Правдоподобный постапокалипсис. Читать бесплатно. Евгений Читинский.
Начало 1-ой книги ТУТ. Гл.1
Начало 2-ой книги ТУТ Гл.1
Предыдущая глава ТУТ. Гл.13
Глава четырнадцатая. Привет от Али-хана
Тургун и Улмас приехали после обеда, да не одни. С ними был Ахмет, неприятный тип. Увидев Амаль, сидящую на подушках в пижаме и белой футболке, на больничной кровати, он сделал вид, что очень опечален такой картиной и сочувственно проговорил:
— Бедная Амаль! Всё же тебя подстрелили, мне очень жаль, что так случилось, очень!
— Откуда ты знаешь, что меня подстрелили? Может, я упала и подвернула ногу? — Надежда стальным взглядом впилась в него.
Ахмет вздрогнул и в глубине души испугался, словно неожиданно увидел клубок змей в густой траве, в который не наступил только чудом.
— Так это всем известно! — протянул он.
Амаль резко обратила свой взор к Тургуну:
— «Третий», что тебе известно про то, как я оказалась в больнице? — теперь Амаль буравила холодным взглядом, словно мегера, своего подчинённого.
Тот немного непонимающе посмотрел на Ахмета, потом на Амаль, затем, словно ученик возле доски, произнес:
— Тахир мне позвонил примерно два часа назад и сказал, — здесь Тургун закрыл глаза и произнес по памяти: — Он сказал, что «на нас с командиром напали возле её квартиры. Мы отбились, но сильно наследили. Сейчас она находится в больнице, куда мы привозили арбузы». Вот что он сказал, слово в слово.
— Ну, и как ты думаешь, Тургун, откуда Ахмет знает, что меня подстрелили? — в руках Амаль неожиданным образом появился пистолет с глушителем.
Ахмет от неожиданности сделал шаг назад, но упёрся в стоящего за его спиной молодого чернявого и весьма кучерявого парня, который спросил:
— Командир, может, ему ласты загнуть на всякий случай? — и парень ловко заломил руку Ахмету. Тот скривился от боли и неожиданно рухнул на колени.
— Молодец, Четвёртый! Быстро соображаешь! Вы втроём приехали?
— Да.
— Третий! Объясни мне, что произошло, а то я, как видишь, некоторое время находилась вне игры.
— Тут, Амаль, такое дело, — Третий опять немного замялся, покосившись на Ахмета. — Он вроде как стал заместителем у Ашрафа!
— Кто такой Ашраф?
— Человек, который прибыл с Зафаром Странником. Помнишь, когда он приехал к нам на лесную базу, а мы в засаде сидели, так вот, Зафар Странник сказал всем нашим, что этот Ашраф его человек и остается у нас в качестве заместителя Али-хана, это мне потом Абдулла сказал, ну, водитель наш.
— Значит, к Али-хану Зафар Странник своего надсмотрщика приставил. Предусмотрительно. Ну, Ахмет, так откуда ты узнал, что меня подстрелили? Я никому об этом не говорила. Тахиру я тоже строго-настрого наказала, чтобы он по телефону прямым текстом не говорил лишнего. Вон и Тургун это подтвердил, так что откуда тебе известно, что меня подстрелили, ну, говори! — Амаль качнула дулом пистолета с глушителем, и Четвёртый еще сильней надавил на руку своего пленника. Видно было, что надавил от души.
Тут вмешался Тургун:
— Амаль, ты опять сейчас пристрелишь отступника в доме. Амаль, нам полы мыть не хочется и мозги со стен соскребать. Давай его лучше тихо удавим в машине. У нас и пакеты есть для упаковки трупов. Только не стреляй здесь! — сказал так убедительно, что Ахмет сразу же поверил, а как тут не поверишь, все говорят, что Амаль патологическая убийца. Ей человека убить, что муху прихлопнуть. Все в банде так про неё говорили. И он жалобным голосом поспешно запричитал:
— Амаль, ну чего ты так погорячилась, ну услышал я это от кого-то, уж не помню от кого!
— Помнишь! Тварь продажная! Уж не ты ли нас с Тахиром сдал, раз тебе известны подробности нашей встречи с блатными. И кстати, где Али-хан, что с ним? Ну, говори!
— Я, я вас не сдавал! Я не предатель. Я не мог вас сдать, я оставался на Лесной базе, и куда все поехали, мне никто не сказал! Я вообще никому не звонил. Мы играли в нарды в зале.
Тургун кивнул Амаль, дескать, тот правду говорит, что на базе был, и что никто не знал про конечную цель рейда Али-хана, и что при нём этот тип никуда не звонил.
— Хорошо, говори дальше! — Амаль слегка поиграла пистолетом так, что дуло с глушителем направлялось то прямо в лоб пленнику, то в живот, то куда ниже, с намерением отстрелить то, что мужчину делает мужчиной. От каждого такого прицеливания в «причинное место» Ахмет кривился, как от зубной боли, затем не выдержал и скороговоркой зачастил:
— Ашраф, как ты, наверное, помнишь, поехал вместе с Зафаром Странником, но не на его машине, а в КамАЗе, рядом с водителем и охранником. Уехали вы тогда сразу после обеда с лесной базы. Мы остались. Я остался за старшего. Всё было нормально, потом мне на телефон позвонил Али-хан.
— Когда позвонил? Говори подробно, не торопись! — Амаль подняла дуло пистолета вверх, что вызвало непроизвольный вздох облегчения Ахмета.
— Надя! — раздался из соседней комнаты голос Светки. — У тебя всё в порядке? — спросила подруга. Амаль слегка улыбнулась мысли, а чем бы раненая девушка смогла бы ей помочь, но вспомнила, как та яростно замахивалась костылём, и снова подумала, что да, при случае могла бы и помочь.
— Не, подруга, всё нормально, передавай «отбой тревоги»! — прокричала Амаль, будто и вправду невидимая Светка кому-то могла дать команду «Отбой тревоги».
— Поняла! — снова раздался голос Светки. Остальным оставалось лишь гадать, с кем держала связь эта загадочная подруга и кому она могла дать команду «отбой тревоги».
— Так вот, — еще более проникновенно заговорил Ахмет. — Твой муж позвонил под вечер, сказал, что на них напали неизвестные, сказал, что сработали профессионалы, что была засада, что они нас ждали. Где была засада, и кто именно напал, не уточнил. Сказал, что Зафара Странника ранили, что он с ним прячется в укромном месте, что теперь ему надо затаиться, и, пока Зафар не встанет на ноги, он будет с ним… Сказал, что временно, вместо него, ну, то есть, до его возвращения, главным будет Ашраф.
— Вот прямо так и сказал?
— Так и сказал.
— Откуда ты знаешь, что это Али-хан звонил?
— Ну, как же, звонили с его номера, да и голос его я знаю.
— «Третий», дай-ка его телефон, проверим звонки!
Тургун дал телефон пленника. Амаль внимательно его посмотрела, и, не выпуская пистолет, ловко набрала номер, напротив которого в контактах абонента было указано «Шеф».
Через несколько гудков набранный абонент ответил:
— Ахмет, что случилось? — спросил незнакомый голос.
Амаль быстро нажала отбой. Посмотрела на Ахмета:
— Так вот кто теперь твой босс?
— Амаль, Али-хан пропал. Где он, неизвестно, Ашрафа главным назначил сам Зафар Странник, да и Али-хан, когда мне позвонил, то же самое сказал, что мне оставалось делать?
— Может, Али-хана заставили это сказать? Откуда мы знаем? Где у тебя тут его номер телефона?
— Посмотри под именем Али!
— Уже не шеф, а просто Али?
— Амаль, позвони сама, пусть он тебе сам всё расскажет.
Надежда набрала номер Али. Раздались протяжные гудки. Долгое время никто не брал трубку, вдруг неожиданно раздался тот же голос, что и тогда, когда она набирала номер под обозначением «шеф».
Амаль решительно произнесла, с некоторой долей иронии:
— Привет, шеф!
— Это кто? — раздался в трубке явно опешивший голос.
— Я!
— Кто, я? Красавица, где Ахмет?
— Здесь. Где Али-хан?
На том конце невидимой нити связи образовалась пауза, «шеф» явно задумался, потом как-то неуверенно произнес:
— Амаль, ты, что ли? Ахмет за тобой же поехал? Где Ахмет, он живой?
— Ахмет, лопух, сотовый телефон оставил, вот я и решила позвонить.
— Что с Ахметом?
— Сейчас его позовут, он на кухне, за симпатичной медсестрой ухлестывает! Ты мне лучше скажи, что с Али-ханом?
— Амаль! С ним всё нормально, кстати, тебе привет от Али-хана!
— Я могу с ним поговорить?
— Приезжай на базу!
— Я не могу, у меня швы!
— Ах, да, я забыл, что тебя подстрелили, как твоё здоровье? Ахмет должен был мне доложить, серьезная ли у тебя рана!
— Откуда тебе известно, что в меня стреляли?
— Дорогая, у Али-хана в городе везде свои люди. Он знает, что с тобой случилось возле квартиры.
— Я не могу пока ехать, мне, видите ли, нездоровится.
— Понял. Что-нибудь придумаем.
— Я уже придумала. Я пока остаюсь здесь. «Третий» и «Четвёртый» тоже остаются со мной, будут обеспечивать мне охрану. И да, Ахметка тоже здесь останется, он очень вкусно готовит, да и не хочет он отсюда уезжать, ему медсестричка шибко понравилась!
— Это ты так решила?
— Почему у тебя телефон Али-хана? — в голосе Амаль раздались металлические нотки.
— Сейчас он тебе сам перезвонит. Подожди минут десять! — сказал Ашраф и выключил телефон.
Амаль кивнула головой Улмасу:
— Отпусти его!
«Четвёртый» нехотя выполнил приказ. Ахмет встал, растирая запястья рук.
— Это он мне и сказал, что тебя подстрелили. Откуда бы я знал! — пробубнил он обиженным голосом, явно стараясь не раздражать своих недавних мучителей.
— Ну, ты, не расслабляйся! — Амаль левой рукой достала из нагрудного кармана пижамы компактный диктофон. Нажала на кнопочку, и в комнате раздался слабый, но различимый дрожащий голос Ахмета: «Так вот, твой муж позвонил под вечер, сказал, что на них напали неизвестные, сказал, что сработали профессионалы, что была засада, что они нас ждали. Где была засада, и кто именно напал, не уточнил. Сказал, что Зафара Странника ранили, что он с ним прячется в укромном месте, что теперь ему надо затаиться, и, пока Зафар не встанет на ноги, он будет с ним… Сказал, что временно, вместо него, ну, то есть до его возвращения, главным будет Ашраф».
— Как видишь, я твои слова записала, на всякий случай! Имей в виду! И если ты врешь, то Али-хану это не понравится!
— Амаль, дорогая, я всю правду сказал!
В это время снова зазвонил телефон. Надежда осторожно взяла трубку:
— Аллё!
— Амаль! — раздался до боли знакомый голос мужа. — Амаль, здравствуй, дорогая!
— Али-хан, что случилось, ты где?
— Со мной всё в порядке. Просто, возможно, нас разыскивает сама знаешь кто… И еще кое-кто.
— Поняла! Мы увидимся?
— Увидимся, дорогая, я очень по тебе соскучился, очень. Я очень тебя люблю, мой пупсик! — от последнего слова у Амаль похолодело в душе. Слово «пупсик» было заранее обусловленным, кодовым словом, означавшим, что он разговаривает по телефону под диктовку, находясь в плену.
— Тут за мной приехал Ахмет, вот не знаю, что и делать, здесь остаться или поехать с ним.
— Езжай с ним, там наши люди! Аллах велик, всё обойдется!
Амаль знала, что если после какой-либо фразы, означающей какое-либо действие, произносится фраза «Аллах велик» — это означает, что нужно сделать ровно наоборот.
— Хорошо, дорогой, я так и сделаю.
— Амаль, дорогая, как твоё здоровье?
— Нормально, пару дней думаю всё же отлежаться здесь!
— Хорошо, ты поправишься!
Амаль поняла, что её мысль остаться здесь на пару дней — это верное решение. Возможно, Али-хан за это время что-нибудь придумает.
— С тобой всё хорошо? — спросила в свою очередь Амаль.
— Аллах велик, все хорошо! Деньги у тебя есть? Покушать есть? Ну, ты понимаешь, что это важно, правильно питаться.
Зачем Али-хан спросил про питание, когда прекрасно знает, что здесь, в укрытии, которое «на крайний случай», кормят хорошо, значит речь иносказательно про то, что очень важно, то есть про товар в сумках.
— Дорогой, а ты знаешь, где я сейчас нахожусь? – решила уточниться Амаль.
— На крайний случай, знаю! – вроде как невпопад ответил её муж.
— Правильно, ну тогда ты знаешь, что здесь хорошо кормят! -- здесь кодовой фразой Али-хана были слова «на крайний случай», то есть обозначение места, где укрылась Амаль.
— Понял! Хорошо! Где, кстати, Тахир? Пусть сходит, купит что-нибудь вкусное, я не могу…
Теперь Амаль поняла, что, фигурально выражаясь, Али-хан, таким образом приказывает спрятать «товар» вне больницы Этот простейший ребус Амаль разгадала сразу, а также поняла, что пока про «товар» никто из чужих не знает. За исключением Зафара Странника. Амаль это всё очень быстро просчитала и ответила тоже конкретной «логической привязкой»:
— Тахира нет. Поехал за едой, захотелось фруктов!
— Ладно, сейчас мне некогда долго разговаривать! — вдруг сказал Али-хан и резко отключился.
Амаль положила телефон на тумбочку. Она поняла, что Али-хана сейчас контролируют люди Ашрафа. Причем контролируют так, что больше это похоже на пленение с целью захвата власти. В любом случае он в плену не у блатных и не в полиции, и уж тем более не у ФСБэшников.
Амаль, подняв глаза на своих гостей, командирским голосом сказала:
— Значит так, на пару дней я остаюсь здесь. Тургун и Улмас будут обеспечивать мою охрану, поэтому тоже остаются здесь. Ахмет пусть возвращается и доложит Ашрафу, что ранение у меня очень серьёзное. Кстати, вот посмотрите, кто не верит, — Амаль задрала рубашку пижамы и показала свежий шов от пулевого отверстия в боку.
Правоверные от такой демонстрации части женского тела явно были не в восторге. Смотрели с пониманием воинов, которые всяких ранений и увечий на войне насмотрелись.
— Поняли, что рана серьёзная? Что надо отлежаться, по-хорошему, хотя бы неделю.
— Амаль, я всё понял! — проговорил Ахмет. — Я всё расскажу Ашрафу.
— Ахмет, ты дурак или нет? Всё рассказывать — себе дороже, — Амаль продемонстрировала диктофон: — Вот здесь записано всё, что ты сказал, и теперь от меня зависит, показать это Али-хану или нет. Врёшь ты или нет!
— Амаль, я всё понял. Я скажу Ашрафу, что ты тяжело ранена, что тебе нужно здесь отлежаться, чтобы тебя никто не беспокоил!
— Вот, теперь вижу, почему тебя так ценят начальники. Ты сообразителен. Всё схватываешь на лету. Ну, а я, в свою очередь, извиняюсь за столь резкое обращение с тобой. Сам понимаешь и все понимают, что нас кто-то предал. Что засада на меня и Тахира была не случайна, как не случайна засада и на Али-хана. А попадать в лапы к ментам, ФСБэшникам или блатным у меня желания особого нету. Поэтому Тахир здесь в окрестностях сидит в козырях и наблюдает за больницей. Так сказать, осуществляет скрытное прикрытие объекта. Дистанционное прикрытие. Ну, ты понял, он издалека следит, и винтовка у него есть. А стреляет он почти как я. Ты понял? И ему без разницы, кого убивать, бандитов или ментов! Усёк суть вопроса?
— Понял, Амаль! Тебя и твоих людей лучше не трогать. С тобой лучше договариваться и дружить! — Ахмет подобострастно улыбнулся. Искренне так.
— Вот именно! Договариваться и дружить! Так и скажи своему новому хозяину!
Амаль осталась довольна. Ахмет больше пользы принесет, если его отпустить. Этим она показывает, что доверяет Ашрафу, это раз. Два, что боится предательства, а значит, не работает на правоохранителей и криминальные структуры. В-третьих, судя по всему, им неизвестно про её «товар», а, следовательно, нужно как можно скорее спровадить отсюда Ахмета, чтобы не пронюхал про сумку.
Так что Амаль улыбнулась Ахмету очаровательной, сногсшибательной улыбкой блондинки и тут же резким, пренебрежительным голосом добавила:
— А теперь убирайся, да поживее! — она подтолкнула его телефон к самому краю тумбочки.
Факт того, что он узнал о её ранении от Али-хана, был установлен. А Али-хану об этом сообщили его информаторы из полиции, про это она сама догадалась, вернее знала, что у него там были «свои связи».
Ахмет схватил телефон, и, пригнув голову, словно стараясь казаться меньше, чем он есть на самом деле, быстро вышел. Амаль облегчённо вздохнула.
— Я его провожу, чтобы случайно на нашей машине не уехал! — сказал Улмас.
— Молодец! Молодой, а рассуждает как взрослый воин! — похвалила его Амаль.
А вечером позвонил Тахир. Сообщил всё, что узнал про «Гонконгский грипп» от своего попутчика, профессора Олега Павловича.
— У тебя всё нормально? — поинтересовалась Амаль.
— Да, конечно! Хвостов за собой не заметил. В остальном, ты же знаешь, сейчас у нас с тобой иммунитет. Не забыл я и про профессора, я ему втихую подсыпал наше лекарство в стакан воды, он теперь мой негласный информатор!
Продолжение ЗДЕСЬ. Гл.15. "Дневные новости 13 апреля 2015 года"