Василий периодически возвращается из мест
лишения свободы и приглашает меня
отпраздновать это событие — мы живём на одной площадке. Я знаю его с
детства: мне было всего лет десять, когда он
впервые появился в доме после отсидки.
Его жизнь словно рваная киноплёнка: короткие
промежутки свободы перемежались долгими
годами за решёткой. Он пропустил смерть отца, не застал жену — она не дождалась его и ушла из жизни, а в третий раз вернулся
лишь к похоронам матери. Порой он не успевал добраться до
дома - его снова арестовывали. Неделю назад он снова объявился и
сегодня позвал меня к себе.
Несмотря на непростую судьбу, Василий всегда был спокойным
человеком — главное, не выводить его из себя. Он относился ко мне почти как к сыну и всегда защищал. Из‑за этого местные ребята меня
побаивались: они знали, что если вмешается «ходячий» (так его
называли в определённых кругах), им придётся несладко.
Мы сидели у него на кухне, и пока он разливал по стаканам я разглядывал его татуировки. Худющий но бодрый, не смотря на его годы.
- Что-то задержался я в гостях. Наверно домой пора,- сказал он сквозь зубы.
- Тянет?
- А тебя домой тянет? Неуютно я здесь себя чувствую. Чужое всё.
Мы выпили и он вдруг начал говорить. Ну а кому ещё рассказать о своей судьбе если не мне.
" Я ведь за что сидел всю жизнь? Мразь разную наказывал. Первый раз совсем пацаном был. На танцах компания пьяная хулиганила. Один к девчонке моей приставать начал. Ну я ему дал по зубам. Он оказался сыночком секретаря горкома. Неприкасаемый значит. Дело на меня завели. Понаписалии столько, что пожизненное можно давать. Посадили.
Отсидел вернулся. И доделал то что в деле они моем нафантазировали. Снова посадили. Три дня только дома побыл.
Возвращаюсь после освобождения. В поезде вижу два мента поборами занимаются. Отводят мужиков в тамбур и раскручивают на деньги. А что мужики? Платят конечно. Кому неприятности нужны в дороге с милицией. В очередной раз когда они беднягу вывели в тамбур пугая что паспорт у него фальшивый, я им зубы повыбивал. Хорошо без оружия они были, а то не разговаривал бы сейчас с тобой. Снова посадили, и до дома не доехал.
Ну а на зоне свои дела. Честь свою защищал и ещё мне добавили, прямо по месту.
Освободился думаю всё, хватит, жизнь новую начну. Да какой там. Этих мразей ещё больше развелось. Не пройдешь.
Однажды ночью возвращаюсь домой и вижу как в машину девчонку затаскивают. Она бедная кричит, плачет. Ну я этим троим насильникам мозги повытряхивал, и машину у них немного помял. Девчонку домой отвел. Кстати женой она мне стала. Всю жизнь ждала. В общем один из этих мразей был депутатом. А мне много надо что-ли.
Тут уж на меня повесили всё, что только можно было. Получил по крупному. Век воли не видать.
Снова отсидел. Вернулся. И на нож этого депутатика. Правда он уже не депутатом был. Бизнесом занялся. Снова посадили. Век воли не видать. Освободился.
Походил по городу, вижу мне совсем не рады. Чужое всё вокруг. На работу не устроишься. И тут как назло следак встречается, который мне дело шил, дружок депутата того, Я высказал ему то что о́ них думаю. Трогать не стал, старик уже. Так эта вонючка заявление на меня написал в своем стиле, что мол избивал его неоднократно. Ну я этой гниде зубы и выбил на очной ставке. И снова на зону. Век воли не видать.
Теперь вот с тобой водку пью. Только думаю что не задержусь я на долго. Обратно поеду, домой к себе. Нечего мне тут делать. Завтра обязательно мерзавец какой нибудь встретится, вот сердцем чувствую. Люди другими стали. Деньги. Деньги. Век воли не видать