Автор: Светлана ВЕПРИКОВА
Два главных юбилея года – 70-летие Обнинска и 80-летие Физико-энергетического института – практически совпадают по времени. И совершенно точно совпадают по смыслу: родившись из небольшой лаборатории «В», Обнинск стал атомной столицей страны благодаря своим особенным жителям, которые каждый свой день измеряют формулой «жизнь = творчество». Этим духом творчества ФЭИ заразил город. Институт и сегодня остается местом его силы, где люди «атомной» энергии делают науку и жизнь. О них — наш проект «Атомный человек»
На сцене Молодежного театра Обнинска идет спектакль по Артуру Миллеру «Все мои сыновья». Это пьеса-исповедь о человеческих взаимоотношениях и попытках найти истину внутри себя. Кто-то после представления выходит в раздумьях, кто-то в смятении. Только равнодушных нет. Одну из главных ролей в пьесе играет Александр Стефани. Он по профессии не актер. И даже не гуманитарий. Работает инженером-исследователем в лаборатории ГНЦ РФ-ФЭИ.
Итальянские корни
Александр родился и вырос в Обнинске. Хотя все могло сложиться иначе. Его дедушка Диомид Владимирович Стефани жил в солнечном Сочи в семье врача. Рассказывал, что когда-то, до революции, в те края перебрался итальянский купец Базилий Стефани. От него и идут корни рода Стефани.
А в 70-е годы Диомида Владимировича, перспективного молодого врача, приглашают на работу в ИМР. Что тогда из себя представлял Обнинск? Закрытый город ученых, где «чужие» не могли появиться априори, особая атмосфера, научная тусовка. Диомид гармонично вписался в радиологический центр, стал автором нескольких патентов и изобретений. Но при этом не мог жить лишь исследованиями: доктор Стефани появился на сцене театра знаменитого режиссера Веры Бесковой.
Сегодня его внук Александр — тоже изобретатель и тоже артист. Гены? Молодой ученый лишь улыбается в ответ.
От потенциального слесаря до реального инженера
Принято считать, что путь ученого обычно складывается так: хороший вуз — хороший наставник — хороший старт в НИИ. На Александре Стефани привычная схема дала небольшой сбой. После 9-го класса Саша пошел в политехникум, чтобы стать слесарем АСУ. Как сам признается, хотел быстрей начать зарабатывать. Мама была не согласна и своих позиций не сдавала, уговаривала сына поступать в ИАТЭ. И уговорила. Саша выбрал кафедру КИП и диагностики ядерных установок.
Приходит в вуз, смотрит списки. На первую специальность — только парни. А вот в группе технической диагностики — и девчонки есть. Выбор сделан: «В техникуме я был исключительно в мужском коллективе. С девушками интереснее».
Переломным моментом в своей учебе Стефани называет встречу с доктором технических наук, старшим научным сотрудником ФЭИ, который занимался диагностикой ядерных энергетических установок, Борисом Викторовичем Кебадзе. Тот предложил выпускникам пройти преддипломную практику в институте. И так случилось, что счастливый билет достался Стефани.
«Борис Викторович — великолепный наставник. Очень деликатный. Настоящий джентльмен, он умел слушать и слышать. Если у кого-то случалась осечка, направлял по нужному пути, — вспоминает Александр Стефани. — А еще он был прекрасным лектором. О сложном умел говорить просто. Это качество ценил и у других. Прививал его своим ученикам».
И вот уже 14 лет Александр работает в ФЭИ в лаборатории № 99. Сейчас он инженер-исследователь I категории. Скоро собирается повысить квалификацию.
Что нравится в работе ФЭИ? Главное — возможность творить. «Представьте, вы получаете задание испечь некий пирог с определенным цветом корочки, ароматом. Но вот списка продуктов никто не дает. Зато требуют просчитать массу параметров. Например, через какое время после того, как ваш пирог полежит на солнце, он потемнеет? Или сколько он сможет продержаться под дождем и остаться вкусным? Разве все эти расчеты не творчество?» — хитро улыбается Александр.
А еще он говорит, что ему невероятно повезло с коллективом лаборатории. И в первую очередь называет другого своего наставника — кандидата технических наук, старшего научного сотрудника Владимира Петровича Корнилова. У того даже прозвище есть — Золотая голова. Что поражает молодых коллег, так это способность ученого найти решение задачи в максимально короткие сроки. «У него библиотека в мозгу, — шутят физики лаборатории и добавляют уже серьезно. — Владимир Петрович никогда не ставит себя на пьедестал. Напротив, всегда встает на одну ступеньку с нами. И дело спорится».
Вообще лаборатория, где трудится Стефани, объединила разных и необычных молодых людей — всем немного за тридцать. Руководитель лаборатории Александр Фомин, почти ровесник Стефани, задает тон всей работе. Другие сотрудники — например, отец пятерых детей Дмитрий Ходарев или в прошлом ювелир Константин Балаян — умеют найти нестандартные решения.
Спираль истории
Нельзя быть творческим человеком с восьми до пяти, а потом «выключиться» — прийти домой и завалиться на диван, чтобы смотреть сериал или листать ленту в телефоне. Так не бывает.
В ФЭИ с самого его начала ученые не только торили путь в неизведанное. Они ходили на лыжах, сплавлялись на байдарках, летними вечерами организовывали дискуссионный клуб на берегу Протвы, устраивали капустники, играли в спектаклях.
Художественный совет институтской самодеятельности долгие годы возглавлял легендарный Владимир Глазанов. Он был не просто заместителем директора ФЭИ, но основателем и первым директором филиала МИФИ. Жизнь проехала по судьбе этого человека жестким колесом репрессий. Оболганного бывшим коллегой, его в 30-е годы осудили на восемь лет лагерей — сначала на Соловках, потом в Норильске. Едва прибыв в Норильск, Глазанов возмутился: создано целое энергохозяйство, а энерголаборатории нет, без нее же нельзя. Начальство — удивительное дело — с ним согласилось. Лаборатория была создана. А еще Владимир Николаевич там, в заполярном лагере, изобрел новый способ заземления. Не сгибался человек под катком обстоятельств! Когда его прислали в Лабораторию «В», он поначалу был человеком без паспорта, но его это не смущало. В принципе, тогда весь объект находился за колючей проволокой. И гиперсекретность не мешала Глазанову быть открытым человеком — вести литературный кружок, читать стихи со сцены.
А примой обнинской сцены тогда была Тамара Беланова, кандидат физико-математических наук. Пением она увлекалась с довоенных лет, училась в Ленинградской консерватории, в войну выступала перед ранеными. Когда приехала в Лабораторию «В», здесь уже был драмкружок, который вполне тянул на звание самостоятельного театра. Над ним даже взял шефство столичный театр имени Вахтангова. Его молодые актеры сюда часто наведывались, чтобы дать мастер-класс. Наши физики перед звездами не робели: однажды разобрали игру самой Юлии Борисовой! Та, кстати, не обиделась…
Позже из этого драмкружка вырастет театр Веры Бесковой. В нем, напомним, играл дедушка нашего героя. История часто идет по спирали.
Как физика так легко соединяется с лирикой? Это секрет химии атомного человека. Энергия требует творческого выхода и в лаборатории, и вне ее.
Эту формулу каждый день вновь доказывает молодой инженер Александр Стефани. После работы в лаборатории он спешит на репетицию в Молодежный театр Обнинска. Кстати, именно благодаря театру он встретил ту единственную — Ольгу, будущую жену. И сегодня она с ним тоже на сцене.
ДК ФЭИ. Владимир Глазанов — в центре
«Брат» Золушки
Когда Александр только поступил в ИАТЭ, приятель затащил его в Студенческий театр вуза под началом Юлии Носовой. Режиссер сразу приметила парня. Широкоплечий, спортивный, голубые глаза, да еще и на гитаре умеет играть. Александру доставались самые интересные роли. Особенно он вспоминает спектакль «Золушка» в трактовке французского драматурга Помра. Постановка далека от привычной детской сказки. И Носова добавила в нее «перчинки». В театре не хватало характерных актрис, и Юлия Владимировна решает, что у мачехи будут не дочери, а сыновья. Роль старшего как раз досталась Стефани. Он и танцевал на сцене, и рэп читал…
Именно на этот неординарный спектакль Александр пригласил свою будущую жену Ольгу, а совсем скоро супруги отметят 10-летие совместной жизни. «Судьба так распорядилась, что я оказался в ее власти», — с нежностью говорит о жене Александр. В семье растут двое детей — Анечка и Артемий. А родители — вместе на театральной сцене. Когда успевают?
«Конечно, занятость большая. Но ведь чем больше скорость, тем большее расстояние ты можешь проехать. В театре ты погружаешься в новый мир, напитываешься энергией, смотришь на привычные вещи с другой стороны. Это заряжает на работу».