Игорь Сергеевич Гузенко (13 [26] января 1919, Рогачёво, Московская губерния — 25 июня 1982, Миссиссога, Канада) — советский агент ГРУ СССР, перебежчик.
В годы Второй мировой войны Гузенко работал шифровальщиком в посольстве СССР в Оттаве.
5 сентября 1945 года, через три дня после окончания войны, похитил и позже передал канадским властям секретные документы с данными советской агентуры, раскрыв западным спецслужбам существование советской шпионской сети в Канаде, США и Великобритании.
В Канаде «Дело Гузенко» часто причисляют к событиям, положившим начало холодной войне, сыграв важную роль в изменении отношения западных стран к своему военному союзнику. Канадский историк Джек Гранатштейн заявил, что это было «началом холодной войны для общественного мнения», а журналист Роберт Фулфорд написал, что он «абсолютно уверен, что холодная война началась в Оттаве». В 2002 году «Дело Гузенко» признано событием национального исторического значения Канады.
Биография
Родился 26 января (13 января по старому стилю) 1919 года в селе Рогачёво близ Дмитрова Московской губернии, он был младшим из четырёх детей.
Старший брат (тоже Игорь, Гузенко назван в память о нём), родившийся в 1917 году, умер в годовалом возрасте от недоедания. Отец воевал в гражданскую войну на стороне большевиков, рано умер от тифа. Мать — школьная учительница математики.
Столкнувшись с перспективой смерти от голода своего второго ребёнка, мать решила отдать сына на попечение своей матери Екатерины Андреевны Фильковой в село Семион, где он прожил 7 лет. Позже мать отвезла Игоря к родственникам в Ростов-на-Дону, а сама по распределению получила работу в селе Верхне-Спасское, после чего перевелась в Москву и через некоторое время забрала всех детей. Игорь Гузенко поступил в пятый класс в школу им. Максима Горького неподалёку от автозавода имени Сталина.
Гузенко проводил много времени в Ленинской библиотеке, где готовился к поступлению в ВУЗ, после чего поступил в Московский архитектурный институт. Во время учёбы в институте в 1942 году в Ленинской библиотеке он познакомился со своей будущей женой Светланой. Благодаря высокой успеваемости его направили в Военно-инженерную академию им. В. В. Куйбышева, где в течение года он проходил подготовку в качестве шифровальщика, окончил её в звании лейтенанта. Был призван в Красную армию. Служил в центральном аппарате ГРУ Красной армии (апрель 1942 — лето 1943). Гузенко работал под руководством полковника ГРУ, военного атташе СССР в Канаде — Николая Заботина.
В июне 1943 года Гузенко прибыл в Оттаву, Канада для работы в посольстве СССР, это была его первая зарубежная миссия. В октябре к нему присоединилась его беременная супруга. В связи с возросшей нагрузкой на персонал, семья Гузенко получила редкую возможность жить вне посольского комплекса, где жили семьи большинства сотрудников. Гузенко разрешили жить в квартире в городе вместе с канадскими семьями.
В сентябре 1944 года, Гузенко узнал, что его семья должна отправиться домой в Москву. Его руководитель Заботин попросил отсрочку. Не желая возвращаться в СССР, будучи недовольным качеством жизни и политикой Советского Союза, он решил стать перебежчиком.
В качестве примера свобод, который Гузенко вспоминает в своих показаниях, он упоминает поразившие его выборы в Канаде 1945 года, тогда как в СССР не было свободных выборов и приходилось выбирать из одного кандидата.
5 сентября 1945 года, спустя два дня после окончания Второй мировой войны, в Оттаве 26-летний Гузенко вышел из посольства, неся с собой портфель с советскими кодовыми книгами и материалами для дешифровки, общее количество документов — 109.
В своих показаниях Гузенко вспоминает, что хотел сначала обратиться в Королевскую канадскую конную полицию (КККП), потому что знал, что там нет советских агентов военной разведки, но он не был уверен, что там нет агентов НКВД. Тогда он обратился в газету Ottawa Journal, но, дойдя до главного редактора, не решился сделать заявление. Позже Гузенко всё же вернулся в редакцию, но главного редактора уже не было на рабочем месте, а ночной редактор газеты не решился взять ответственность и предложил ему обратиться в Министерство юстиции, но когда Гузенко туда пришёл, там никого не было.
Квартира Гузенко на Сомерсет-стрит (справа вверху, лицом к улице) в 2007 году На следующее утро он вместе с женой и ребёнком вернулся в Министерство юстиции и попросил встречи с министром, прождав несколько часов он так и не смог получить её. После этого вернулся в газету и поговорил с репортёром Элизабет Фрейзер, которая посоветовала ему обратиться в бюро по натурализации. Позже в тот же день Гузенко подал заявление на получение канадского гражданства.
К полудню следующего дня о Гузенко стало известно канадскому правительству, и 6 сентября премьер-министр Канады Маккензи Кинг был проинформирован об инциденте, что позже заставило его созвать Королевскую комиссию для расследования шпионажа в Канаде. Той ночью Гузенко и его семья остановились у соседей.
Незадолго до полуночи четверо мужчин из советского посольства (Павлов, Рогов, Ангелов и Фарафонтов) ворвались в квартиру на Сомерсет-стрит в поисках Гузенко и его документов. Быстро прибыла полиция Оттавы, затем КККП и сотрудники министерства международных дел Канады.
7 сентября 1945 года Гузенко смог передать документы властям Канады и дал показания КККП. Документы представляли собой переписку резидента ГРУ полковника Николая Заботина (ранее уехал из Канады) с агентурой, внедрённой в разработку атомного оружия.
Гузенко на телевидении в 1966 году
Игоря Гузенко с семьёй в целях обеспечения их безопасности вывезли из Оттавы, а сообщённую им информацию стали систематизировать и анализировать. Семья провела два года под охраной в Camp X, сверхсекретном центре подготовки шпионов в Ошаве, где родился их второй ребёнок.
Мать Гузенко погибла в тюрьме НКВД на Лубянке под следствием. Гузенко всегда предполагал, что его сестра Ирина, которая работала архитектором, тоже погибла в результате его побега. Однако по записям 1956 года она вышла замуж и жила в Челябинске.
В этом городе оказался и его брат, Всеволод, который, как считал Игорь, погиб на войне. Отец, мать и сестра Светланы Гузенко получили по 5 лет лишения свободы. Дочь сестры Светланы, Татьяна, была отправлена в детский дом.
Семью Гузенко поселили в пригороде Торонто, предоставив в собственность двухэтажный особняк с охранником. Они сменили имена и фамилию, жили скрытно, выдавая себя за чехословацких иммигрантов.
Их старшая дочь Эвелин, которая родилась в конце 1945 года, рассказывала, что отец с матерью «были очень осторожны… Они не надеялись, что смогут прожить хотя бы три дня после того, как отец передал правительству секретные документы». Своим детям Игорь и Светлана «запрещали говорить с незнакомцами на улице, не разрешали приглашать в дом малознакомых людей».
До своей смерти в 1982 году Игорь Гузенко зарабатывал на написании книг и продаже своих картин. Начиная с 1966 года Гузенко появлялся на канадском телевидении для рекламы своих книг и высказывания претензий к КККП, всегда с накинутым на голову капюшоном.