Брутто, нетто, покупательная способность, стоимость жизни. Четыре фильтра.
В Лиссабоне средняя зарплата — около 1 200 евро нетто. Средняя аренда однокомнатной квартиры в центре — около 1 400 евро.
Лиссабон — не беднейший город Европы. Это столица страны ЕС с работающей экономикой, туристами, кафе и приличными дорогами. Но там средняя зарплата не покрывает среднюю аренду. Люди либо живут далеко от центра, либо снимают вместе с кем-то, либо получают деньги из других источников. Это не частная история конкретных людей — это математика рынка, который не успел сбалансироваться.
Теперь представьте, что вам говорят: «У нас в Лиссабоне хорошая зарплата — 5 000 евро». Это уже совсем другой разговор. Но даже он не означает того, что кажется — потому что число без контекста не значит ничего.
Любая зарплата — это не число. Это число в контексте четырёх фильтров. И без каждого из них цифра ничего не говорит о реальной жизни.
Фильтр первый: деньги, которые уже не ваши
Возьмём одну брутто-зарплату — 5 000 евро — и пропустим через разные страны.
В Нидерландах вы получите на руки около 3 200 евро. В Германии — около 3 050. Разница небольшая. Но возьмите Бельгию: при той же брутто-сумме нетто составит около 2 800. Эффективная налоговая ставка для среднего дохода там — около 42%. Одна из самых высоких в Европе — незаметно для тех, кто смотрит только на брутто.
Теперь Швейцария. Те же 5 000 брутто — и на руках около 4 100 евро. Потому что Швейцария не член ЕС, социальные взносы устроены иначе, налоговая нагрузка существенно ниже.
А ещё есть семейное положение. В Германии одинокий работник с 5 000 брутто и женатый с тем же брутто платят принципиально разные налоги. Разница нетто на руки достигает 400–500 евро в месяц. Один и тот же трудовой договор — две разные жизни в конце месяца.
Брутто — это маркетинговое число. Нетто — это то, с чем идут в магазин.
Фильтр второй: самый дорогой город Европы — финансово комфортнее «доступного»
Цюрих — дороже всех. Кофе в кафе — €5–6. Ужин в ресторане — €40–50 на человека. Аренда однокомнатной квартиры в центре — около €2 500 в месяц. Всё это правда.
И при этом цюрихец с местной средней зарплатой живёт финансово комфортнее, чем лиссабонец с лиссабонской средней зарплатой. Потому что зарплаты в Цюрихе росли вместе с ценами. В Лиссабоне — нет. Вот и вся разница.
Есть показатель: rent-to-salary ratio — какой процент нетто-зарплаты уходит на аренду однокомнатной квартиры в центре города. По данным 2025 года:
Женева: 29%. После аренды на жизнь остаётся больше €5 000.
Амстердам: 49%. Почти половина зарплаты — жильё.
Лондон: 75%. Три четверти зарплаты — квартира. На всё остальное — четверть.
Лиссабон: 116%. Средняя зарплата меньше средней аренды.
Когда в 2024-м в Лиссабоне прошли крупнейшие за десятилетие протесты против стоимости жизни — это была не политика. Это было уравнение, в котором не сходились две строчки.
Дорогой город и недоступный город — не одно и то же. Цюрих дорогой. Лиссабон — недоступный. Разница в том, соответствуют ли зарплаты ценам.
Фильтр третий: евро в Лиссабоне и евро в Амстердаме — не одинаковые деньги
Покупательная способность — это не про курсы валют. Это сколько стоит одно и то же в двух разных местах.
По данным Numbeo на 2025 год: чтобы жить в Амстердаме так же, как в Лиссабоне на €4 600 в месяц, нужно €7 110. Продукты в Амстердаме дороже лиссабонских на 46%.
Но есть обратная сторона, которую считают реже. Годовой проездной на общественный транспорт в Лиссабоне — около €240. В Амстердаме один месяц — около €100, в год — €1 200. Только на транспорте разница €960 в год. Это деньги, которые существуют в лиссабонском кошельке и отсутствуют в амстердамском.
Из этого вырастает парадокс, который мало кто считает вслух: человек с €3 000 нетто в Лиссабоне и человек с €3 200 нетто в Амстердаме живут примерно одинаково — потому что продукты, транспорт и досуг в Лиссабоне дешевле. Разница в зарплате почти не ощущается в реальном качестве жизни.
Евро в Лиссабоне и евро в Амстердаме — одинаковые цифры. За ними стоит разное количество еды, поездок и кофе.
Фильтр четвёртый: что государство платит вместо вас
Есть то, что не видно в цифре зарплаты — но ощущается каждый раз, когда идёшь к врачу, везёшь ребёнка в детский сад или теряешь работу.
В Германии медицинская страховка входит в социальные взносы, уже вычтенные из нетто. Поход к врачу — бесплатно. В Португалии государственная медицина формально бесплатна — но очереди длинные, и частная практика среди работающих людей распространена широко. Это скрытый ежемесячный расход, не видный в зарплатной строчке.
Детский сад в Германии субсидированный — в ряде земель почти бесплатный в зависимости от дохода. В Швейцарии детский сад может стоить €2 000–3 000 в месяц без значительной компенсации. При зарплате €4 100 нетто — это почти половина дохода уходит только на ребёнка.
Пособие по безработице в Нидерландах — до 75% от последней зарплаты на первые два месяца. В Германии — 60–67%, но выплачивается до двух лет. В Португалии — 65%, но база расчёта другая, и реальные суммы ниже.
Реальная зарплата — это нетто плюс то, что государство оплачивает вместо вас. В разных странах эта невидимая часть отличается на сотни евро в месяц. Её не видно в объявлении о вакансии. Она не звучит в разговорах за столом. Но именно она часто определяет, хватает ли денег в конце месяца.
Один правильный вопрос вместо числа
Когда кто-то говорит «у них 5 000 евро» — это брутто или нетто? В каком городе? Есть ли дети? Снимает или живёт в своём жилье? Что входит в медицинскую страховку?
Без этих ответов число ничего не говорит.
Самый богатый человек в комнате — не тот, у кого больше нулей в трудовом договоре. Тот, у кого после всего обязательного остаётся больше — и этот остаток покупает больше там, где он его тратит.
Четыре фильтра. Одно число без них — просто шум.
— — —
На канале — о деньгах, системах и экономике разных стран. Через цифры, которые что-то значат. Подписывайтесь.
