вечером 28 числа в месяц рамазан в обществе мусульман и согласно предписаниям шариата договор [брачный]. Обряд провел мулла Миргалям Накышбанд. Причина этого [следующая]: отправил к жене своей Бибисалихе ее пасынка Габделвахида с известием о проведении обряда, для чего был приглашен дамелла, мулла из Татарского. Жена моя сказала пасынку: я никому из Татарского не говорила, я не делаю ничего, что может не понравиться моему сыну, стыдно будет не позвать никого другого, кроме дамеллы. Дамелла Миргалям Накышбанд – благочестивый человек, пусть он проводит никах, за никах дадите [денег] имаму. Услышав от нее такой ответ, дамелла Миргалям Накышбанд совершил никах.
Свидетелями были бухарец Аллахназир бай, караванбаши Рахим бай, хаджи Гатиятулла Кабли, Хаким бай, астраханец Перемгали и пасынок Габделвахид, младший брат Турсун бай, из домашних мать ее, бабушка и две сестры были осведомлены о никахе. После никаха из Татарского был приглашен имам, сообщили ему о никахе и заплатили за него 20 рублей. Спустя пять месяцев после никаха жена моя заявила: «Я не испытываю к тебе любви, верни мне мое слово». Я не согласился. Я почувствовал, что она поднимет скандал, сказав, что никах был совершен не имамом. Муфтий хазрат – законный священный судья, я подал ему прошение; если по святому закону наш никах будет признан незаконным и будет отправлено решение по шариату, услышав мою просьбу и проявив милосердие, не могли бы вы отправить указ в Москву, чтобы жена моя, проявив покорность, не противилась ферману. Вам будут за это великие милости. Бухарец мулла Нияз Гавас, сын Мухаммеда. 1834 г., 20 июня (Москва).
Четвертое письмо. (Перевод с русского). От кантонного есаула Бикматова, из деревни Курманов Шадринского уезда Пермской губернии, муфтию Габдессаляму, сыну Габдеррахима. 1837 г., 31 декабря, № 2815. В последнее время мусульмане ввели в обычай во время обряда никаха не видеть друг друга. Это приводит их к обману и портит повседневную жизнь. По моему приказу ахун-помощник Мухаммедшах Балтагулов подобрал из книг по шариату 12 текстов, из которых видно, что подобная традиция мусульман противоречит суннам пророка. Эти тексты за подписью Балтагулова отправлены вам, хазрат, на рассмотрение. Просим вас распространить их среди мусульман через соответствующие органы, дабы они оставили эту вредную традицию и видели друг друга во время никаха. Кантонный Бикматов.
«По традиции старых медресе, он должен был поставить в каких-нибудь местах свои пометки»
Библиотека. Несмотря на увлечение муфтия Габдессаляма собирать книги, в Духовном собрании сохранилось только десять его книг. ... Все надписи, сделанные муфтием на этих книгах, относятся только к их покупке или завещанию. Внутри книги ни в одном толковании не встретились его записи, нет даже исправлений неправильно написанных слов. Поэтому мне приходит на ум следующее: «Насколько он был увлечен собиранием книг, настолько он не интересовался их изучением». По традиции старых медресе, он должен был поставить в каких-нибудь местах свои пометки. Почерк муфтия красивый, пишет правильно, только в арабских словах допускает грубые ошибки. Написал биографию муфтия настолько, сколько было у меня сведений.
Источник: Фəхретдин Р. Асар. Җиденче җөзьэ. Оренбург, 1904. Б.340–410.
Габделвахид бине Сулейман бине Саглук бине Габделхалик. Третий муфтий Оренбургского духовного собрания скончался 4 августа 1862 г. (1279 г., 19 сафара по хиджре) в возрасте 76 лет. Похоронен на уфимском кладбище, могила его находится с правой стороны от входа в кладбище, рядом с могилой казанского купца Ибрагима бине Исхака (этот человек скончался в 1880 г. в возрасте 57 лет). Могила не огорожена. В изголовьпоставлен камень, на котором написано: «Оренбургский муфтий, тархан Габделвахид Сулейманов в возрасте 76 лет перешел в вечный дом...». Дата смерти скорее всего осталась под землей.
По причине своей болезни 2 августа 1862 г. он написал бумагу в Собрание, в которой назначает исполняющим должность муфтия старшего заседателя Таджетдина бине Максуда. Он родился в семье ахуна Сулеймана, в деревне Арбишча Нижегородской губернии. Нам неизвестно, где он получал образование и кто его преподаватели. В каком-то возрасте он отправился в Петербург, где занимался торговлей. Стараниями нижегородских мишарей, проживающих в Петербурге, он был определен их имамом. Немного зная русский язык, познакомился с некоторыми известными людьми. После смерти муфтия Габдессаляма бине Габдеррахима и назначения его муфтием Духовного собрания, он приехал в Уфу. В то время, когда он жил в Петербурге, у него были неприятности, после того как он в 1830 г. совершил никах между московским купеческим сыном Ибрагимом бине Макаем и дочерью Искандера мирзы, сына Янпая, Тутией, без согласия ее отца, в результате чего попал под следствие. Был освобожден благодаря письму, написанному на его имя муфтием Мухаммеджаном про нижегородского сына Тамимдара (это письмо вошло в биографию муфтия Мухаммеджана, с.193–194). Говорят, что после приезда в Уфу он часто ездил в деревню Ибрагим-Юмран, в дом кантонного Ишмухаммеда бине Умид бая.
Вместе с имамом этой деревни Ишаназаром, сыном Ишкелди, и муэдзином Гильманом, сыном Тависа, устраивали соколиную охоту. Дом, расположенный на углу улиц Воскресенская и Спасская, напротив каменной соборной мечети и здания Собрания, находился в его собственности. Это был высокий каменный дом. В настоящее время дом разделен на две части; западная часть находится в собственности невестки муфтия Махфузабике бинте Асфандир, восточная часть принадлежит невестке нынешнего муфтия Марьямбике бинте Тимурпулад Акчуриной.
«Несмотря на недостаточность знаний, увлекался чтением книг; читал русские и тюркские газеты, занимался перепиской тюркских сочинений на родной язык»
Официальная биография. «Муфтий Габделвахид бине Сулейман – выходец из деревни Габдессалям Стерлитамакского уезда44 (возможно, приписан здесь позже), со 2 марта 1822 г. – гражданский имам Петербурга; 10 ноября 1832 г. за заслуги в этой должности, вместе с сыном своим Шарафутдином по указу императора получил тарханство. 26 января 1835 г. назначен мугаллимом учащихся-мусульман в военную школу. Указом императора от 19 июня 1840 г. назначен муфтием Оренбургского духовного управления. 26 сентября 1849 г. правительство вознаградило его денежной суммой в размере 1 500 руб. В 1856 г. назначен директором тюрьмы, 4 августа 1862 г. скончался». Достопочтенный Марджани говорил о нем следующее: «Несмотря на недостаточность знаний, увлекался чтением книг; читал русские и тюркские газеты, занимался перепиской тюркских сочинений на родной язык; читая книги по медицине, многое узнал о лечении лекарственными растениями, знал их арабские, персидские, русские и тюркские названия. После назначения его муфтием стал вхож в высшие круги России, у него было большое стремление в выполнении своих духовных обязанностей, однако слабость его советников и другие причины не дали этому возможности.
Был очень простым человеком, что даже на охоту ходил с самым низшим писарем Собрания. В его время многие начали издавать Коран со своими поправками, что повлекло наличие многочисленных ошибок и понижение авторитета Корана. В результате этого и по свидетельству и совету шейхов Стерлитамака муфтий обратился с отношением к министру внутренних дел. Также в его время были сняты со своих должностей Габдулла бине Яхъя аль-Чиртуши, Фатхулла бине Сафаргали аль-Казаклари. Не совершал хаджа, несмотря на его желание».
«Во времена двух прежних муфтиев ахуны и кадии получали указ, написанный не по-тюркски и не по-персидски»
Его письма.
2) Рапорт уважаемому муфтию в религиозное магометанское управление от хатиба, дамеллы Габделвахида, сына Сулейман ахуна, состоящим указным имамом в городе Петербурге. 26 января скончались проживающие в Петербурге полковница Сахибабике и мать генерала Максуда Гульшекер, дочь Хасана. Закончив подготовку к их погребению, на дженазу начали собираться живущие здесь мурзы, купцы и иностранцы; в это время появился один военный мулла по имени Бадамшах и, не имея на руках завещания и доказательств, заявил, что именно он должен совершить дженазу, так как об этом его попросил покойный муж Гульшекер. Его спутник, мулла Джамильхан, придал ему уверенности, подтвердив, что именно он должен читать заупокойную молитву как имам. В результате указной Бадамшах, сын Харамшаха, стал на этой дженазе имамом. Однако молитву дженазу он читал не так как в книгах, а как молитву-гает. То есть, когда произносил такбир, то руки поднимал кверху, как во время молитвы гаета. Говорят, что вышеупомянутый Бадамшах выдержал испытание в присутствии крымского муфтия и был назначен имамом для пятивременного намаза, однако у него было много деяний, противоречащих шариату. Об одном из них рассказывала полковница Сахиба. Спутник его, зная об этих делах, ничего не предпринимает. Просим вас расследовать эти дела по законам шариата. Дамелла Габделвахид, сын Сулейман ахуна. 1829 г., 30 января. Петербург.
3) В ответ на вопрос великого министра, графа Строганова, от 29 ноября 1836 г., за № 2744, и 7 сентября 1839 г., за № 2022, по поводу должности кадия, о том, каким образом он связан с Духовным управлением и о его местопребывании, имею честь донести, что ответ на эти вопросы взят из книги фетв, перевод которых на русский язык отправлен на высокое рассмотрение. Однако должность верховного кадия принадлежит только муфтию. Кадий ничем не ограничен; должность хакима, т.е. ахуна, полностью контролируется муфтием. По этому поводу я думаю следующее: некоторые должности подходят ученым, некоторые не подходят. Во времена двух прежних муфтиев ахуны и кадии получали указ, написанный не по-тюркски и не по-персидски, и поэтому, не зная своих обязанностей, приступали к судебным делам. Некоторые, проводя лишние расследования, затягивали дела и поэтому в Собрании накопилось много бумаг. С моей точки зрения необходимо провести следующие мероприятия: а) кадии и сельские судьи – их определение записано по-арабски и по-русски в пятом пункте.
«Без разрешения Магометанского духовного собрания кадии и ахуны не могут выезжать в уезд и деревни для рассмотрения возникающих споров»
Верховный кадий, т.е. муфтий, должен определять крайний срок их должности и выдавать им фетву (указ) с объяснением их степени, несмотря на то, что в губернском правлении им выдается указ на русском языке. б) С 1829 г. и по настоящее время имянаречение новорожденных, чтение хутбы никаха, проверка разводов, захоронение покойников и запись в метрической книге возлагается на имамов при мечетях. В этом случае имам может рассматривать претензии супругов своей махалли и с согласия обеих сторон привести к мировому соглашению. Если же стороны не мирятся, имам записывает их претензии и отправляет эту бумагу сельскому кадию, т.е. ахуну. с) Уездный кадий независим; судьи, т.е. ахуны, стремятся заканчивать миром и по законам шариата рассматривают претензии двух сторон, пришедших с прошениями от имамов махалли. Если этого не случилось, то они по шариату и по закону, опросив свидетелей с обеих сторон, взяв у каждого подписи, получив от мусульманских ученых фетвы о расследовании, после чего обращаются в религиозное магометанское собрание.
В случае расставания супругов на основе взаимных притязаний, составляется бумага об их разводе (талакнаме) за подписью свидетелей со стороны обоих супругов, которая отправляется имаму махалли и фиксируется в тетрадь записи актов. г) Бракосочетание сирот, наследство которых очень мало или его совсем нет, а также нет опекунов, по закону и шариату является обязанностью уездных кадиев или хакимов, т.е. ахунов. д) Без разрешения Магометанского духовного собрания кадии и ахуны не могут выезжать в уезд и деревни для рассмотрения возникающих споров. Считающие себя учеными людьми должны быть человечными и с хорошим характером, богобоязненными и праведными, чтобы простой народ почитал и уважал их.
Они сторонятся тех ученых, которые заслуживают порицания и смещения. Стараются подчиняться тайным приказам (мусульманские ученые должны хранить любую тайну!). е) Если какая-либо женщина заявит, что она была избита до крови, уездные кадии и ахуны должны сразу же направлять ее гражданскому начальству. По шариату муж не может избивать жену до крови, ломать руки, ноги или вырывать волосы. Если же муж совершил эти действия, то он должен быть подвергнут судебному наказанию. В данном случае это судебное решение не зависит от ученого. Отправил это отношение сиятельному графу Строганову оренбургский муфтий Габделвахид Сулейманов. 1840 г., 6 декабря.
Источник: История татар с древнейших времен в семи томах. Том VI: Формирование татарской нации XIX – начало XX в.
Подробнее: https://milliard.tatar/news/staraniyami-nizegorodskix-misarei-prozivayushhix-v-peterburge-on-byl-opredelen-ix-imamom-9212