Знаете это чувство, когда на кухне дым коромыслом, но не потому, что что-то горит, а потому что творится магия? В нашей семье кулинария — это отдельный вид спорта, где мы с шестнадцатилетним сыном Левой выступаем в команде. И пока что счет примерно равный.
Леве 16, и у ннеговысокофункциональный аутизм. А еще у него есть мама, которая поставила цель -научить жить особенного сына в этом мире самостоятельно и автономно на все 100%. Он обязан уметь обслужить себя сам, даже если вокруг будет «тишина и пустота» (читай между строк: мама задержится на работе или уедет в командировку).
Мы не гонимся за звездами Мишлен. Наши кулинарные победы измеряются другими категориями: спокойствием, сенсорной совместимостью и тем фактом, что плита осталась цела.
Вчера, например, у нас был «День Азии». Мы вместе делали вок. Лева ответственно нарезал перец кубиками (строго 1х1 см, иначе текстура будет «неправильной») и следил, чтобы соус не бурлил слишком агрессивно. Это было шумно, пахло имбирем и требовало от меня титанических усилий, чтобы не выхватить у него лопатку и не сделать "быстрее и лучше". Получилось вкусно. Даже очень. Но в процессе я поймала себя на мысли, что как только я выхожу за порог, Лев сделает все лишь бы не готовить. Самое простое это играть в ждуна, умирая с голода. Мое воображение рисует апокалипсис.
Серьезно. Когда Лева дома один, мне легче представить падение метеорита или зомби-апокалипсис, чем его, самостоятельно жарящего котлеты. Масло шипит, брызги летят...ужас имкошмар аутиста. Для нейротипичного подростка это просто ужин, а для нас с Левой — потенциальный стресс-тест для нервной системы (и моей, и его).
Но не все так грустно. Если наступит тот самый апокалипсис, с голоду он, пожалуй, не умрет. Просто рацион будет специфическим.
Лева — виртуоз яичной темы. Он умеет отваривать яйца до состояния «идеально всмятку» с точностью до секунды. Этому я его учила 2 года. Он так же жарит яичницу с беконом, на этот навык мы потратили ссего год с небольшим. В магазине можно купить пельмени... он не просто варит, а проводит ритуал: чтобы они плавали в кастрюле «как белые уточки» и ни в коем случае не слиплись.
А недавно он освоил программу-максимум на случай «ну совсем холодно и грустно» — помимо базового навыка заваривать себе чай с молоком... он научился варить латте в турке. Для парня, который тщательно фильтрует запахи и текстуры, это личный подвиг. И да, иногда кофе сбегает, но это уже мелочи.
Однако главное мое достижение как мамы даже не в этих ресторанных изысках. Главное — мы победили в бытовой рутине.
Я поняла, что готовка еды и обеспечение себя едой — это разные вселенные. Можно уметь испечь сложное печенье (мы печем его вместе, и это наша медитация), но не суметь просто поесть, когда мамы нет рядом. Это проблема не только аутистов, но и многих нейротипичных детей.
Поэтому сейчас наш фундамент — это умение открыть холодильник, достать контейнер с моей вчерашней едой, снять крышку, поставить в микроволновку, нажать кнопку, а после — помыть за собой посуду.
Звучит просто? Для нас это шаг вперед и два вверх. Потому что мало съесть, надо еще и оставить кухню в состоянии "до меня". Лева справляется. Не всегда с первого раза, не всегда без напоминаний, но это уже закрепленный навык. В этом подходе к проблеме я увидела выход. Не надо пытаться научить своего особенного ребёнка быть таким как все. Надо научить его справляться с базовыми вещами. Он обязательно после этого двинется дальше, ничто и никто не стоит на месте. Аутистичный подросток с овладением нового навыка получает уверенность и мотивацию учиться дальше.
И пусть успехов будет мало. Они маленькие, кухонные, пахнущие то подгоревшим кофе, то идеальным яйцом всмятку. Но мы продолжаем идти вперед. Осваиваем новые вершины. И пусть пока котлеты жарю только я, я точно знаю: если в доме есть яйца, бекон и турка, мой Лева не пропадет. А если их нет, то навык ходить в магазин освоен давно.