— Что-то мне подсказывает… что мы немного отошли от того места, где были… — первой подала голос Рита. Голос её дрожал, растворяясь в непривычной атмосфере.
— Да ни фига себе… — выдохнул Роман, оглядываясь по сторонам. — Я вообще не пойму, как мы так? Мы же только что были в парке, в нашем лесу… А в нашем лесу таких деревьев нет и в помине... - парень махнул рукой в сторону исполинской вековой сосны. Её ствол, гладкий и неестественно высокий, уходил куда-то в ночное небо. Внезапный порыв ледяного северного ветра полоснул по обнаженной коже ребят, заставляя их сжаться.
— И у нас не было так холодно… — Лиза вздрогнула всем телом и судорожно обняла себя за плечи. В её широко распахнутых глазах застыл первобытный ужас. — Ром… Мы что, не сможем найти дорогу домой?
— С чего ты взяла? — буркнул тот, хотя в его голосе уже не было прежней уверенности.
— Ну, раз ты не знаешь, где мы… Как нам вернуться?!
— Не переживай… Мы сейчас что-нибудь придумаем, — попытался вмешаться Паша, делая шаг вперед.
— А ты! — Лиза сорвалась на истеричный крик. — Ты вообще заткнись! Это всё из-за тебя!
Она с силой ткнула пальцем в грудь парня.
— «Девочки, я такое нашел, вы точно офигеете!» Ага, офигели! Уже просто по горло офигели!
Такой злой Лизу Конькову ребята не видели еще никогда. Даже Марго, всегда знавшая, как успокоить подругу, опасливо отступила на шаг.
— Да откуда мне было знать? — огрызнулся Паша, но голос его прозвучал глухо.
Он кожей чувствовал, как эйфория, согревавшая его с того самого момента, как молния из вихря пронзила его нутро, стремительно утекает. Сила уходила, словно песок сквозь пальцы, бесследно впитываясь в чужую, холодную землю под ногами.
— Реально, Лиз, Павлик ни при чём! — вступилась Марго.
Она всегда горой стояла за него. Обычно такая опека задевала мужское достоинство Павла, но сейчас заступничество пришлось как нельзя кстати.
— Ой, и ты туда же… — огрызнулась Лиза, — вечно со своим Павликом носишься как курица с яйцом...
— Лиза! — теперь уже Паша, неожиданно даже для самого себя, резко оборвал её, вступаясь за Риту.
— Заткнитесь все трое! — вдруг гаркнул Ромка, прекращая назревающую перепалку. — И идите за мной. Я, кажется, понял, где мы… В этом парке, в стороне от кемпинга, есть старый сосновый бор. Нас. наверное, туда как-то незаметно занесло. Не знаю, что это было… Мы же все будто пьяные были.. У меня лично все как в тумане... Немудрено, что в темноте заплутали. Так что без паники! Туда пойдем, — Рома уверенно махнул рукой в сторону густой тени деревьев. — К нашему лагерю и выйдем!
— Точно! — подхватил Пашка, сияя от радости, что тему его «косяка» замяли и сменили на план спасения. — Давай, Ромыч, веди!
А ведь и правда: из всей компании Суриков был единственным, кто бывал в этих краях раньше. По его собственным словам, он знал этот природный парк как свои пять пальцев. Конечно, если верить этим самым словам… Каждый в группе понимал, что Ромка мастерски умел приврать, преувеличивая свои подвиги и знания... Но от его командирского тона всем сразу стало легче. Ребятам отчаянно хотелось верить, что он прав.
— Хоть бы не встретить никого по дороге… в таком-то виде… — причитала Лиза, немного успокоившись и отмахиваясь еловой веткой от тучи голодных комаров.
Вид у них и правда был впечатляющий: четверо студентов — поникшие, измотанные, в одном белье. Девчонки дрожали, не переставая, и вся компания со стороны походила на участников какой-то ночной вакханалии, внезапно выброшенных в лесную глушь.
Пробираться в темноте сквозь хвойные дебри становилось всё труднее. Роман уже давно осознал: он ведет друзей наобум. Если вначале он еще пытался выискивать сходство с тем природным парком, где они отдыхали, то теперь, чем дальше они уходили, тем яснее становилось — он никогда в жизни не видел таких исполинских сосен. Подлесок здесь был густым, местами достигая груди, а когда студенты уперлись в первый серьезный бурелом, Ромку прошиб холодный пот... Догадка окончательно превратилась в уверенность: это другой лес... Совершенно другой мир и к лагерю они этим путем не выйдут...
Жуткие крики ночных птиц и колючие лапы незнакомых деревьев, царапавшие кожу в сумраке, только подтверждали его страшные мысли.
— Стойте! — Рита внезапно замерла.
— Ну, чего еще? — Роман нервно обернулся.
— Кажется, я что-то чувствую… — её голос звучал неуверенно, что случалось крайне редко, разве что на самых трудных парах.
— Ты издеваешься, Киреева? — Роман мученически застонал.
— Да погоди ты! — отмахнулась от него Марго.
— Что такое, Рит? Тебе плохо? Замерзла совсем? — засуетилась рядом Лиза.
— Нет… То есть да, замерзла, но дело не в этом. Кажется, пахнет мясом. Жареным мясом! И где-то совсем рядом.
— Я вот ничего такого не чувствую, — недоверчиво фыркнул их «вожак».
— Ну, это ты… А у меня, когда я голодная, обоняние обостряется до предела! — Рита принялась активно втягивать носом прохладный воздух.
— Я и не сомневался, — огрызнулся Рома.
— Да хватит язвить! — вклинился Пашка. — Рит, можешь понять, откуда тянет?
— Попробую… Только замолчите все, мне сосредоточиться надо.
— Так! Закрыли все рты и не отвлекайте её! — Лиза, позабыв о холоде, принялась отодвигать парней от подруги. — Давай, Рита, выведи нас к людям!
— Кажется, нам туда… Налево! — Марго уверенно указала направление.
— Осторожно, там завалы! — воскликнул Роман, глядя на непроглядную стену веток.
— Ничего не знаю, — отрезала Рита. — Нам туда! Дымом тянет оттуда!
Девушка решительно шагнула в чащу, ведомая призрачным ароматом горячей еды.
Бурелом оказался не таким уж непроходимым: всего несколько трухлявых исполинов, рухнувших от старости, да пара сосен, переломленных пополам — их игольчатые верхушки теперь бессильно уткнулись в мох.
— Ну, дает! — прошептал Ромка, когда Марго вывела их на отчетливую звериную тропу.
Здесь уже вся компания почувствовала: дымом пахнет по-настоящему, густо и близко. Кто-то жег молодую хвою — верный способ отогнать вездесущий лесной гнус. Спустя пятнадцать минут напряженного пути сквозь стройные, как колонны, стволы пробились первые багряные блики...
— Так, — Роман резко остановился и обернулся к друзьям, понизив голос до шепота. — Я пойду первым. Мало ли, кто там у костра… Позову вас, если всё будет нормально. А ты, Паш, оставайся с девчонками. Мало ли… вдруг медведь...
— Какой еще медведь? — Лиза испуганно вцепилась в локоть Павла. — Разве в этом парке есть медведи? Ром, почему ты раньше молчал?!
Роман не ответил. Он лишь бросил на Пашку короткий, тяжелый взгляд. Тот серьезно кивнул, понимая всё без слов: «охраняй их». Оставив друзей в тени гигантских сосен, Роман медленно, стараясь не хрустеть ветками, двинулся на мерцающий свет костра.
***
У огня сидело несколько бородатых мужчин. Несмотря на холод, они казались неестественно спокойными, упакованные в плотные, под самое горло, свитера грубой вязки; на некоторых были надеты тонкие шапки. За их спинами в густой тени притаились шатры защитного цвета, больше похожие на военные палатки. Один из мужчин, устроившись у самого кострища, медленно вращал вертел, на котором шипели и исходили соком тушки какой-то мелкой дичи. Они вполголоса переговаривались, изредка негромко смеясь, и со стороны обстановка могла показаться почти уютной... если бы не место и не время.
— Тихо! — вдруг один из них вскинул руку, обрывая разговор на полуслове.
Лагерь мгновенно оцепенел. Мужчина отрывисто кивнул сидящему у вертела бородачу. Тот, не раздумывая, голыми руками перехватил край раскрасневшегося, сочащегося искрами полена и швырнул его в ближайшие заросли. Вспышка света на миг выхватила из темноты корявые стволы, и все прислушались, ожидая рывка дикого зверя... Но вместо зверя из ночной тени, щурясь и спотыкаясь, вышел молодой парень... Он высоко поднял руки, и в свете костра его почти обнаженное тело казалось мертвенно-бледным.
— Не стреляйте! — тут же крикнул Ромка.
Он точно знал, что люди, ночующие в такой глуши, не могут быть безоружны... Его голос дрожал, и он поспешил обозначить свои мирные намерения, пока в него не всадили пулю. Мужчины хмуро переглянулись... В их глазах не было ни сочувствия, ни удивления — лишь холодное, оценивающее любопытство...
— Ты откуда здесь взялся, парень? — подал голос тот, что первым почуял чужака.
— Ох… — Роман затрясся то ли от холода, то ли от запоздалого страха. — Это трудно объяснить. В общем, понимаете, мы с друзьями…
— С какими еще друзьями? — перебил его человек у костра, не переставая вращать вертел. — С воображаемыми, что ли?
Он поднял на Романа тяжелый взгляд, и в бликах огня его зрачки казались совершенно черными.
— Хех… — Ромка выдавил из себя вежливую улыбку, хотя зубы уже начинали выбивать дробь. — Нет, они вполне реальные. Можно мне к костру? Замерз — сил нет...
Главный из мужчин молча кивнул, коротким властным жестом приглашая его к огню.
— Спасибо большое! — Роман сделал шаг к теплу, чувствуя, как кожу покалывает от жара. — Хотите, я позову остальных? Я им велел в кустах переждать… Мало ли, кто тут у огня может сидеть. Сами понимаете...
— Это верно, — отозвался бородач, и в его голосе проскользнула странная, сухая усмешка. — По ночам в тайге народу немного бывает... Лишняя осторожность не помешает....
Ромка, уже собиравшийся протянуть руки к пламени, замер... Он медленно обернулся к мужчине, не веря собственным ушам, а внутри всё похолодело сильнее, чем от северного ветра.
— Как это… в тайге? — пробормотал он, глядя на незнакомца как на сумасшедшего. — Какой еще тайге?
Но осознание уже накрывало его липкой волной. Не дожидаясь ответа, он сорвался на крик:
— Пашка! Паш! Скорее, веди всех сюда!
Ближайшие заросли тут же заходили ходуном, и из темноты на свет костра начали выбираться перепуганные друзья.