В 1926 году Уфа уже четыре года как носила гордое звание столицы Башкирской Автономной Советской Социалистической Республики. Декрет ВЦИК от 14 июня 1922 года объединил Малую Башкирию и Уфимскую губернию в «Большую Башкирию», и именно Уфа стала административным сердцем новой автономии. Правительство переехало сюда из Стерлитамака летом 1922 года на речных пароходах по Белой — железной дороги до верховий тогда ещё не было.
Город стремительно рос. К декабрю 1926 года его границы официально расширились: в черту вошли деревни Глумилино, Дубовка, Новиковка и Затон. Это было не просто формальностью — Уфа готовилась к новой роли промышленного и культурного центра Предуралья. После Гражданской войны, колчаковской оккупации и страшного голода 1921–1922 годов город восстанавливался. Улицы ещё хранили следы разрушений, но уже звучали голоса строителей и учителей ликбеза.
Первая Всесоюзная перепись: кто жил в Уфе
17 декабря 1926 года по всей стране началась первая Всесоюзная перепись населения — событие огромной государственной важности. Уфа не стала исключением. По её итогам (вместе с новыми пригородами) в городе проживало 98 537 человек. Это был заметный рост по сравнению с 1923 годом (около 85 тысяч).
Город оставался преимущественно русским: русские составляли около 76 % населения. Татары — примерно 4,7 %, башкир в собственно городской черте было немного (около 5 % — массовая миграция башкир в Уфу начнётся позже, с индустриализацией 1930-х). Жили здесь также украинцы, евреи, чуваши, марийцы — типичная для Поволжья и Приуралья многонациональная палитра.
Перепись зафиксировала и социальный портрет: большинство — рабочие мелких предприятий, служащие советских учреждений, ремесленники и торговцы периода НЭПа. Женщин было чуть больше, чем мужчин — следствие войн и голода. Средний возраст — молодой: страна поднималась из руин, и Уфа вместе с ней.
Вид старой Уфы начала XX века с характерной деревянной застройкой и церквями. Именно такой облик ещё сохраняла столица БАССР в 1926 году (архивное фото)
Экономика под знаком НЭПа
1926 год — последний относительно спокойный период новой экономической политики. Частная торговля ещё разрешена, на рынках кипит жизнь: продают башкирский мёд, кожу, изделия кустарей, зерно из окрестных кантонов. Государственные предприятия постепенно выходят на довоенный уровень. Работает Уфимская фанерная фабрика (возобновила работу в 1922-м), типография «Октябрьский натиск», мелкие кожевенные и пищевые производства.
В республике в целом доля рабочих среди самодеятельного населения составляла всего 4,3 % — Башкирия оставалась аграрной. Но в Уфе уже формировался костяк будущей индустриальной элиты: здесь располагались наркоматы, обком партии, исполкомы. Строились первые кооперативные дома, открывались столовые и ясли — «новый быт» советской власти.
Весной 1926 года город пережил серьёзное испытание — сильный паводок на Белой. Затопило низинные районы, эвакуировали около 8 тысяч человек. Это событие надолго запомнилось уфимцам как напоминание о природной уязвимости города.
Улицы, дома и транспорт: как выглядела Уфа
Облик Уфы 1926 года — это ещё дореволюционная купеческая застройка с вкраплениями советских вывесок. Деревянные дома с резными наличниками, каменные особняки на центральных улицах (нынешние Ленинa, Октябрьской Революции, Коммунистической). Многие улицы оставались немощёными, весной и осенью — море грязи. Электричество было в центре, водопровод — тоже не везде.
Часовню Александра Невского на нынешнем месте бизнес-центра «Нестеров» снесли именно в 1926 году — один из первых актов антирелигиозной кампании. На её месте вскоре появятся новые строения.
Транспорта современного почти не было: трамвай запустят только в 1937 году. По городу ездили извозчики, первые автобусы (с середины 1920-х), редкие легковые автомобили партийного начальства. Главная артерия — железная дорога и река Белая. Летом — пароходы, зимой — санный путь.
Городские парки — любимое место отдыха. Сад Аксакова (бывший Луначарского), парк Свободы (ныне им. Ленина). Здесь гуляли семьи, играли духовые оркестры, проводили первомайские демонстрации.
лица в Уфе 1920-х годов: деревянные тротуары, извозчики, купеческие дома. Именно так выглядели центральные магистрали столицы БАССР сто лет назад (архив)
Культура, образование и просвещение
В Уфе активно работали школы, техникумы, педагогический институт (бывший Институт народного образования). Шло национальное строительство: открывались классы с преподаванием на башкирском и татарском языках. Ликбез охватывал тысячи неграмотных — особенно женщин и сельских мигрантов.
Театральная жизнь била ключом. Башкирский театр имени Гафури, русский драматический, первые кинотеатры («Идель», «Гигант»). В 1926 году усилилось театральное отделение при институте.
Действовало Общество по изучению Башкирии (переименовано в 1926-м) — собирали фольклор, этнографию, историю. Печатались книги на национальных языках, выходила главная газета «Красная Башкирия».
Религиозная жизнь и исторический съезд
Уфа оставалась центром мусульманской духовной жизни всего Поволжья и Сибири. Здесь с 1920-х размещалось Центральное Духовное управление мусульман (ЦДУМ).
С 25 октября по 4 ноября 1926 года в Уфе прошёл III съезд мусульманского духовенства и верующих Внутренней России и Сибири. Собралось 427 делегатов из Башкирии, Татарии, Казахстана, Узбекистана, даже из Китая. Председательствовал муфтий Ризаэтдин Фахретдинов, которого переизбрали.
Съезд подтвердил лояльность советской власти (отправили телеграммы Калинину, Рыкову, Сталину), обсуждал религиозное образование, открытие медресе, издание Корана на родных языках, борьбу с алкоголизмом и проституцией. Приняли обращение к мусульманам: учить детей, соблюдать гигиену, поддерживать сельское хозяйство. Это было последнее крупное собрание такого масштаба — вскоре начнётся жёсткая антирелигиозная кампания.
Повседневная жизнь уфимцев: радости и заботы
Типичный день уфимца 1926 года: утром — на завод или в учреждение, днём — базар, вечером — клуб или кино. Рабочие получали паёк, нэпманы торговали, крестьяне привозили продукты. Жилищный вопрос стоял остро: семьи уплотняли в бывших купеческих домах, по 10–15 человек в квартире.
Праздники — Первомай, 7 ноября — с демонстрациями и красными флагами. Летом — купание в Белой, сбор ягод в окрестных лесах. Зимой — катки, лыжи. Молодёжь вступала в комсомол, дети — в пионеры.
Газеты писали о достижениях и трудностях: «Беднота просит защиты», «Как ликвидировать неграмотность». Но главное — ощущение движения вперёд. Город стоял на пороге первой пятилетки, когда Уфа превратится в крупный промышленный центр.
Здание в центре Уфы 1920-х — типичный пример архитектуры того времени, когда город ещё сохранял дореволюционный шарм
Уфа накануне прорыва
1926 год стал для Уфы переходным. Ещё жива была дореволюционная купеческая душа города, но уже чётко звучал советский ритм. Перепись зафиксировала численность и состав, съезд мусульман показал сложный баланс между верой и властью, а повседневная жизнь — упорство и оптимизм людей, переживших войны и голод.
Через пару лет начнётся индустриализация, появятся первые гиганты, потянутся тысячи новых жителей. Но именно в 1926-м Уфа успела запечатлеть себя в том самом «переходном» облике — деревянном, многонациональном, полном надежд.
Сегодня, сто лет спустя, глядя на современные высотки и проспекты, стоит вспомнить ту Уфу — небольшую, но уже уверенно шагавшую в будущее.