Валентина Тимофеевна спешила на важную встречу. Она надела пальто, в котором ходила в театр, взяла дамскую сумку, которую считала "приличной", и отправилась на дело государственной важности.
Майор так и сказал: "Возьмём всех, лично пойду к генералу, вас к награде представим. За содействие!"
Пожилая женщина прытко семенила по неочищенной улице, в душе ругая коммунальщиков, мэра. В такой день и не могли дорожки почистить! Ноги в замшевых сапогах утопали в сугробах. В быстро темнеющих февральских сумерках разглядела впереди долговязую фигуру. Её уже ждали...
"Валентина Тимофеевна Орлова? Майор ФСБ Николаев. Из Москвы. Звоню вам по важному делу. Вы одна сейчас? Наш разговор никто не слышит?" - напористо заговорил мужчина.
Валентина Тимофеевна опешила - что случилось? Как? Кто?
"В Центральном банке произошла утечка персональных данных, вся информация о вас теперь в руках преступников. Они добрались до ваших счетов и переводят деньги на Украину, ВСУ", - заявил майор.
«Это не я!» — вскрикнула Валентина Тимофеевна. И сама удивилась своему высокому голосу. Она, всегда сдержанная и спокойная, тут заголосила.
«В ваших интересах сотрудничать со следствием. Если, конечно, не хотите, чтобы я отправил группу захвата арестовать вас. Ваш адрес нам известен»…
В голове летали истребители-мысли. Что случилось? Как такое возможно? Может, розыгрыш? Мошенники?
«Да нет, не может быть, Валентина, ты взрослая, умная женщина, педагог, у тебя студенты! В 65 лет не поверишь каким-то прохиндеям. Я ж только недавно передачу смотрела», — успокаивала себя Валентина Тимофеевна…
А дальше всё было как в кино. В сериале. Она сама не поняла, как события начали скакать в ускоренной перемотке. Помнила только отдельные фрагменты.
С майором они подружились — Кирилл Сергеевич оказался душевным человеком, строгим, но отзывчивым. Сразу понял, что педагог за 60 не будет спонсировать ВСУ. Вошёл в её положение и попросил помочь.
ФСБ разрабатывала банду мошенников. Уже вышли на след, и нужно было их взять вместе с главарём. Дело серьёзное, международное.
Валентина Тимофеевна не всё понимала в цепочке событий, не до конца осознавала свою роль, но Николаев так располагал к себе, постоянно звонил, спрашивал, как здоровье, и пытался её вытащить из этой кутерьмы. Ну надо же было в такое вляпаться на старости лет! Она верила.
Майор сам такси вызывал, чтобы она ездила к банкоматам и методично, раз за разом, снимала сбережения. Все 10 миллионов. До рубля. Их нужно было отдать нижегородскому оперативнику. Майор уверял, что деньги после спецоперации ей вернут, прислал приказ — с подписью, печатью.
Несмотря на мучивший её страх потери денег (только квартиру сестры продала, хотела на вклад положить, на старость бы хватило, да и Альке, дочке, бы осталось), Валентине Тимофеевне очень хотелось поучаствовать в чём-то нужном и значимом. А такого, чтобы поимка банды, спецоперация, слежка (майор говорил быть осторожной, преступники могли за ней следить), в её жизни никогда не было...
Она хотела быть важной и нужной. Уже маячила Москва, награждение, орден...
Валентина Тимофеевна продолжала месить снежную кашу, сжимая в руке ремень сумки. "Оперативник" ждал пожилую женщину у девятиэтажки. Сутулая фигура нервно курила, оглядываясь по сторонам.
"Оперативник" оказался парнем лет 20.
"Вы от Николаева? Сумка при вас? Давайте быстрее и ждите дальнейших указаний", - парень, шмыгнув, ловко выхватил из рук Валентины Тимофеевны тяжёлую сумку с деньгами и начал удаляться в темноту.
На миг остановился под фонарём, закурил, обернулся на Валентину Тимофеевну, усмехнулся и побежал.
И вдруг где-то в глубине сердца Валентина Тимофеевна ощутила острую боль. Она вспомнила, как дома собирала новенькие, хрустящие пятитысячные купюры. Денежка к денежке. Чтобы одна к одной, не вразнобой - в органах люди серьёзные, порядок любят. Уложила пачками по 100 штук. Завернула в пакет, аккуратно укладывала в сумку. Ноша получилась увесистой, под 2 килограмма...
"А батюшки!" — едва слышно проговорила Валентина Тимофеевна. Застонала, выдохнула в морозный воздух накатывающую тревогу. А та волной начала накрывать. Целиком, с головой. Ледяная, жгучая, давящая тоска, от которой сжимается не только живот — всё тело щемит и болит. Ужас, от которого не можешь дышать, как на дне.
Отдала! Все деньги отдала незнакомому парню в тёмном сквере. Только сейчас она обратила внимание, как он был небрежно одет, в грязненькой куртке и кроссовках не по сезону. Без удостоверения. Ну какой оперативник?! Куда он пошёл? Где теперь его искать с сумкой, битком набитой деньгами? Миллионами.
Мимо ехали машины. Спешили тёмные фигуры людей. Шум февральского вечера перебивал монотонный голос в трубке: "Абонент не отвечает или временно недоступен". Майор больше на связь не выходил. Спецоперация закончилась...
Валентина Тимофеевна упала на первую попавшуюся скамейку и окаменела. Всё отдала! Всю жизнь отдала...
Достала из кармана телефон и попыталась найти номер дочери.
Он же обычно был тут, самый первый! Да где же? За неделю она столько общалась с незнакомыми номерами, что теперь еле долистала до заветных цифр. Гудки. Любимый голос: "Мама, что?"
"Аля, задыхаюсь. Помоги! Я всё отдала"...
Навеяли полицейские сводки.
Автор: Наталья Халезова