Во время войны военнослужащие не только воюют, но и нуждаются в удовлетворении бытовых потребностей. Продолжаем разговор о тыловой жизни белых армий, ориентируясь на отдельные кейсы, повстречавшиеся в архивных документах.
Тыловые офицеры демонстрируют особую акцентуацию на различных коммерческих проектах. Вспомним наблюдение бакинской подпольщицы Ю. Лелиной, знакомой по прошлой публикации, о беспрерывной купле-продаже, наблюдаемой ею в ходе поездки из Порт-Петровска до Новороссийска. Сохранившиеся дневниковые записи офицеров-добровольцев подтверждают ее выводы. Генерал И.Г. Эрдели переживал, что его разъездная жизнь и армейские обязанности мешают наладить какое-либо "дело" и получать от него какой-либо куш для жизни. Офицер Лейб-гвардии Финляндского полка А. Моллер, из столичных аристократов, после окончания обоих Кубанских походов обосновавшись в Екатеринодаре, со своим товарищем Квашниным приступил к организации торговли шампанским из Абрау-Дюрсо. Вольноопределяющийся Азово-Крымской армии белых некий А.В. мечтал подработать на перевозках товара по морю и заиметь таким образом «капиталец на черный день»; он обдумывал «кое-какие планы», и если они удадутся, то он бросит «всю эту гражданскую войну» и начнет «собственными силами делать свое будущее, вне пределов России». Офицерами двигала не страсть к обогащению, а понимание того, что они могут рассчитывать только на свои силы. Армейский механизм терял свой потенциал. Подверглись разрушению и сама корпорация, происходило размывание кадрового костяка армии и корпоративных установок офицерской среды.
Коммерческая инициатива офицерства сильной струей била на всем пространстве, свободном от советской власти. Пример из Сибири. Полковник гвардии Феликс Киприанович Селицкий был арестован за пособничество и укрывательство большевиков. Дело все в том, что когда он решил стать бизнесменом и открыть мастерскую, давно ему знакомый еврей Фельдман согласился работать браковщиком принимаемого сырья за небольшую плату в 350 руб. Селицкий решил, что лучше кандидатуры быть не может, ведь Фельдман был не беден, значит, воровать не будет. Вскоре колчаковская контрразведка арестовала Фельдмана с 30-ю другими евреями-«большевиками» за спекуляцию и по политическим обвинениям. Селицкий ждал, как решится дело, но потом оказался арестован тоже. Колчаковская контрразведка столь же легендарное учреждение, как и царицынская чека. Полковника Селицкого спасло то, что он был давним знакомым Колчака, и его жена, Нина Селицкая, написала адмиралу, прося не губить невиновного.
Стремясь поправить свое материальное положение, генерал В.А. Ажинов интересовался различными организуемыми коммерческими учреждениями и предприятиями, внимательно изучал документы учреждаемых предприятий, явно намереваясь стать акционером. В это время структуры Кубанского правительства разрабатывали «Положение о коммерческих предприятиях Краевой казны и Кубанского казачьего войска». Работу предполагалось вести на рыночных основах, все должности замещаться на конкурсной основе, освобождения от налогов не планировалось никаких, ведь целью их деятельности и было пополнение краевой казны.
Так, инициативная группа предпринимателей и частных вкладчиков решила организовать «Кубанско-Донской международный промышленный банк» для сбора капитала для закупки за границей необходимых населению и промышленности товаров (земледельческих машин, лекарств, сукна из Англии и Америки, химикатов для переработки кожи). Его устав был утвержден 31 августа 1918 г. с учредительным капиталом 0,5 млн руб. Были выделены паи по 100, 500, 1000 руб. всего на сумму 3,2 млн руб.
Ажинов принимал активное участие в Кубанском союзе общественных организаций им. генерала Л.Г. Корнилова, учредительное собрание Совета которого прошло 8 ноября 1918 г. Этот союз пользовался широким покровительством благодаря уставной цели – помощи армейским офицерам. В условиях квартирного кризиса Союзу им. Корнилова удавалось получать помещения под правление, магазины и склады. Председателем Правления был генерал-лейтенант А.П. Колосовский. Повестка дня заседания Совета Союза 2 июня 1919 г. показывает, что Союз находится под непосредственным патронажем Главнокомандования ВСЮР, а высокий статус членов правления свидетельствовал и о крайне остроте материально-денежных проблем офицерства. Инженер-строитель Н.И. Андржиевский отчитался о состоянии запасов на складе: сколько выдано белья и т. д.; генерал-майор С.А. Виберг – об обустройстве общежития для инвалидов и приезжих офицеров и организации передвижного театра; генерал-лейтенант Н.Т. Беляев – о работе «экономических лавок» для чинов армии; И.Е. Архипов – об организации лотереи и подготовке пасхальных подарков. Члены Союза могли приобретать в лавках сахар, масло и прочие продукты по фиксированным ценам и в размере установленной нормы. Союзу принадлежали «биографы» «Палас» и «Кино-арс», в которых демонстрировались фильмы акционерного общества Ханжонков и Ко. Корниловский Союз просил ходатайствовал перед Экспортной комиссией Донского правительства не брать вывозную пошлину с лент, ввозимых с территории Дона, т. к. это может увеличить цену на билеты на сеансы и сократить прибыль Союза.
Обитатели «Деникии» проводили дни в добывании чего-то, в связи с чем скудость ресурсов Добровольческой армии, включая все ее части, не может быть поставлена под сомнение. Но тогда как объяснить случай щедрости? Некий художник Петр Петрович Першин в ноябре 1919 г., находясь уже в Лондоне, ожидает поступления аванса в размере 100 тыс. руб. на издание художественного альбома и открыток на тему боев донцов против большевиков. Деньги от Донского правительства еще не пришли, и он просит хотя бы "авансировать" его через английского консула в Ростове-на-Дону Г. Вельтона, переведя хотя бы часть суммы в Лондон на имя сопровождающего его англичанина У.А. Вернона (W.A. Vernon). Как Першину далось получить одобрение выплаты такой крупной суммы?
Петр Першин был известен как иллюстратор изданий, например, "Альбома в ознаменование 300-летия царствования благословенного Дома Романовых" (1913), "Выездки строевой казачьей лошади" (1914). Не иначе, как личным знакомством с атаманом П.Н. Красновым, автором "Выездки...", это не объяснить.
Уровень материального потребления белогвардейского офицерства Юга значительно уступал возможностям, доступным красному командному составу не только высшего, но среднего и даже низшего звена. Дело в том, что основная масса интендантских складов оказалась в распоряжении Советов. При этом уровень снабжения частей РККА отличался, как между собой, так и с течением времени.
Союзники направляли в распоряжение ВСЮР, Северной армии генерала Е.К. Миллера и Сибирской армии А.В. Колчака известное количество военного снаряжения и оружия. Но именно в армии А.И. Деникина эти запасы тщательно хранились на складах, не отпускаясь армейским частям. Известны упоминания портов Таганрога и Новороссийска в ходатайствах о выделении обмундирования. Поэтому офицеры-добровольцы золотых погон уже давно не носили, их заменили нарисованные химическим карандашом прямо на ткани кителя.
Для того, чтобы сражаться в нищей армии, какой являлись Вооруженные силы Юга России, нужно было иметь сильную привязанность к жизненным ценностям, отвергнутым Октябрьской революцией; отвращение к большевистской идеологии и практике; верность боевому товариществу. Командование в большинстве случаев не считало себя вправе препятствовать уходу офицеров из строя. Отношения с армией считались установленными и устойчивыми, если офицер регулярно получал жалование.
В полках разной подчиненности денежное довольствие отличается. Наиболее высокое в кубанских. Например, хорунжий-кубанец получал 450 р. в месяц, к этому выплачивались надбавки к праздникам. А подпоручик, чин того же XII класса, Добровольческой армии имел в месяц 375 руб. Донской генерал получал меньше, чем не только генерал Кубанского казачьего войска, но и кубанский сотник. В силу этого обстоятельства и большого наплыва людей из других частей страны на Кубани установилась страшная дороговизна. Большинство офицеров вынуждены были жить в долг, получая еду и табак в лавках под будущее жалование. Надо отметить, что в Добровольческой армии первое время сохранялся принцип старой армии, по которому рядовые, стрелки, обеспечивались казенным горячим питанием, а офицеры питались за свой счет. В итоге офицеры или голодали, или мародерничали. В дальнейшем, ближе к 1920 г., весь личный состав питался уже из отрядных кухонь. В казачьих частях все были "однокашниками", питались из одного котла.
Создается впечатление, что в условиях армии простым казакам, крестьянам, мещанам было проще. Их навыки добывания еды помогали приспособиться к походной жизни. Офицерам оставалось брать с них пример. Так, два молодых столичных аристократа, чтобы не голодать во время конного перехода, длящегося целый день, стали по примеру казаков запасаться хлебом и дорогой доставать себе овощи и фрукты (покупать или просто рвать в садах).
Нарушение системы централизованного снабжения привела к возникновению нехарактерного для регулярной армии отношения командиров к имуществу вверенной им части. Например, полковник Борисов из 1-го кавалерийского полка Добровольческой армии после назначения командиром во вновь образованный отряд прихватил с собой и эскадронный обоз (резервных лошадей, седла, запасы обмундирования), считая все это, видимо, своей собственностью. Нечто подобное было и у красных на партизанском этапе в 1918 г.
Из головы офицеров поразительно быстро выветрилась разница между частными и служебными делами. Генерал Эрдели, находясь в Софии, не только пытался договориться с союзниками о поддержке Добровольческой армии вооружением, но и выполнял частные задания жен генералов:
«Сегодня сдаю необходимые дела, а главное – покупки. Наши дамы – Деникина, Филимонова, Романовская – дали мне поручение, если здесь дешево, покупать чулки, перчатки, я купил больше, чем надо. Завтра буду продолжать покупки» (30.10.1918).
Официальному уполномоченному нужно было также встретить у поезда супругу начальника или его семью в полном составе.
Вокруг централизованных закупок для армии вертелись опытные коммерсанты, чей профиль деятельности предусматривал обязательную и лучше неформальную близость к властям. Так, в начале апреля 1919 г. на Кубань прибыла Донская комиссия по закупке хлеба во главе со специальным уполномоченным Е.П. Молдавским. Ей было поручено закупить 3 млн пудов зерна. Полномочия этого человека трудно определимы и крайне широки. В январе 1918 г. он был лицом, приближенным к донскому атаману А.М. Каледину. Осенью 1918 г. Е. Молдавский был министром снабжения в крымском правительстве С. Сулькевича, до этого – бывший уполномоченный по земледелию в Крыму.
Сопровождавшие его по станицам кубанские мукомолы были поражены методами его работы. Столкнувшись с низкой заинтересованностью местных структур – от краевого управления продовольствия и снабжения до станичных атаманов, Молдавский стал широко обещать комиссионные (по 1 руб. с пуда), которые тут же и авансировал. Смысл был не только в организационной помощи, но и в том, что Молдавский рассчитывал на их распоряжения, которые бы позволили снизить цену. То, что он часто осуществлял «авансирование» без оправдательных документов в присутствии посторонних лиц, рождало разговоры меж казаков: «Це опять паны хотять нас обдурить», «Це тут не чисто дило».
Мукомолам были сообщены цены – мука-сеянка – 33 руб. 20 к., размолотая – 29-30 руб. (в т.ч. расходы по доставке к вагонам – 5 руб. с пуда). Впоследствии кубанцы в конфиденциальном разговоре с председателем закупочной комиссии полковником Зацепиным выяснили, что Молдавский имеет поручение закупать муку-сеянку за 40 руб., за «размол» давать 34 руб. и зерновую пшеницу – 30 р. То есть Молдавский осуществлял закупку хлеба по цене, отличающейся от утвержденной Донским правительством на 5-7 руб. А разницу он готов был положить к себе в карман. Дополнительно кубанские мукомолы сообщали в раду, что обратили внимание, что вагоны с мукой регулярно перенаправляются чаще в сторону, обратную фронту. Господином Молдавским ряды спекулянтов, паразитировавших на армии, не исчерпывались.
Коммерческая деятельность при всей своей пользе для общества замешана на индивидуализме. При идеологической слабости Белого движения повальное занятие извлечением прибыли из различных "операций" ослабляло сплоченность Добровольческой армии.
На сегодня это всё! Спасибо, что дочитали до конца:) Не забудьте поставить лайк, если вам было интересно, и подписаться на мой блог, а также на паблик в ВК "Меморика".