Нет, я ни разу не была в Арктике, и в Африке тоже не была. Но так ли далеки они от меня? Когда появились в моей жизни? Странное дело - они были всегда. Всегда, сколько себя помню. Ну с Африкой понятно - всем же начинали очень рано читать о том, что "в Африке акулы, в Африке гориллы, в Африке большие злые крокодилы" и поэтому "не ходите, дети, в Африку гулять!". Ну мы и не ходили ) И при этом отлично знали, что в Арктику точно нечего идти гулять - там надо жить и работать. Желательно полярником, а можно оленеводом. Одно смущало - полярная ночь слишком долго длится, хоть и окрашена фантастическими всполохами северного сияния.
Хотя была некоторая путаница, которую надо было умственным усилием разводить в голове. Полярники работали и в Арктике, и в Антарктике, то есть на севере и на юге, и слово "юг" в соседстве с полярниками и пингвинами разрывало детсадовский шаблон. В новогодних мультиках всегда была Антарктида - ледяной материк, а в книжках и журналах с картинками, стихами и рассказами была Арктика - Северный Ледовитый океан, тундра, олени и белые медведи. И в какой-то момент все это разъехалось в моей детсадовской голове по своим местам, наверное, после того, как я увидела где-нибудь настоящий глобус, а может, и без него. Просто пингвины с чайками-поморниками и частью полярников откочевали в Антарктиду, где им положено быть, а все остальное осталось в родной стране и стало называться Севером, Северным полярным кругом, Заполярьем и Арктикой.
И тут надо отдать должное советским детским книжкам и журналам, еще до школы и изучения природоведения и географии, укладывающим в головы детей нужные сведения и знания. Сейчас я поражаюсь, находя ошибки в детских книгах, написанных взрослыми людьми, не только как художественные, но и как ПОЗНАВАТЕЛЬНЫЕ! И проиллюстрированные художниками, рисующими бог знает что и бог знает как, у которых пингвины рядом с белыми медведями и моржами, и иглу построены в Антарктиде. Я не помню ничего "специально прочитанного" до книги Водопьянова "Полярный летчик" и через три года прочитанного романа Каверина "Два капитана". После Каверина интерес стал "специальным" - публикации и книги искались и читались, вставали на полки.
Но раньше-то раньше! Мы знали про льды и торосы, про тундру и болота, про ягель и карликовые деревья, которые растут не выше колена, про миграции леммингов, про гонки на оленьих и собачьих упряжках, про то, что выросшие в чумах и ярангах дети, в семь лет лихо управляющиеся с упряжками и охотившиеся в тундре с собственным оружием, в интернатах боятся спать на кроватях и засыпают под ними на полу. Мы знали про полярников, живущих на льдинах в палатках и про Кренкеля, собиравшегося поменять килограмм шоколада на килограмм картошки. Про гибель "Челюскина" и первых Героев Советского Союза, про перелеты Чкалова и Громова, про Северный морской путь и атомный ледокол "Ленин", который был у нас в букварях. Брату подарили большой игрушечный ледокол на день рождения, а на уроках и журнальных страничках нам твердили про коробок топлива вместо тонн угля и солярки.
И это все было просто разлито в окружающем нас, дошкольников и младших школьников, информационном пространстве. И надо сказать, что телевизор в нашей семье появился после переезда в село рядом с областным центром, когда мне было уже 11 лет. До этого жили в отдаленном райцентре, где телевидения не было вообще, только в конце 80-х построили ретранслятор. Откуда брались знания? Детские книги, журналы - "Веселые картинки" и "Мурзилка", радио, газета "Пионерская правда", киножурналы перед сеансами в кинозалах, может кто-то помнит детский киножурнал "Хочу все знать" с заставкой, где декламировалось:
Орешек знаний тверд, и все же
Мы не привыкли отступать!
Нам расколоть его поможет
Киножурнал "Хочу все знать"!
И на этих словах прилетевший на ракете герой-умник бил кувалдой по крепкому грецкому ореху размером в пол-ракеты. А дальше нам сообщалась и демонстрировалась порция какого-нибудь знания.
В самых первых книжках на страницах Маршака с "Детками в клетке" плавали белые медведи, играл с собакой медвежонок в сборнике Михалкова, отправлялась на Северный полюс девочка Женя с цветиком-семицветиком в руке, оскорбленная тем, что мальчишки не берут ее в свою игру в полярников, бродил по тундре перед отлетом в интернат Саварка, требовал сгущенку медвежонок Фомка, подаренный знаменитому полярному летчику и прилетевший с ним в Москву на самолете, разыскивали в пургу четверых безответственных мальчишек все жители далекого заполярного поселка.
И другие книжки.
И когда стали издавать "Архив Мурзилки" я вздохнула с облегчением и радостью, потому что в тех журналах было много "северных", арктических публикаций - от серьезных рассказов до забавных карикатурных приключений Пети Рыжика.
Сколько было прочитано северных сказок!
А ведь были еще марки!
А потом я прочла книгу Михаила Водопьянова и первые Герои остались моими Героями на всю жизнь. Это были реальные люди, покорявшие Арктику. Они летали в фанерных машинах с открытыми кабинами и обтянутыми перкалем крыльями с минимумом навигационных приборов, это они садились на снег и на лед, спасали людей, перевозили почту и другие грузы, делали аэрофотосъемку и летали на ледовую разведку. Люди легенды, вслед за которыми шли другие.
Так сложилось, что вымышленные книжные герои в моем мире шли уже по следам реальных людей.
Но книжный капитан Саня Григорьев, искавший следы капитана Татаринова, открыл передо мной страницу полярных исследований. Это одна из самых любимых и многократно перечитываемых книг моего детства. Книга, прочитав которую, ты становишься старше на целую жизнь.
Начинаешь как-то по-новому думать и относиться ко многим вещам.
Книжная Арктика корректировала и достраивала систему ценностей, строчками книг звала неведомо куда, далеко, за линию горизонта... Манила редкой возможностью увидеть розовую чайку, как героя повести Олега Куваева "Тройной полярный сюжет" Сашку Ивакина.
Побуждала находить все новые интересные книги.
О призрачные острова, «летучие голландцы» беспокойной мечты человеческой! Сколько лет вы манили за собой неутомимых и смелых искателей и сколько подлинных, реальных островов было открыто в поисках легендарной Земли Санникова!.. Не за деньги, не для славы и даже без твердой уверенности в успехе, которую никто не даст вам на дорогах Неизведанного, как нет гарантии испытателю в безопасности полета, шли вперед упрямые разведчики будущего. И призрачные острова становились явными, знамена тайн склонялись, и мир природы сдавался победителям, ибо только человеку свойственно вечно стремиться вдаль, за скользящую линию горизонта. Он не может ужиться с неизвестностью.
Андрей Меркулов. "Разведчики призрачных островов"
Нет, я не уехала из родных мест в неведомые дали. Арктика оставалась все так же далеко, но навсегда поселилась в душе. И негромкий голос Городницкого пел для нас:
Кожаные куртки, брошенные в угол,
Тряпкой занавешенное низкое окно.
Бродит за ангарами северная вьюга,
В маленькой гостинице пусто и темно.
Нет, мы не были полярными летчиками и не сидели в маленькой гостинице, но на нашем маленьком аэродроме ДОСААФ за стенами маленького домика, где обитала служба ИАС, и за длинным ангаром бродила вьюга, ничем не отличавшаяся от северной. Она заметала снегом взлетную полосу, каптерки и топливозаправщики, стоянки планеров и самолетов, трепала чехлы на матчасти, свистела и гудела во всех щелях.
Эту песню грустную позабыть пора нам,
Наглухо моторы и сердца зачехлены.
Снова тянет с берега снегом и туманом,
Снова ночь нелетная даже для луны.
Но после нелетных дней, когда в снежно-морозной дымке или круговерти мы каждый час выскакивали из домика, чтоб посмотреть не видно ли в тумане или поземке угол лесополосы вдоль дороги - самый надежный ориентир предела допустимой видимости, все же выглядывало солнце, начиналась совсем другая жизнь - дружно расчищали снег, готовили матчасть
и начинались прыжки и полеты...
Нет, не арктические, но тот же слепящий яркой белизною снег, тот же обжигающий поток воздуха в открытом проеме двери Ан-2, хлопок купола над головой и заход на крест из полотнищ, расстеленных на снегу площадки приземления, позволяли прожить точно такие же эмоции...
Которые помнишь всю жизнь.
И, если у Городницкого, песню пели командир со штурманом, то наши командиры и штурман не пели, а слушали исполнение моей подруги - она очень здорово играла и играет на гитаре, пишет музыку на понравившиеся стихи. Одну из песен про ледовую разведку я и завершу статью. Она написана по просьбе нашего старого друга на стихи Юрия Визбора,
у которого есть и повесть с очень "тематическим" названием.
Статья участвует в конкурсе Дзена «День Арктики»
А здесь еще очень многое об Арктике