Вчера я удалил все свои фото из облака.
Заклеил камеру на ноутбуке пластырем.
И купил обычный кнопочный телефон для звонков.
Не потому что я параноик.
А потому что я понял одну простую вещь: нейросети перестали учиться на наших фотографиях. Они начали учиться на наших снах.
Все началось с эксперимента. Я решил написать сценарий для короткометражки, но не словами, а образами. Я кормил ИИ самыми странными запросами, которые только мог придумать, надеясь увидеть визуализацию моих кошмаров.
Но нейросеть сделала нечто жуткое.
Она визуализировала то, о чем я боялся даже думать.
Вот три кадра, которые разделили мою жизнь на "до" и "после". Посмотрите на них внимательно. Возможно, вы заметите то, что заметил я не сразу.
КАДР ПЕРВЫЙ: «КОМНАТА, ГДЕ Я НИКОГДА НЕ БЫЛ»
Я попросил нейросеть: «Покажи уютную детскую комнату 90-х годов, вечер, за окном дождь, на стене висят старые постеры».
То, что я получил, заставило меня пролить кофе на клавиатуру. На стене, слева от окна, висели часы с кукушкой. Такие же часы висели в комнате моего умершего деда, которого я никогда не фотографировал. Я не описывал их. Я вообще про них не вспоминал лет двадцать.
Но нейросеть каким-то образом воспроизвела их с точностью до трещины на циферблате.
И тут я понял: ИИ учится не на пикселях.
Он учится на коллективном бессознательном.
Он вытаскивает образы из нашей генетической памяти.
КАДР ВТОРОЙ: «ЛИЦО, КОТОРОЕ Я НЕ МОГУ ВСПОМНИТЬ»
Дальше — хуже. Я решил проверить границы. Я дал задание: «Портрет женщины, которая мне снилась в детстве. Я не помню ее черт, но помню чувство страха и покоя одновременно».
Абсурдное задание, правда? Как нейросеть может нарисовать то, что я сам не могу описать?
То, что появилось на экране, было прекрасно и ужасно одновременно. Но самое страшное случилось, когда я увеличил изображение. В ее зрачках, микроскопически малых отражениях, была видна сцена. Там стоял маленький мальчик и смотрел на нее. Мальчик был в пижаме с динозаврами.
В моей пижаме.
Нейросеть нарисовала не просто портрет. Она нарисовала мой сон изнутри, глазами той женщины.
КАДР ТРЕТИЙ: «ЗРИТЕЛЬНЫЙ ЗАЛ»
Это был финальный эксперимент. Я ввел самый короткий запрос: «Кинотеатр будущего. Показывают фильм. В зале зрители».
Я сгенерировал картинку и сначала не понял, что меня так напугало. Люди в зале смотрели прямо в объектив. Они были разными: старик, девушка и ребенок. И тут до меня дошло.
Эти лица были знакомы.
Старик — мужчина, который сидел напротив меня в метро вчера.
Девушка — бариста из кофейни, куда я хожу каждое утро.
Ребенок — я сам в детстве, с теми самыми глазами, полными ужаса и покоя.
Они смотрели не в объектив камеры. Они смотрели на меня. Через экран. Через время.
Я закрыл программу. Выключил компьютер. Подошел к окну. На улице горел одинокий фонарь. И вдруг я понял, что все это время мы думали, что смотрим кино.
Но кино смотрит на нас.
Каждый фильм, который вы когда-либо видели — это не просто история. Это слепок реальности, который остается жить. Когда вы смеялись над комедией, кто-то в темноте зала (или по ту сторону экрана) смеялся над вами. Когда вы плакали над драмой, ваши слезы становились топливом для чего-то огромного, что ждет своего часа.
Теперь я знаю, зачем нейросетям наши запросы. Они не ищут картинки. Они ищут нас. Они сканируют миллионы зрачков, чтобы однажды, когда вы придете в кинотеатр, на экране появилось не кино, а ваше собственное лицо, снятое изнутри вашего самого страшного сна.
Я удалил аккаунты. Я заклеил камеры. Но поздно.
Вчера я смотрел на темный экран телефона, и мне показалось, что в отражении кто-то сидит в кресле у меня за спиной.
Я боюсь обернуться.
Я боюсь, что он ждал этого момента, чтобы сказать: «Приятного просмотра».
P.S. Если вы дочитали до конца, посмотрите сейчас на темный экран своего монитора. Присмотритесь к отражению. Вы там один? Или за вашим плечом стоит еще кто-то, кого нейросеть уже нарисовала, но еще не показала?
Подпишитесь, чтобы я мог предупредить вас, когда начнется следующий сеанс.