После Воркслы
Подписанный в октябре 1398 года Салинский договор, таил огромную опасность для русских земель. Тевтонский орден и Литовское княжество, на его страницах поделили между собой Северо-Западные русские земли. Допустить такого Москва не могла. Но у Василия I не было достаточных военных сил открыто противостоять Ордену и своему тестю Витовту. Тогда московский князь решает использовать метод прокси-дипломатии и, находя и поддерживая своих «агентов влияния», сделать своими союзниками ханов орды и самого Витовта. Тем более «стартовые условия» после поражения Литвы и Польши в битве на Ворксле были благоприятными.
Поражение на Ворскле было не единственным, которое подкосило геополитический тандем Литвы и Польши против Руси. В том же самом году умирает жена Ягайло Ядвига. Ядвига долго не могла иметь детей. И вот, в 1399 году она родила дочь. Назвали Елизаветой. Но новорожденная, прожив, едва несколько месяцев, скончалась. От горя умерла и сама королева Ядвига.
Покойная жена имела огромное влияние на Ягайло, всячески убеждая его, что нужно налаживать диалог с далекой Москвой и держаться подальше от Тевтонского ордена. Ядвига и группировка, поддерживающая ее, была активным противником реализации Салинского договора.
Через несколько месяцев после ее смерти, в октябре 1399 года Великий Магистр ордена пишет письмо к Вильгельму Австрийскому, в котором советует последнему предъявить права на польский престол. Орден начинает заигрывать и с Витовтом. Великий магистр делает Литовского короля связным между Орденом и Польшей. Магистр великодушно пишет: «Великий магистр просит передать Ягелло пропуск на охоту в лесах Ордена».
Видя такое рвение Ордена по отношению к Польше, Витовт решает уверить Ягайло в своей преданности, и в январе 1401 года подтверждает грамотой покорность Ягайло. Польский король в документе признается наследником Витовта и будущим хозяином литовско-русских земель. Вскоре в Радоме польские паны подтверждают сою верность Витовту. Так же Польша признает преемственность власти в «землях Польских, Литовских и Русских».Таким образом, к 1401 года антимосковский литовско-польский симбиоз был восстановлен. Все было готово к реализации коварных планов Салинского договора.
Смоленские войны
Витовт начинает свое собственное «собирание русских земель» вокруг Литвы. Вновь в орбиту его пристального внимания попадают Смоленское, Новгородское, Псковское и даже Рязанское княжества.
В августе 1401 года к стенам Смоленска пребывают два русских князя Юрий Святославович и Олег Рязанский. Сам город с 1395 года был захвачен Витовтом, который однозначно считал его и все смоленское княжество – частью своих земель. Шесть лет в городе хозяйничали «ляхи»: грабили, обкладывали налогами местное население. Узнав о приближении Юрия и Олега, горожане поднимают в городе мятеж.
О дальнейших событиях разные источники говорят-разному. Новгородская IV летопись пишет, что Юрий отправляет в город некоего своего человека. Горожане открывают ворота крепости. Далее литовский наместник Роман Михайлович будет умерщвлен, а его жена милостиво отпущена. Часть «ляхов», истово поддерживавших Литву и Польшу будет казнена.
В Никоновской летописи говориться о том, как за полгода до этих событий, некие «смоленские доброхоты» прибыли в Рязань, где встретились Юрием Смоленским и Олегом Рязанским. Поход против города было решено организовать осенью 1401 года. В это время войско Витовта было занято помощью Жемайтии, боровшейся с нашествием Ливонского Ордена. Для усиления Олег и Юрий пригласили муромского и козельского князя со своими полками. Подойдя к городу, Юрий послал горожанам ультиматум: либо открывайте ворота, либо погибните. Горожане открывают ворота.
Вскоре к городу «подкатил» артиллерию Витовт. Несколько недель шел неуверенный обстрел деревянного кремля на высоком земляном холме. Ничего не добившись, Витовт отступил. В городе снова созрела крамола. Видимо, Юрий приказал провести следствие, в ходе которого выяснилось, что Литовцев поддержали несколько человек. Смутьяны были казнены.
Через несколько лет, в 1404 году Витовт вновь подошел к стенам города вместе с князьями-братьями Семеном Ольгердовичем и Свирдригайлом Ольгердовичем. Семь недель, обстреливая город из пушек, литовцы не смогли взять Смоленск. Перед весенней распутицей они отступили, приказав коннице «истоптать озимые посевы» и сжечь окрестные деревни.
Князь Юрий: предатель или агент Москвы?
Оставшийся в городе для организации обороны, князь Юрий Святославович после ухода литовцев решает ехать в Москву. Смоленску так нужна была помощь Василия I! Путь от Смоленска до Москвы у Юрия занял почти 10 дней (400 верст). Разведка Витовта сработала быстро: в Литве получили информацию, что князь покинул город. Смоленск был осажден. Испытывая тяготы осады, горожане приняли решение открыть городские ворота. Никоновская летопись отвечает на вопрос: а кто же в городе стал предателем и пустил литовцев? Согласно ее данным, некие «смоленские бояре» учинили крамолу и открыли ворота города, воспользовавшись отсутствием князя.
В Москве Юрий предлагает Василию Дмитриевичу взять Смоленск «под свою руку». То есть включить его в состав московских владений. Московский князь решает не обострять отношений с Литвой. Родство с Витовтом (дочь литовского князя Софья была женой Василия) и явный недостаток военных сил, способных окончательно победить угрозу с Запада, вынуждают князя отказать Юрию.
В этот период, описывая причины отказа Василия Юрию в бой вступают оппозиционные Москве летописные центры. Новгородский летописец пишет, что Василий вообще не принял Юрия, а Тверской указывает на то, что Василий изначально договорился с Витовтом: «не вступаться за Смоленск и с Юрием не иметь любви». Оппозиционный безымянный тверской летописец всячески старается представить Юрия предателем (сдал Смоленск) и изгоем (был отвергнут Москвой).
Но несколько фактических деталей заставляют усомниться в последнем. Во-первых, по приезде Юрия к Василию в Новгород отправляются бояре-представители московского князя явно для проведения неких тайных переговоров. Так Василий готовит почву для деятельности своего первого «агента влияния» - Юрия Смоленского. Во-вторых, известно, что Юрий прибыл в Москву через две недели после Пасхи, а уехал 20 августа 1404 года. Таким образом, в Москве он был целых четыре месяца. Не похоже на изгоя! Можно предположить, что Василий и Юрий придумали некий план, который был заметно лучше идеи «воевать с Литвой за Смоленск». Итак, после четырех месяцев в Москве Юрий направляется в Новгород. При себе у него есть статусная «проходка» («опасная путевая грамота», гарантирующая великокняжеской печатью безопасный и беспрепятственный путь на Северо-Запад).
Пока в Юрий был у Василия, в Москве получают информацию о том, что Витовт вновь сближается с Орденом. В конце мая в Рацянже Витовт и Ягайло заключают с великим магистром Конрадом фон Юнгингеном мирный договор, предполагавший, как и Салинский мир, нападение Литвы на Псков и Новгород. Все это беспокоило Василия I. Потеря Пскова и Новгорода для Москвы была недопустима.
Новгородцы ждут «человека от Василия» и так же, как и московский князь не хотят стать добычей Литвы. В Новгороде московского посланника Юрия встречают с почестями и «назначают» «служилым князем», т.е. наделяют полководческим статусом. Более того, дают «в кормление» 13 городов, больше, чем любому из прошлых служилых князей, включая самого Александра Невского.
Агенты Витовта сообщают о московских переговорах Юрия Смоленского и Василия и о прибытии Юрия в Новгород. Для Северо-западной Руси начинается «обратный отсчет» - Витовт приказывает готовить нападение.
Война
Открытый военный конфликт с Орденом и Литвой был нежелателен, как для Москвы, так и для Новгорода. Неизвестно, был ли это совместный план Юрия и Василия, но Юрий делает интересный дипломатический ход. В феврале 1405 года он пишет письма великому магистру Немецкого ордена Конраду фон Юнгингену и ливонскому магистру Конраду фон Фитингхофу. Вних Юрий указывает, что между их предками были мирные отношения. Новгородский князь просит убедить Витовта отпустить из литовского плена его жену, оставленную в стенах осажденного Смоленска. К тому же Юрий не прочь сам приехать в Мариенбург, чтобы простить у великого магистра «помощи и поддержки». В ответном письме Юнгинген сообщил, что за жену Юрия попросит Витовта, но в Мариенбург проехать не даст. На вопрос Юрия: будет ли орден помогать (в войне против Новгорода – КК) Витовту, магистр ответил, что «неприятели Витовта не являются приятелями ордена. Таким образом, в переписке Орден подтвердил, что не собирается отказываться от экспансии на русские земли и что Юрий – враг!
Итак, в Литве Юрий Святославович числился врагом, на Западе – мятежным промосковским князем. В Тверской летописи содержится просьба Витовта Василию I изловить Юрия и держать его в Москве. Василий отказывает, сославшись на то, что Юрий - новгородский князь, а Новгороду он не указ. Получив от ворот поворот, Витовт в сентябре 1405 года указывает самим Новгородцам: выдайте своего князя, иначе – война. Так же получив отказ, Витовт пишет во Псков: «за одно ли вы с Юрием и Новгородом?» Псковичи отвечают: «едино есмы».
Вскоре Юрий переезжает из Новгорода в Торжок. Здесь с ним происходит странная перемена, которая в итоге стоит ему жизни. В городе он «позарился» на жену одного из служилых князей Семена Вяземского. Вспыхнувшая любовь оказалась невзаимной, и княгиня ранила Юрия ножом в руку. В ответ на это бывший смоленский князь убивает Вяземского князя, а затем «отрубает руки и ноги» его жене в порыве явного помешательства. Понимая, что ему не сносить головы, он убегает в «от своего несчастья и бесчестия». Летописные известия о дальнейшей его судьбе разнятся. Одни источники утверждают, что н «умер в земле татарской». Другие – в одном из рязанских монастырей. Но особое свидетельство, проливающее свет на загадку его смерти содержит Степенная книга. О нем – чуть позже.
Таким образом, Юрий явно нарушает планы и договоренности Василия I о создании в Новгороде антилитовского фронта, и, проявляя признаки сумасшествия, бежит в Торжок, совершает там крайне жестокое даже по тем временам двойное убийство и пытается скрыться от людей московского князя. Оставшись без «московского догляда», новгородский фронт почти рушится, чего не сказать о Псковском.
Псков под ударом
Стремясь реализовать Салинский договор, в феврале 1406 года Витовт нападает на псковские земли. Юридически это означало, что Литва теперь находится в состоянии войны и с Москвой. В ответ Псковичи совершают поход на Ржев и Великие Луки. Псков ожидает помощи Новгорода, но бояре отказываются помочь, сказав, что «владыка не благословил» (митрополит Киприан-КК). Вместо Пскова Новгородцы агитировали за поход на Ливонию.
Не остался в стороне и Василий I. Он направляет во Псков своего следующего «агента влияния», союзного Москве князя Даниила Александровича из династии Брянских князей. Таким образом, Москва руками князей-сателлитов (Даниила Александровича и Юрия Смоленского) поддерживала накал боевых действий против Витовта.
Вскоре среди соперников Новгорода, Пскова и Москвы появляется Ливонский орден. В конце августа крупные силы ливонцев во главе с магистром, а также формирования Дерптского и Курляндского епископств вторгаются на псковские земли. Однако продвижение католических сил замедлилось сразу, как только из окрестных полупустых северных деревень пришло известие: по всей псковщине бушует моровое поветрие.
Подождав, пока мор отступит, псковичи решают дать сражение вероломным захватчикам. Недалеко от Кирьемпе, псковская конница разбивает ливонцев и потом еще 15 верст гонит их остатки по окрестным полям. Летопись сохранила данные потерь: немцев убито 300 человек, псковичей всего три десятка.
Выиграв первый раунд борьбы с Ливонским орденом, Псковичи обращаются за помощью к Василию Московскому: «Князь великий, Василий, разорви мир с тестем своим, князем Витовтом»… Желая усилить дворянской московской конницей сопротивление псковичей, Василий направляет своего брата Константина. Константин сразу переходит к организации контрудара. Псковское войско идет на земли Ливонии, за Нарву. Пограбив местные земли, войско возвращается домой, а Константин – в Москву.
Перерыв в военных действиях был недолгим. В августе 1407 года Ливонский орден нападает на Псков. Как мы помним, Псков, на страницах Салинского договора признается как добыча, цель ливонских завоевателей. Четыре дня ливонцы пытаются захватить броды, но безуспешно. Когда захватчики решают повернуть назад, к ним «на плечах» уже мчится псковская конница. Во встречном бою, потеряв трех посадников и 700 человек убитыми, войска разошлись. Псковичи удалились в сторону городских стен, а ливонцы предпочли отступить.
Удары наносит Литва
В тот момент, когда конница Ливонского ордена атакует Псковские земли, Витовт направляет своего родственника и вассала князя Семена Лугвеня Ольгердовича на Козельск и Воротынск. До Москвы – всего несколько сотен километров. В те дни Витовт пишет маршалу Немецкого ордена Ульриху фон Юнгингену из Орши: «Мы даем вам знать, что в день отправления этого письма к нам пришло известие, что Лугвень и другие наши воеводы напали на крепость нашего врага Воротынск… И сожгли ее».
Взяв время на перегруппировку войск, Витовт выступает в поход против «короля Москвы» (выражение прусской хроники Иоганна фон Посильге). В Войске Витовта были не только литовцы, но и поляки, представители жмуди, Тевтонского ордена и даже разномастные наемники. Поляками командовал еще один сын Ольгерда, князь Свидригайло. А среди наемников немецкие источники упоминают неких двух герольдов герцога Голландии и Бургундии.
Взяв Стародуб, Витовт вновь потребовал выдачи из Новгорода князя Юрия Смоленского. Вновь получив отказ, Витовт приказывает своему разношерстному войску выступить из Брянска в сторону Москвы. Войска Василия I переправились через Оку в районе Серпухова и дошли до берега реки Плавы. С противоположной стороны к реке подошли войска Витовта. Простояв неделю, стороны решили заключить перемирие в районе Вязьмы и на время остановить военные действия. Согласно Степенной книге, вскоре после переговоров, 14 сентября на Воздвижение честного креста Господня в Веневском Никольском монастыре после двух недель болезни, а скорее, отравления, умирает тот самый Юрий Смоленский, который скрывался там от преследования за двойное убийство. Может быть это совпадение, а может быть свое дело сделали люди Василия I, не желая оставлять в живых сошедшего с ума, но столько всего знающего бывшего смоленского князя. Весть об этом сразу же получает Василий I.
Другие, довольно неприятные новости из Литвы почти одновременно приходят и Витовту. Они касаются его ближайшего беспокойного родственника – князя Свидригайло, который задумал перейти на службу Москве. Такому агенту влияния Василий I обрадовался сильно!
Свидригайло – тройной агент?
Младший сын Ольгерда и Ульяны Тверской, на треть (по матери) Рюрикович, брат литовского князя Ягайло, князь Свидригайло уже давно посматривал в сторону Москвы. Более близкие к сыновьям Дмитрия Донского родственные связи также делали свое дело. (Брат Свидригайла Лугвень был женат на дочери Юрия Звенигородского). Долгое время Свидригайло жил с матерью в Витебске. В 1386 году крестился по латинскому обряду и принял имя Болеслав. Вскоре Болеслав-Свидригайло убивает ставленника прежнего польского короля Федора Весну и захватывает трон в Витебске.
В дни свадьбы Ягайло с Анной Свидригайло убегает в Пруссию, переодевшись в одежды купца. В Пруссии он уже чувствует себя полноправным политиком и обещает Ордену Полоцкую землю. Так же он гарантирует, что, если магистр подпишет с ним договор, то он не буде вступать ни в какие союзы против Ордена.
Выгонять его из Витебска были отправлены Витовт и тот самый Юрий Смоленский. Но, решив не бороться, чтобы не стать жертвой более серьезных противников, Свидригайло отправился в Венгрию. Оттуда он решил вести переговоры с Тевтонским Орденом против своих - Витовта и Яагайло. Однако на Западе со Свидригайлом решили не иметь никаких дел, посчитав его провокатором. Ситуация поменялась в 1404 году. Магистр Ордена привлек Свидригайло к походам на литовские земли.
На шестом десятке лет Свидриагайло решил все-таки покаяться перед Витовтом и Ягайло. От первого за свое покаяние он получает во владения Брянск и Стародуб. Здесь и застали его в 1408 году новости о приближении войск Витовта, идущего на Москву.
Свидригайло вновь круто меняет свои политические ориентиры и выезжает в Москву на службу Василию I. Перед отъездом информация о демарше была доставлена Витовту. Тот приказывает заковать в кандалы Свидригайло. Однако мятежник сам заковал присланных людей Витовта и приказал сжечь замки некоторых его сторонников.
Вместе с мятежным князем в сторону Москвы отправляется брянский епископ Исаакий, князья звенигородский и путивльские, множество бояр. Василий Дмитриевич дает Свидригайло в правление одни из главных городов Северо-Восточной Руси: Владимир на Клязьме, Переяславль, Юрьев, Волок, Ржев и половину Коломны.
Такое внимание к Свидригайло со стороны Василия I объяснялось, судя по всему, желанием московского князя создать противовес влиянию своему тестю Витовту и «привлечь на московскую службу» пограничное литовское боярство. Московское княжество со времен Ивана Калиты вновь становится «территорией новых возможностей», на которой работает типичные социальный лифт средневековой феодальной корпорации: земля в обмен на службу.
Сам Свидригайло пробудет в Москве не долго. Когда стало известно о мятеже, Витовт посылает в Москву своих агентов, чтобы те «заковали его в кандалы» и привезли в Литву. Василий изгоняет послов.
Узнав об этом демарше, Витовт идет в поход на Москву. В начале сентября 1408 года войско Витовта и Василия I встали друг на против друга на двух берегах Угры. Встретились переговорщики. Василий и Витовт решили не вступать друг с другом в бой и заключить «мир по давнему». Литовцы начали уходить на Запад. Однако по дороге войско Витовта и крестоносцы пошли по разоренным землям, страдая от голода и болезней. Дело довершили союзные Москве татары, за которыми давно послал Василий I.
Дух Угры
Договор, заключенный на Угре был очень прочным и практически никогда не нарушался при жизни Витовта. Оригинал документа до наших дней не сохранился, но в летописях есть упоминание о некоторых его положениях. Сам Витовт в прямой речи, обращенной к Новгородцам через два года, заявил: «С Угры (заключу мир – КК) со всеми нашими граничниками». «Граничниками» назывались тогда пограничные земли в Великим Княжеством Литовским: Псков, Новгород,Тверь, Козельск Верхнее Поочье. Таким образом, договор, заключенный на Угре, вынудил Витовта отказаться от исполнения Салинского мира. А это значило, что Василий I, мастерски используя своих прокси: Юрия Смоленского, Свидригайло, Даниила Александровича Псковского, разбивает антирусскую коалицию Литвы, Польши, Ливонского и Тевтонского орденов.
А что же Свидригайло? Он делает очередной вираж: бежит из своего удела во Владимире. Затем вместе с татарами Едигея участвует в разграблении Серпухова, далее уходит в Литву под крыло Витовта. Не найдя там должного уважения, он вновь решает переметнуться к немцам, которые очень хотят использовать его неутомимую натуру против Витовта, расстроившего Салинскую систему. Великий магистр Немецкого ордена Ульрих фон Юнгинген направляет ему верительные грамоты, в которых обещает всяческую помощь в борьбе против литовского князя. В ответ Витовт приказывает посадить Свидригайло в тюрьму. В заточении он проведет долгих 10 лет.
Козни Едигея
Описывая борьбу и последующее установление мира между Москвой и Литовско-русским государством, мы не обратили внимание еще на одну сторону, напрямую не заинтересованную в установлении такого мира. Сторону, для которой нахождение Москвы и Вильно в состоянии перманентной войны – это выгодное равновесие сил. Конечно же, это сторона не Тевтоны или Ливонцы. Это – орда. Могла ли ордынская дипломатия участвовать в переговорах Витовта с Орденом? Это важный вопрос, так как усиление Витовта и Ордена против Москвы, с точки зрения хана Едигея, и нарушало желаемое «равновесие». Из переписки Витовта с Орденом известно, что в 1400 году Витовт, ожидал приезда послов из орды в Вильно. Чем закончились эти переговоры непонятно. Но известно, что с 1404 года начинается активная экспансия Литвы, Ливонского и Тевтонского ордена против Северо-Западной Руси. А это уже, с точки зрения Едигея, «нарушение баланса». Орда реагирует логично – начинает поддерживать Москву.
Так, еще в 1400 году Орда противостояла Рязани, а через несколько лет Едигей и Шадибек поддержали союз Рязани и Москвы. В споре между Тверью и Кашиным Едигей поддержал Москву как арбитра. Ордынские послы так же зачастили в Москву. В 1403 году бывший полководец и настоящий дипломат царевич Энтяк прибывает ко двору Василия I. Через год Кремль посетил посол Мирза.
Важную роль сыграла ордынская дипломатия и в 1408 году. В тот самый момент, когда вот-вот должны были состояться переговоры на Угре, Едигей сообщил через своих послов Василию I, что новость, которая должна была, заставить московского князя напасть на Витовта, а не договариваться с ним. Якобы хан Булат-Султан вышел на помощь Москве против Витовта в Поднепровье: «Ведай, буде, Василие, се идет царь на Витовта, да мстить»…
О двуличной политике орды по отношению к Вильно и Москве свидетельствует текст «Повести о нашествии Едигея». Едигей не раз предупреждал Витовта: «Ты мне буди друг, а я аз тебе буду друг». А московского князя откровенно называл противником Витовта: «Князя Василия…Московского познавай, яко желателен бе в чужие пределы вступатися. Опасайся его».
К тому же, во время нашествия Едигея разорению подвергаются именно те земли, которые были даны в управление Василием I Свидригайло: Переяславль, Юрьев Польский, Ростов, Дмитров, Рязань и Серпухов. Во многом потери от нашествия привели к антимосковскому демаршу самого Свидригайло. Москва не осталась в долгу и попыталась аккуратно сыграть против орды «на ее территории».
Спецоперация против Едигея
В конце 1408 года Едигей получает неожиданное известие о беспорядках в своей столице. «Некий царевич... царя хоте изгнати или убити»», пользуясь отсутствием основных сил, попытался захватить хана Булат-Султана и устранить его. Косвенные данные говорят, что смутьяном, покушавшимся на ставленника Едигея был сын Тохтамыша Джелаль-Еддин по прозвищу «Зеленый султан». Дело в том, что в том же году Едигей упрекал Василия I в том, что он скрывает у себя детей Тохтамыша: «Тохтамышевы дети у тебя!». Это подтверждает и арабский историк ибн Арабшах. «Сыновья Тохтымыша разошлись в различные страны, - писал он, - Джеллаль-Еддин и Керим Берды ушли в Россию».
В чем конкретно состоял «мятеж» сказать сложно, но очевидно: Едигей быстро засобирался из Московских земель домой. Вскоре смутьян Джеллаль-Еддин пропадает из поля зрения источников. В 1409 году его имя неожиданно «всплывает» в интересном документе, в грамоте Витовта, написанной магистру Ливонского ордена. В тексте говориться, что Джеллаль-Еддин и его брат Керим Берды прибыли в Гродно. Он «как раз надеялся стать царем татар и которому мы помогли отправиться к его людям». Интересно, что Джеллаль-Еддин заключает с Литвой союз против Ордена. Такая коалиция была абсолютно выгодна и Москве.
Но дальше – больше. Джеллаль-Еддин в конце 1409 года, в преддверии Грюнвальдской битвы, вместе с Витовтом едет в Брест-Русский, в котором на встрече с Ягайло подтверждает готовность участвовать в совместной борьбе против Ордена.
Таким образом, можно предположить, что мятежный сын Тохтамыша, пробыв немного под присмотром Василия I, так же становится его «агентом влияния». Для этого он договаривается с союзником Москвы (после договора на Угре) Витовтом о совместной борьбе против тевтонов.
Эхо Угры
Замирившись с Витовтом на Угре, активно используя небольшую .(около 2000 сабель), но важную военную силу временного союзника Москвы Джеллаль-Еддина, Василий I своей ставкой на агентов влияния нарушает планы Ордена и по отношению к Пскову.
В тот самый момент, когда из московских земель выехал мятежный сын Тохтамыша, в конце 1408 года Орден вынужден свернуть свои военные действия на псковской земле. А летом 1409 года на съезде в Кирьемпе был заключен мир между Псковом, великим магистром и дерптским епископом. Купцам с обеих сторон был гарантирован «чистый путь» и свобода торговли. Никакие земельные притязания Ордена по Салинскому договору не были удовлетворены. Псковская земля выстояла и осталась свободной.
Еще через несколько месяцев Псков заключает мир и с Витовтом.
Таким образом, во многом благодаря усилиям Василия I, в течение нескольких лет удается не просто остановить агрессию Литвы и Ордена против Новгородских и Псковских земель, но и разрушить антимосквоский военный западный блок, созданный знаменитым Салинским договором. Метод точечной прокси-дипломатии и активизации агентов влияния дал свои плоды. В преддверии великой Грюнвальдской битвы Литва и значительная часть Орды будут на стороне Москвы.
Историк Константин Кусмауль специально для проекта @wargonzoya