Маленький школьный оркестр. СССР, 1968. Режиссеры Александр Муратов, Николай Рашеев. Сценаристы: Владимир Зуев, Александр Муратов, Николай Рашеев. Актеры: Галина Шабанова, Светлана Смехнова, Сергей Власов, Виктор Тоцкий, Владимир Ходзицкий, Владимир Чинаев и др. Фильм был снят для ТВ, однако по центральному телевидению в СССР так и не был показан. Его стали показывать на телеканалах только в XXI веке. Есть, правда, сведения, что во времена СССР эту картину можно было иногда видеть на местных, нестоличных каналах.
Премьера фильма «Маленький школьный оркестр» могла бы состояться на одном из центральных телеканалов, однако фильм был запрещен «вышестоящими инстанциями». Основной причиной запрета было обвинение авторов в «излишней» вольности.
В итоге «Маленький школьный оркестр» пролежал на полке рекордные 42 года: только благодаря настойчивым поискам киноведа Евгения Марголита, отыскавшего запрещенную ленту в телевизионных архивах, картина была впервые показана российским зрителям в 2010 году.
Если сконцентрироваться на советских фильмах молодежно-школьной тематики того времени, то, прежде всего, стоит упомянуть «Мне 20 лет» (1961-1965) М. Хуциева и Г. Шпаликова, «Я шагаю по Москве» (1965) Г. Данелия и Г. Шпаликова, «Личную жизнь Кузяева Валентина» (1967) И. Авербаха и И. Масленникова, «Не самый удачный день» (1967) Ю. Егорова, «Доживем до понедельника» (1968) С. Ростоцкого, «Мужской разговор» (1968) И. Шатрова, «Три дня Виктора Чернышева» (1968) М. Осепьяна и др. Некоторые из этих фильмов отличались значительной по тем временам социальной остротой (например, «Мне 20 лет», «Три дня Виктора Чернышева»), однако все-таки, пусть и с купюрами, вышли на широкий экран.
Но в том-то и дело, что упомянутые выше советские фильмы (более или менее) вписывались в привычный социокультурный контекст «социализма с человеческим лицом», в то время как «Маленький школьный оркестр» (1968) Александра Муратова и Николая Рашеева дышал воздухом свободы, импровизационной джазовой легкости, акварельности сюжетного и визуального ряда.
Главной особенностью фильма (видимо, сразу насторожившей цензоров) стала его отстраненность от политических (школьно-комсомольских) и национальных контекстов.
По сути, персонажи живут не в СССР, а в неком «среднеевропейском» городе, где по аллеям парка экстравагантные дамы выгуливают породистых собак, а школьный оркестр на выпускном балу играет джаз. И где один из главных шестнадцатилетних героев влюбляется в тридцатилетнюю красавицу-соседку…
В этом мире вопреки стандартам «советского общества» доминируют мотивы джазовой импровизации, любви, атмосферы свободного полета и восхищения культурным/религиозным наследием далекого прошлого (эпизод с экскурсией по Софийскому собору, которую проводит одна из главных героинь фильма). Главные герои молоды – им от 16 до 30 лет, они красивы, обаятельны, музыкальны, интеллигентны. В «Маленьком школьном оркестре» нет ни идеологической трескотни, ни комсомольских собраний, ни назидательных речей учителей.
Авторы задумывали и создавали свой фильм на излете эпохи так называемой «оттепели», когда многим всё ещё казалось, что возможен улучшенный вариант «социализма с человеческим лицом».
Однако, в отличие от большинства отечественных фильмов о школе и молодежи эпохи 1960-х, «Маленький школьный оркестр» решен в импровизационном ключе. Здесь нет акцентированной социальности, погружения в бытовые подробности, политически / идеологически аранжированных разговоров и прочих атрибутов советского «оттепельного» кино…
Персонажи «Маленького школьного оркестра» представлены вопреки стереотипам советских фильмов на «школьно-молодежную» тему 1960-х: они не размышляют на тему революционного наследия («Мне 20 лет»), не погружены в социальные («Три дня Виктора Чернышева») и/или семейные («Мужской разговор») проблемы. Образы персонажей обрисованы эскизно, но это не мешает им вызывать зрительскую симпатию.
«Маленький школьный оркестр» точно отразил «музыкальные тенденции» конца 1960-х: персонажи фильма живут музыкой, их жизнь словно растворена в джазовых ритмах замечательной музыки Микаэла Таривердиева. Разговоры, хоть как-то имеющие отношение к социальному контексту, сведены к минимуму. Главное в фильме – музыка и любовь, импровизация и свобода.
Именно во второй половине 1960-х в СССР начинается эра «магнитофонной» музыки, когда широкие массы населения впервые получили «подпольно» возможность записывать и слушать западную рок, бит, джаз музыку, практически исключенную из официальных советских медиа (радио, телевидение, грамзапись). Под влиянием сверхпопулярных в ту пору западных групп «Битлз», «Роллинг стоунз» и др. в СССР второй половины 1960-х как грибы после дождя множились так называемые вокально-инструментальные ансамбли (профессиональные и самодеятельные), второе рождение переживали и джазовые коллективы.
«Маленький школьный оркестр» все это отражает очень точно – главные герои – выпускники 10-го класса – увлеченно играют джаз, во многом определяющий их отношения, ценности, поведение. Музыка может быть и объяснением в любви, и сиюминутным переживанием и символом свободы…
В «Маленьком школьном оркестре» вопреки сложившимся традициям советского кинематографа 1960-х, главные герои – выпускники десятого класса – показаны практически вне реалий «социалистического образа жизни», а среди персонажей нет учителей и родителей. При этом доминирует не словесный ряд (первое слово в фильме произносится только на девятой минуте его действия), а изображение и музыка. Яркий пример – сцена, когда главная героиня фильма проводит экскурсию в соборе: мы не слышим ее слов, мы видим только ее вдохновенные жесты и мимику, аранжированные музыкальным рядом. Что касается эпизода велогонки, то он, вообще снят как джазовая импровизация – со стоп-кадрами, абстрактными линиями огней и опять-таки под музыкальные переливы джазовой музыки, которая, звучит в «Маленьком школьном оркестре» практически постоянно…
Если так можно выразиться, «культурный код» юных персонажей «Маленького школьного оркестра» – увлеченность джазовой музыкой, влюбленность, внутренняя свобода, отстраненность от «советского образа жизни».
Отечественный кинематограф 1960-х испытывал ощутимые влияния ведущих мировых кинематографических течений тех лет – «синема-веритэ», французской и чешской «новых волн». При этом это были влияния не только стилистические, визуальные, но и сюжетные, тематические, конечно же, адаптированные к условиям требований советской цензуры. В этом отношении показателен фильм Г. Данелия и Г. Шпаликова «Я шагаю по Москве» (1965), где так называемый «поток жизни», лишенный всякого идеологического пафоса, был филигранно разыгран авторами на стыке драматического и комедийного жанров…
«Маленький школьный оркестр» снимался в политически «горячем» 1968 году, однако, в фильме нет никакого отражения политических событий тех лет. Зато очевидно влияние стилистики «синема-веритэ», французской и чешской «новых волн» 1960-х.
В 1960-х на Западе вышел целый ряд авангардных по содержанию и киноязыку фильмов на молодежную тему. Из самых заметных лент чешской «новой волны» можно вспомнить «Конкурс» (1963), «Черный Петр» (1964) и «Любовные похождения блондинки» (1965) М. Формана. Из «новой волны» французской – «400 ударов» (1959), новеллу в фильме «Любовь в 20 лет» (1962) и «Украденные поцелуи» (1968) Ф. Трюффо. Из шедевров польского авторского кино – «Невинные чародеи» (1960) А. Вайды, «Нож в воде» (1961) Р. Поланского, «Рысопис» (1964) и «Вальковер» (1965) Е. Сколимовского.
Однако, смею предположить, что ключевое влияние на изобразительный ряд «Маленького школьного оркестра» оказал знаменитый фильм Алена Роб-Грийе и Алена Рене «Прошлым летом в Мариенбаде» (1961, Золотой Лев Св. Марка на Венецианском фестивале): к примеру, в одном из начальных эпизодов «Маленького школьного оркестра» мы видим геометрически выстроенные фигуры, размещенные в пространстве интерьера, а затем – с верхнего ракурса снятую живописную городскую аллею, по которой идут навстречу друг другу элегантные дамы с собачками, одна из которых несет в зубах зонтик своей хозяйки. Геометрия расположения фигур на ландшафте, опять-таки выверена и продумана до мелочей. Люди, сидящие на скамейках аллеи, как бы застыли в стоп-кадре. Звучит джазовая импровизация… Так авторы смело вводят аудиторию в образный мир своего фильма…
Киновед Александр Федоров
Маленькая Вера. СССР, 1988. Режиссёр Василий Пичул. Сценарист Мария Хмелик. Актёры: Наталья Негода, Андрей Соколов, Юрий Назаров, Людмила Зайцева, Александр Негреба и др. 54,9 млн. зрителей за первый год демонстрации.
«Маленькая Вера» стала сенсацией задолго до выхода на широкий экран. Возникали и множились самые невероятные слухи. Время от времени поговаривали, что дебютная картина молодых супругов — сценаристки Марии Хмелик и режиссера Василия Пичула — открыла счет новой «полке». Но вот все подлинные и мнимые барьеры позади, фильм вышел на экраны и уже успел получить две награды на престижных фестивалях в Монреале и Венеции...
Уже которую неделю в Москве и Самаре, Питере и Сочи стабильные кассовые аншлаги убеждают, что сенсация не оказалась мнимой.
В чем причина успеха?
Корреспондент столичной «Недели» Вадим Верник позволил себе предположить, что многие «рядовые» зрители, еще толком не зная, о чем эта картина, рвутся на нее, чтобы увидеть на экране... эро*ику. Из-за одной-единственной сцены, снятой с небывалой ранее откровенностью, пошел слух, что «Маленькая Вера» — «первый отечественный по***фильм». На что режиссер картины немедленно парировал: «Поначалу у меня даже появилось желание снять настоящий по***фильм, чтобы доказать: «Маленькая Вера» никакого отношения к по***графии не имеет!».
Согласившись, что между по***графией и эро*икой дистанция, как утверждают классики, огромного размера, не стану продолжать дискуссию по данной проблеме, отослав желающих к трем номерам журнала «Смена» за 1988 год (статья «На белой простыне экрана») и постоянной рубрике Владимира Борева, которую он из номера в номер ведет в журнале «Культурно-просветительная работа». Замечу лишь одно: если бы дело было только в одной, в самом деле, чрезвычайно смелой для нашего экрана эро*ической сцене, зрительский успех фильма вряд ли был бы столь внушительным. Ведь на «Фанни и Александр» Ингмара Бергмана или на «Полковника Редля» Иштвана Сабо даже в Москве не собирались гигантские очереди у касс. А ведь в этих сложных философских произведениях есть весьма, откровенные эро*ические эпизоды.
Так что не в них дело. Здесь иное. Успех «Маленькой Вере» обеспечила небывалая прежде откровенность в показе обычной, «среднестатистической» рабочей семьи и типичной судьбы молодой женщины провинциального города (или, если брать столичные города, — «девчонки с окраины»).
В картинах недавнего прошлого («Семья Ивановых», «Баламут», «Это сильнее меня», «День свадьбы придется уточнить» и т.п.), так или иначе затрагивающих проблемы жизни рядовых советских людей, на экране возникали почтенные отцы семейств, свято хранящие традиции пролетарской сознательности, домовитые, отглаженные и приветливые хозяйки, благородные, веселые парни и девушки, совмещающие работу с вечерней учебой в институте. Конфликты возникали сплошь пустяковые, легко разрешимые, часто вовсе комедийные. Словом, тишь да гладь...
Только за стеной кинозала все было иначе: глава семьи, вернувшись с ночной смены и хорошенько выспавшись из двух видов досуга – телевизора и бутылки – привычно выбирал последнюю…
Хозяйке, вдоволь набегавшейся после работы, по магазинам с пустыми прилавками и огромными очередями, было уже не до лучезарной улыбки. Предоставленные самим себе сыновья «балдели» на стадионах, в подворотнях и на дискотеках. А дочери...
Об одной из этих дочерей и рассказывает фильм М. Хмелик и В. Пичула. Молодая актриса Наталья Негода хорошо чувствует характер своей столь непривычной для отечественного кино героини: Вера не блещет интеллектом, притерпелась к бесконечным пьянкам отца и нравоучениям матери. Ее мир — танцплощадка, вокруг которой прогуливаются милиционеры с овчарками, убогие заведения со скудным меню, «загранично» называемые барами, полупьяные откровения в компании крикливо одетой безвкусно накрашенной подружки, готовой повеситься на шею любому смазливому парню…
У маленькой Веры все маленькое — и рост, и надежды, и недолгое любовное счастье. Пользуясь преимуществами избранного режиссером жанра натуралистической драмы, Наталья Негода ведет любовную линию своей героини, если так можно выразиться, «анти-платонически» (в картине даже в диалоге обыгрывается это не слишком знакомое Вере слово).
Фильм поставлен в духе так называемого «прямого кино», с почти протокольной точностью воспроизводящем убогий быт так называемой «средней советской рабочей семьи» Разумеется, авторы здесь не совершили открытия. Особенно, если брать в расчет поставленные в похожем жестком, натуралистическом ключе фильмы венгров Пала Эрдоша («Принцесса») и Пала Габора («Поездки с Якобом»), поляков Кшиштофа Занусси («Константа») и Кшиштофа Кеслевского («Случай»).
Но в нашем кинематографе «Маленькая Вера», бесспорно, резко выделяется среди картин на современную, в том числе молодежную тему. Даже на фоне таких удачных работ, как «Пацаны» Д. Асановой, «Игры для детей школьного возраста» А. Ихо и Л. Лайус, «Непрофессионалы» С. Бодрова, «Легко ли быть молодым?» Ю. Подниекса.
После выхода на экраны «Маленькой Веры», пожалуй, трудно будет надеяться на успех авторам упрощенных до назойливой назидательности лент типа «Забав молодых» или «Ночного экипажа»...
Впрочем, все выше сказанное не означает, что дебют молодых кинематографистов без пяти минут шедевр. Не все линии картины одинаково убедительны. К примеру, вызывает удивление театральное комикование Александра Ленькова, играющего роль соблазненного Вериной подругой «папика» (термин взят мною из сленга «Ассы» С.Соловьева «Асса»).
Киновед Александр Федоров
Маленькие человечки большевистского переулка, или Хочу пива. Россия, 1993. Режиссер Андрей Малюков. Сценарист Юлия Дамскер. Актеры: Николай Шатохин, Наталья Варлей, Елена Кучеренко, Сергей Маковецкий, Екатерина Кмит и др.
Фантастическая комедия Андрея Малюкова «Маленькие человечки Большевистского переулка, или Хочу пива» по сути основана на мотивах известных русских сказок о Емеле, который целыми днями валялся на печи, мечтая бог знает о чем; о гномах-домовых и о прекрасных царевнах...
Правда, антураж по большей части на экране отнюдь не сказочный: коммунальная квартира где-то в центре Москвы, безработный муж, жена-кормилица, корреспонденты, берущие интервью для немецкого телевидения, мусорные баки, пьяные личности у пивного ларька...
Речь идет о так называемой «русской душе», о неистребимом оптимизме национального характера и т.д. Фильм временами забавный, временами скучноватый, не выходящий, по-моему, за пределы ординарной кинопродукции 1990-х, но и не выпадающий из нее, подобно булыжнику, летящему в пропасть...
Киновед Александр Федоров
Маленький гигант большого с_е_к_с_а. Россия, 1992. Режиссер Николай Досталь. Сценаристы: Александр Бородянский, Николай Досталь (по мотивам повести Фазиля Искандера «О, Марат»). Актеры: Геннадий Хазанов, Ирина Розанова, Ирина Сабанова, Елена Зорина, Ирэна Дубровская, Татьяна Васильева, Татьяна Чепикова, Галина Кулагина, Екатерина Кузнецова, Зоя Буряк, Владимир Кашпур, Пётр Щербаков и др. 8,0 млн. зрителей.
Можно ли экранизировать Искандера? «Что за вопрос!» — скажет читатель. И назовет немало названий фильмов, в основе которых лежит его талантливая проза. Вот и Николай Досталь, заручившись солидной поддержкой исполнителя главной роли Геннадия Хазанова, решился экранизировать рассказ Ф. Искандера «О, Марат!».
Что из этого вышло? По-моему, вполне смотрибельное кино. «Маленький гигант большого с__е__к__с__а», местами даже смешное рассказа. Невероятные любовные похождения приморского фотографа по неведению закрутившего роман с... "подружкой" самого Берия, ставшего по сей причине им**тентом, открывшего потом подпольный салон эро*ического фото и попавшего в роскошный особняк с пятью лес*****ками, поданы на экране изобретательно, нескучно, профессионально.
Однако, как и в случае с предыдущими экранизациями Ф.Искандера, из картины, на мой взгляд, ушел подтекст. Многие чисто литературные приемы, получив экранное воплощение, потеряли свое изначальное обаяние...
Киновед Александр Федоров