Иногда при изучении трофейных немецких документов встречаются очень интересные истории. Вот одна из них, на этот раз детективная. Произошла она с казначеем из 10-й роты 172-го пехотного полка 75-й пехотной дивизии 12 августа 1942 года в городе Воронеже.
Казначейство III батальона 172-го пехотного полка/ 14 августа 1942 г.
Г-ну дивизионному интенданту 75-й пехотной дивизии.
Тема: Утрата 2500 рейхсмарок жалованья казначеем 10-й роты 172-го пехотного полка
Казначейство сообщает о следующем инциденте:
11.08.1942 г. казначею 10-й роты унтер-офицеру Клаусу фон Ану было передано распоряжение от командира интендантской службы 10-й роты унтер-офицера Пуша о выплате жалованья роте, действующей в северном секторе Воронежа. В связи с этим унтер-офицер фон Ан в сопровождении унтер-офицера Вернера, отвечавшего за вооружение и снаряжение 10-й роты, 12 августа 1942 года около 7:30 утра отправился на штурмовом орудии, проехал мост через Дон въехал в город. Они выбрали этот вид транспорта, поскольку в то время не было других машин, направлявшихся в Воронеж.
Примерно на полпути между Донским мостом и Воронежем штурмовое орудие было атаковано 8 русскими бомбардировщиками. Экипаж укрылся внутри самоходки, а оба унтер-офицера легли на его задней части. Более подробной информации унтер-офицер фон Ан предоставить не может. Когда он пришел в себя, он находился в легковом автомобиле, принадлежавшем 57-й пехотной дивизии, который доставил и высадил его и унтер-офицера Вернера вблизи командного пункта роты. Казначей ничего не смог узнать о местонахождении портфеля с деньгами. По словам унтер-офицера Вернера, портфель остался на штурмовом орудии. Вернуть его не удалось. В связи с особой военной обстановкой в Воронеже (прорыв русских на двух участках фронта) унтер-офицер фон Ан пока еще не имел возможности обсудить детали происшествия с унтер-офицером Вернером. Унтер-офицера Вернера до сих пор не удалось найти. Унтер-офицер фон Ан еще 12 августа 1942 года подал в комендатуру Воронежа заявление о потере и сообщил об этом в роту.
Изложение событий основано на подробном допросе унтер-офицера фон Ана. Протокол его допроса, а также протокол допроса унтер-офицера Вернера будут предоставлены позднее. Сообщение об инциденте отправляется только сегодня, так как подписавший документ сам находился в Воронеже 13 августа 1942 года и вернулся только вечером. Документы не были утеряны вместе с деньгами. Оригинал платежной ведомости с расписками старшего фельдфебля о выплате заработной платы до 10 августа 1942 находится у казначея. Утерянный аванс был выплачен казначейством 12 августа 1942 года и учтен в журнале за август 1942 года под номером 20, а также в книге авансов II под номером 764.
Управление просит разместить объявление о розыске портфеля в ежедневном приказе дивизии и армии.
Инспектор военно-административной службы.
Попробуем реконструировать это событие.
Некий казначей Клаус фон Ан из 10-й роты 172-го пехотного полка повез 12 августа жалование своей роте. Заметим, что это был не простой казначей, ибо префикс "фон" перед его фамилией указывает на принадлежность к дворянскому сословию. Значит, скорее всего он обладал тонкой и изящной натурой. И, заметим, присущей всем немецким дворянам храбростью, ибо фон Ан и его спутник унтер-офицер Вернер (который был не «фон», а просто банальный плебс), отвечавший за вооружение и снаряжение 10-й роты, не стали дожидаться штатного авто, а смело отправились в Воронеж на попутке. Между прочим, в городе сложилась на тот момент «особая военная обстановка - прорыв русских на двух участках фронта» (с).
Этой попуткой оказалось штурмовое орудие, очевидно, StuGIII - иных на тот момент в Воронеже не было - которое вероятнее всего было из 201-го штурмового батальона, действовавшего на тот момент совместно с 75-й пехотной дивизией. Удобно разместившись на броне самоходки, казначей и его спутник с любопытством созерцали окрестности Воронежа. Может быть фон Ан и хотел запечатлеть виды русского города, воспользовавшись находившимся в его портфеле фотоаппаратом Rettina, принадлежавшему обер-ефрейтору Лэдке, кто знает? Однако добросовестный казначей плотно прижимал портфель к багажу самоходчиков и дополнительно придерживал его правой рукой. Что говорит о его ответственности и верности долгу, ибо жалованье для роты должно быть доставлено любой ценой!
Беда пришла неожиданно в виде краснозвездного самолета, который с ужасным ревом ринулся на штурмовое орудие и атаковал его. Видимо это были не бомбардировщики, которые низко не летали, а скорее всего штурмовики Ил-2, заметившие одиночный StuG III. Шустрые самоходчики нырнули внутрь своей машины и прибавили газу, а фон Ан и его спутник в испуге распластались на броне самоходки. Столь сильные переживания не могли не отразиться на чувствительной натуре дворянина-казначея, и он потерял сознание.
Очнулся сомлевший фон Ан уже находясь внутри легкового автомобиля из 57-й пехотной дивизии, который высадил его и унтер-офицера Вернера вблизи командного пункта роты. Судя по всему, никаких ранений во время ужасного авианалета казначей не получил, максимум заработал медвежью болезнь. Но вот портфеля с деньгами, увы, рядом не оказалось. По словам унтер-офицера Вернера, он так и остался лежать на штурмовом орудии. Почему Вернер просто отметил этот факт, а не забрал портфель, остается только догадываться.
Удивительно, но согласно показаниям фон Ана, он так и не смог обсудить все детали этого волнующего происшествия с унтер-офицером Вернером. Вероятно, от полученного известия о пропаже портфеля казначей тут же снова сомлел – на этот раз от осознания случившегося. Высадив своего незадачливого спутника у ротного КП, унтер-офицер Вернер отправился заниматься вопросами вооружения и снаряжения 10-й роты. Когда фон Ан снова очнулся, Вернера рядом уже не оказалось.
Увы, но не смог вспомнить фон Ан и цифры на погоне лейтенанта-самоходчика, может это был номер 103, а может и не 103, пойди теперь вспомни… Кстати, у нас в стране в 90-е было просто необходимым прежде чем самому сесть в такси или кого-то посадить туда обязательно запомнить номер машины – мало ли что может случиться. Фон Ан такого опыта не имел, ибо дворяне номеров машин и самоходок не запоминают, не дворянское это дело.
Надо отметить, что унтер-офицер фон Ан оказался верен своему долгу до конца и в этот же день 12 августа 1942 года подал в комендатуру Воронежа заявление об утере портфеля. Сообщил он об этом и в свою 10-ю роту. Вероятно, там этому известию очень "обрадовались". Особенно обер-ефрейтор Лэдке, который помимо жалования лишился еще и своего фотоаппарата Rettina с полевым почтовым номером 15658 C.
Безусловно, приятные минуты выпали на долю экипажа StuGIII, который с удовольствием поделил между собой денежки из казначейского портфеля. Фотоаппарат Rettina скорее всего достался командиру штурмового орудия с номером 103 на погонах. А может этот номер был вовсе и не 103, кто его знает…
Очень настораживает известие о том, что на момент допроса казначея до сих пор не удалось найти его спутника унтер-офицера Вернера. А вдруг он тоже был замешан в этом деле и получил от бравых самоходчиков свою долю? Странно и то, что оригинал платежной ведомости с выплате жалования до 10 августа 1942 почему-то остался у казначея, а не пропал вместе с портфелем. Может у фон Ана рыльце тоже было в пушку?
Увы, кто на самом деле прибрал к рукам портфель с рейхсмарками, и чем в итоге закончилась эта детективная история, мы видимо так и не узнаем.