Найти в Дзене

Путешествие по историческим местам Комаричского района

Здесь на въезде возвышается могила участников легендарного крестьянского восстания 1796–1797 годов под предводительством Емельяна Чернодыра. Этот скромный памятник с братской могилой стал вечным напоминанием о народной ярости, мужестве и жажде свободы, что вспыхнула в наших краях против самодержавного произвола. Здесь, на комаричской земле, простые труженики встали грудью за правду, заплатив за неё своей кровью, и их подвиг вдохновляет поколения патриотов России.
Восстание разгорелось 26 ноября 1796 года в деревне Ивановой (ныне посёлок Ивановский), где крестьяне казённого завода графа Апраксинского присягали новому императору Павлу I. Эти люди, не крепостные в полном смысле, а «казённые» работники, сломленные барщиной, поборами и тяжким трудом на винокурнях, внезапно объявили: «Мы не рабы помещика, а государевы люди!». Во главе встал Емельян Михайлович Чернодыр – крепкий, решительный мастер завода из Ивановой, чья харизма сплотила тысячи. Рядом с ним – Фёдор Савенков, составивший сме

Здесь на въезде возвышается могила участников легендарного крестьянского восстания 1796–1797 годов под предводительством Емельяна Чернодыра.

Этот скромный памятник с братской могилой стал вечным напоминанием о народной ярости, мужестве и жажде свободы, что вспыхнула в наших краях против самодержавного произвола. Здесь, на комаричской земле, простые труженики встали грудью за правду, заплатив за неё своей кровью, и их подвиг вдохновляет поколения патриотов России.
Восстание разгорелось 26 ноября 1796 года в деревне Ивановой (ныне посёлок Ивановский), где крестьяне казённого завода графа Апраксинского присягали новому императору Павлу I. Эти люди, не крепостные в полном смысле, а «казённые» работники, сломленные барщиной, поборами и тяжким трудом на винокурнях, внезапно объявили: «Мы не рабы помещика, а государевы люди!». Во главе встал Емельян Михайлович Чернодыр – крепкий, решительный мастер завода из Ивановой, чья харизма сплотила тысячи. Рядом с ним – Фёдор Савенков, составивший смелый приговор о вольностях. Крестьяне отказались от повинностей, разогнали приставов и начали делить земли поровну.
Новость молниеносно разнеслась по Комаричской волости. К январю 1797 года волнение охватило до 30 сёл – от Брасово до Выгоничей. Более 13 тысяч душ, вооружённых чем попало – вилами, кольями, топорами, а местами и ружьями, – поднялись единым фронтом. Это была не просто стычка, а настоящая народная революция: заводы встали, амбары опустели в пользу общин, чиновники бежали в страхе. Чернодыр, как истинный вождь, рассылал «приговоры» по волостям, призывая к «Брасовской республике» – самоуправлению без бар.
К 6 января 1797 года полчища бунтовщиков – свыше двухсот из Ивановой, а потом тысячи – двинулись на Брасово, жемчужину апраксинских вотчин. По пути к ним стекались люди из Радогощи, Сергиевки, Никольского: всего до 15 тысяч! В Радогощи союзник Чернодыра Иван Куркин, отважный казак, казнил ненавистного управляющего, известного плетьми и грабежами, и освободил арестантов. Крестьяне создали «Совет отважных» – отряд из 200 бойцов под Михаилом Ельниковым, который охранял «республику».
В Брасово и в Радогощи воцарилась справедливость: земли перемеряли, заводы закрыли, казну опечатали, старост избрали из своих. Женщины и старики варили кашу для ратников, а юные барабанщики задавали шаг. Это была живая картина народовластия – предтеча будущих битв за волю России. Чернодыр, скромный сын земли брянской, стал символом: «За Русь-матушку, за правду крестьянскую!»
Царский двор в ужасе: Павел I бросил на подавление элитные силы. 22 января 1797 года в Радогощь вошёл губернатор Квашнин-Самарин с Ахтырским гусарским полком и пушками. Но тысячи радогощан с кольями и смелыми сердцами выстроились стеной: «Не пустим врага!». Гусары отступили, потеряв часть бойцов.
Решающие бои развернулись в феврале. 10 февраля Радогощь подверглась артиллерийскому обстрелу: 50 домов полыхнули, улицы заполнились дымом и стонами. Сотни пали – мужи, жёны, дети, защищая каждый метр. Брасово держалось дольше: 13 февраля после 34 пушечных залпов, 600 ружейных выстрелов и рукопашной пала последняя крепость. Кровь лилась рекой – сотни людей в ямах, тысячи раненых. Чернодыр с отрядом ушёл в леса, ведя партизанщину до ареста.
По царскому указу судили 200 крестьян и трёх священников-бунтарей. Шесть вождей, включая Чернодыра, заклейменили кнутом, выжгли клейма и сослали на каторгу в Сибирь. Дом Емельяна срыли в пыль «в назидание». Мёртвых бросили в безымянную яму в Радогощи, воткнув столб с позорной надписью. Но цена бунта оказалась высокой для трона: Петербург издал указ о «трёхдневной барщине» – первая уступка крестьянам в истории империи, плод крови брянских героев.
Сегодня могила в Радогощи – объект культурного наследия, памятник, где покоятся павшие за свободу. Это символ стойкости русского духа, той самой брянской закалки, что ковала победы в Великую Отечественную и сегодня стоит за Родину.
В Комаричском районе, где земля пропитана героизмом мы должны рассказывать детям – предки наши не сломлены царём и не сломаются ни перед кем! Россия сильна единством народов!
Наталья Мишина