Это была не измена, не скандал и даже не разбитая чашка. Это была суббота, он играл в танки, а я смотрела на его затылок и вдруг поняла: еще 20 лет этого затылка — и я рассыплюсь пеплом прямо на ламинат. Я налила чай, села напротив и спросила: «Дорогой, а какой у нас семейный бюджет?» Он, не отрываясь: «Общий, мы же семья». Я: «Тогда почему я прошу у тебя на тампоны, как в аптеке у строгого фармацевта?» Он вздохнул, как вздыхают над капризными детьми. И тут меня накрыло. Пока он играл, сняла с карты всё, до копейки. Нашла в ящике конверт «на черный день» — день настал, сорри. Даже мелочь из бардачка забрала, даже купон на скидку в «Ленте». Уходя, оставила записку: «Мы же семья, вот я и взяла общее. Пока». Сняла квартиру. Первый вечер сидела на полу, ела роллы прямо из коробки и плакала. Не от жалости — от облегчения. Деньги, оказывается, пахнут. Не потом и не унижением. Свободой. Он звонил 43 раза. Писал, что я ненормальная, что мы могли бы пойти к психологу, что он меня прощает. А я н