Всеволод Л.
На нашем канале в ТГ ТыжИсторик недавно была заметка про вашего мальчика мальчика жившего в Российской империи, которому сделали прививку от оспы. Решил рассказать немного подробнее об этом случае.
Оспа, одно это слово вызывало дрожь, смертельный страх у европейских обывателей в средние века. Историки подсчитали, что до начала массовой вакцинации от неё умирало от 3 до 10 процентов. Где-то больше, где-то меньше. И что характерно, эта эпидемия никого не щадила, от нее не было спасу ни нищим, ни особам с «голубой кровью». Даже венценосных особ оспа не щадила. Например, в 1694 году от нее умерла королева Англии и Шотландии Мария II, соправительница и супруга герцога Вильгельма III Оранского. Позже она заглянула и в другие королевские и императорские семьи. В России тоже отметилась, император Петр II умер в январе 1730 года, в возрасте всего 15 лет, из которых всего три года правил страной. Будущему императору Петру III повезло больше, только вот на парадных портретах художники старательно избегали рисовать оспины на его лице.
Пока в Европе пытались бороться с этой напастью, считалось, что это кара Божия, так что способы лечения были забористыми, мягко говоря. В основном, надо было покаяться. А вот в Африке, а позже на Востоке уже нашли способ лечения. У заболевшего человека брали кусочки кожи и привязывали на руку здоровому. Да, иногда был летальный исход, но все же чаще выздоравливали, получая необходимый иммунитет. На этот обычай в 1717 – 1718 годах обратила внимание Мэри Монтегю, жена английского посла в Стамбуле. Там она сделала прививку себе и шестилетнему сыну. Когда вернулась в Лондон, стала рассказывать об этом нетривиальном способе лечения в высшем свете.
В эпоху Просвещения началась борьба с суевериями. На это отреагировали «инженеры человеческих душ». Например, Бомарше в «Севильском цирюльнике» от лица доктора Бартоло критиковал современные течения мысли:
«Прошу простить мою дерзость, но что он нам дал такого, за что бы мы его могли восхвалять? Всякого рода глупости: вольномыслие, всемирное тяготение, электричество, веротерпимость, оспопрививание, хину, энциклопедию и мещанские драмы…».
Российская императрица Екатерина II не могла не обратить внимания на новый способ лечения. Тем более в России вспышки оспы тоже не были редкостью, несмотря на все принимаемые меры. Ага, границу тоже пытались закрыть.
В 1768 году она написала Вольтеру, что весьма признательна ему, и долго думала, как выразить это.
«Наконец я придумала, что самое лучшее будет дать самой собою пример, который мог бы сделаться полезным людям. Я вспомнила, что, по счастью, у меня не было оспы. Я написала с Англию, чтобы достать оттуда оспопрививателя».
Впрочем, не будем прельщаться, у Екатерины были и более прозаические цели. Она не забывала о том, как выглядел ее свергнутый муж Петр III. Явно она не хотела таких же отметин на личике. А еще она узнала, что Мария Терезия, австрийская императрица, подхватила эту заразу. Но первой на себе испытывать как-то страшно, а вдруг что-то пойдет не так. Тем более что полной гарантии никто не давал.
В Петербург приехал английский врач Томас Димсдейл. Отзывы были хвалебными, из шести тысяч привитых никто не умер. Сейчас ходит легенда, что доктор сразу же вакцинировал императрицу. Но это было не так. Сначала отработали на воспитанниках Морского кадетского корпуса. Затем в мае и июне 1768 года были привиты дети из Общества благородных девиц и училища при Императорской академии художеств. Не все пережили этот эксперимент, но все равно результаты были весьма неплохими.
И вот наступило 12 октября 1768 года, когда прививку сделали Екатерине II. Все было обставлено как секретная операция. Сохранились воспоминания доктора Димсдейла. Вечером в дом, где жил врач и больные оспой, прибыл нарочный с приказанием тайно прибыть во дворец.
«Ребенок, которого я выбрал для этого как наиболее способного и на котором оспа начала уже показываться, в то время уже спал. Мой сын взял его на руки, закутал в шубу и снес в карету… Мы вошли во дворец потаенным входом, где барон Черкасов на встретил и провел к императрице. Привитие оспы совершилось скоро, после этого мой сын отправился с ребенком в Вольфовский дом и сообщил находящимся там лицам. Которые очень желали знать, где мы были, что мною привита была оспа в доме у одного вельможи».
На следующий день Екатерина уехала в Царское Село, где вела привычный образ жизни и только на пятый день объявила придворным о сделанной прививке. Вскоре был привит ее сын Павел Петрович. Впрочем, утверждают, что она все же болела, температурила, на коже появились пузырьки. Для врача держали карету, чтобы он в случае неудачной прививки смог бы уехать из России, в противном случае, его бы растерзали подданные.
Оспу взяли с руки простого крестьянского мальчика Александра Маркова. Его матушка была в ужасе, узнав, что уготовил иноземный доктор. Отец пытался ее успокоить, ободрял, ибо отказать царице было невозможно.
Это событие не только не только дало толчок всей российской оспопрививочной компании, но и самым кардинальным образом изменило жизнь мальчишки. 21 ноября Екатерина даровала ему дворянский титул и немного изменила фамилию, теперь он стал Марков-Оспенный. Новоиспеченный дворянин получил герб, на котором была изображена обнаженная рука со зрелой оспиной. Ему полагалось 3 тысячи рублей в год. А злые языки утверждали, что он внебрачный сын графа Орлова, потому такие и заслуги.
В честь этого события 21 ноября был установлен особый праздник и отчеканена медаль. Томас Димсдейл получил титул барона, большую пожизненную пенсию, много дорогих подарков. Казалось бы, теперь судьба Саши сложилась как нельзя более удачно. Екатерина говорила, что мальчик составляет «ее забаву», периодически приглашала во дворец.
«От роду не видывали повесы, подобной Александр Данилова Оспина: резов до бешенства, умен и хитер не по летам, смел до неслыханной дерзости, никогда не короток ни в ответах, ни выдумках, ему же шестой год, и мал как клоп», - вспоминала императрица.
Она определила его в Пажеский корпус, откуда он вышел уже офицером. Однако, как проходила его служба, неизвестно. Не забыла императрица и о его родственниках. Два брата и сестра тоже были осыпаны царскими милостями.
В 1793 году Оспенный вышел в отставку в чине секунд-майора. Живя в Санкт-Петербурге, судя по всему промотал все деньги, даже стал распродавать имущество. В письмах к Екатерине он просил подыскать ему место на гражданской службе. Она приказала определить Маркова-Оспенного «к месту», но запросы Александра были малость завышены, он хотел ни много ни мало, а быть царицею морской директором Государственного банка. Государыня, естественно возмутилась и перестала отвечать на его письма. После 1796 года след Александра Даниловича теряется. Его потомки сейчас носят фамилию Оспины.
Надо сказать, это был не единичный случай. Такой пример заразителен. В 1801 году профессор медицины профессор Московского университета Ефрем Осипович Мухин привил коровью оспу сироте Антону Петрову. В награду малец получил от императора Александра I пожизненный пансион и новую фамилию – Вакцинов.
Естественно, всегда были, есть и будут противники вакцинаций, как их ещё называют - антиваксеры.
На хорошее настроение https://yoomoney.ru/to/410018926235150
Заглядывайте в наш телеграмм-канал у нас познавательно и веселыые комментаторы.t.me/...rik