Жизнь на вахте — это всегда истории на контрастах: хорошие деньги против сурового быта, романтика природы, но угроза жизни, почет и признание и тут же задержки зарплаты. Муксун.fm пообщался с вахтовиками, которые честно рассказали о деньгах, трудностях вдали от дома и чем их манит Север.
О первой поездке на вахту и причинах возвращения на Север
Роману Савченко 24 года, он из небольшого поселка в Омской области. По вахтам ХМАО и ЯНАО разъезжает около 6 лет. Работает водителем самосвала. На первые заработки отправился сразу после армии по приглашению отца, который тоже в то время работал на Севере.
«Было интересно, как это будет. Я тогда вернулся из армии и сразу через две недели уехал на первую вахту. Сразу на четыре месяца. Я был в шоке. После армии не успел адаптироваться и многое было дико. Мне не было тяжело в плане то, что долго вне дома, на это как-то внимание не обратил, тяжело в плане отреченности от мира, что нет связи, разговоров — это напрягало. Плюс я был молодой, а все работники в возрасте, были и дедушки, очень тяжело. Было желание все бросить и уехать», — говорит Роман.
На мнение о том, что на вахту все ездят за длинным рублем, отвечает утвердительно, что это не так. Сейчас молодой человек пытается через прокуратуру добиться от работодателя выплат еще за осеннюю вахту — порядка 250 тысяч рублей. При этом бросать Север не собирается. Нашел новую компанию и готовится в очередную вахту. Для него — это ощущение свободы.
«Вот ты уехал, допустим, на два или три месяца на вахту, отработал, вернулся и тебя никто не трогает полтора месяца. А когда в городе работаешь, то каждый божий день, по сути, ходишь на работу, а потом еще в коротком отпуске умудряются достать», — поясняет вахтовик.
Олег Кабанов по профессии — системный администратор. Работает вахтами на месторождениях Ямала с 2017 года. В его ведении радиорелейные и спутниковые каналы связи и все компьютеры, которые находятся на буровых. Начинал в тюменской компании, которая бурила в 300 километрах от города, но всегда хотелось отправиться на Север, где работают суровые мужики.
«В 2022 году устроился в компанию в Новом Уренгое. Они обслуживали буровые на всех месторождениях до Ямбурга. После этого, предложили отправиться на самый край полуострова — на Тамбейское и Малыгинское месторождения. Я не стал отказываться и с тех пор мои вахты проходят там», — говорит собеседник.
Работа вахтой в ХМАО: плюсы, минусы и подводные камни. Честные отзывы вахтовиков
По его словам, единственное, что стабильно в работе — это график вахт: 30 на 30. Однако из-за погодных условий бывает, что вертолет не может прилететь, поэтому, если находишься на буровой, то просто сидишь и ждешь, когда заберут. Самое большое ожидание длилось 12 дней.
Быт на вахте: кому общага, а кому — старый вагончик
Опытные вахтовики давно привыкли к трудным условиям быта на месторождениях ХМАО и ЯНАО: жить и питаться в вагончиках, посещать туалеты — из трех палок; есть, конечно, и комфортабельные, но они либо галочки, либо для инженеров и на ключе.
Но и это не самое трудное. Главная беда, признаются вахтовики, отсутствие связи на объектах. Особенно перебои стали ощутимы в последние годы на фоне угроз атак БПЛА.
«Как жили в вагончиках, так и живем. Ничего не меняется. От слова совсем. Единственная проблема сегодня — отсутствие связи. Становишься совсем изолированным от мира. Ни созвониться ни с кем, ни списаться с семьей. Это больше всего напрягает. И еще, когда в тайге на месторождении в ХМАО работаешь, постоянно дикие звери заходят. У нас на территорию не раз медведи заходили. И так все время сосредоточенность нужна, но из-за них еще большее напряжение», — рассказывает Роман.
Парень живет в вагон-городке и отмечает, что обычные работяги устроены на месторождениях намного скромнее, чем те же инженерно-технические работники (ИТР).
«У них в общаге, получается, свои кабинки в душевых, а у работяг — общие бани. С туалетами у нас вообще беда, честно, проще на улицу сходить. У инженеров — свой обустроенный туалет и они его закрывают на ключ. Из развлечений у нас только фильмы в телефоне. Потому что телевизоров — нет. То, что дома накачаешь из фильмов на всю вахту, то и смотришь. Но могу сказать, что очень скучно. Да и водители, слесаря, сварщики — все эти работяги, они обычно сильно устают за смену, поэтому на развлечение сил не остается. ИТР и начальники, которые живут в общежитиях менее загружены, они и в волейбол, и футбол играют каждый день. У них есть обустроенные зоны отдыха», — делится болью всех работяг Роман.
Его коллега Руслан отработал на Севере 2,5 года. Он рассказывает, что помимо условий есть проблема и с запчастями. Многие слесаря работают в неотапливаемом арочном ангаре, который защищает чисто от ветра.
Миллиарды, господдержка и жилье за границей: чем живут самые богатые нефтяники ХМАО
На месторождениях Ямала, по словам Олега Кабанова, опасно везде. Лететь на вертолете — опасно, ходить по городку — опасно, по самой буровой — еще более опасно.
«Всегда нужно быть настороже. Бытовых трудностей тоже много. У нас на буровой два туалета на 140 человек. На первый раз — это дико, на второй раз — ужасает, на третий — ну, окей. Чувствуется сокращение расходов на бытовые нужды. Очень сильно урезают бюджеты отделов механиков, буровиков. Наши доставки и выезды тоже стали заметно экономнее. Если в Москве задерживались, то оплачивали гостиницу, такси из дома в аэропорт, сейчас этого ничего нет», — говорит Олег.
По его словам, в некоторых компания началась практика, когда разрешается вахтовикам покупать билеты до определенной суммы, например, до 30 тысяч рублей. Этот механизм работает только тогда, когда покупаешь билеты за месяц или две недели. Если за два-три дня берешь, то уложиться в сумму нереально, билет может стоить 40-50 тысяч.
Испытания межвахтой, или как зумеры покоряют Север
Одни из самых любопытных тем, которые гуляют в сети Интернет, это суеверия вахтовиков и жизнь зумеров на вахтах. По словам, Романа он в приметы особо не верит.
«У нас из суеверий только одно, если перед выходом на смену что-то сломалось, даже самое мелкое, например, лампочка перегорела, то сразу переживаешь, что смена не удастся. Вот такие у нас глупые мысли», — говорит Роман.
У буровиков, отмечает Олег, действительно много примет. Да и у него самого есть своя, личная.
«У меня борода. Перед вахтой всегда постригаю и с момента выхода из дома не брею и не стригу до момента возвращения домой. Обрастаю и выгляжу, конечно, жутко. У буровиков, тоже есть свои приметы. Когда они начинают забуривать скважину, бросают монетку. Некоторые ребята перед вахтой получают перчатки и с ними живут всю вахту, хоть они и грязные, и рваные, но они всегда в карманах. Говорят, приносят удачу. У каждого свое. Но никто не покажет этого. Все ж суровые сибирские мужики», — поясняет Олег.
Зумеры отдельная тема для прожженных вахтовиков. В крупные нефтегазовые компании действительно молодежь тянется. В последние две вахты, как уточняет Олег, новичками оказались несколько парней. Но смотреть на них было тяжело, говорит собеседник.
«Когда ты видишь в самолете человека в кроссовках, а мы летим на Ямал, где по колено сугробы, а до городка нужно дойти пешком, думаешь, как он сильно удивится по прилету. Конечно, им выдают спецодежду и можно сразу переодеться. Потому что лететь с пересадками с дозаправкой, и пока ждешь заправку на морозе все промерзает», — вспоминает Олег.
Вахту выдерживают не все, однако бежать им некуда, поэтому приходится дорабатывать. Во второй раз на месторождения возвращаются единицы.
«Бывают случаи, когда самолеты просто не прилетают с провизией, и на руках у бригады в 15 человек может быть 3 килограмма риса и четыре банки тушенки. У нас был такой случай. Ребята „танкисты“, работают на гусеничной технике, они прям с озера привозили болотную воду, ее кипятили, на ней готовили, ее же и пили. В эту кампанию тоже были моменты. В столовой только рис, гречка и макароны изо дня в день. Для молодых это дико, но, когда в этом живешь, то становится нормой», — говорит Олег.
«Куда-то мы тянем трубу». Группа «Ленинград» написала песню про вахтовиков
По словам Романа, он самый молодой в своей бригаде. Зумеры обычно устраиваются туда, где открываются новые предприятия, предлагающие комфортабельные общежития и современную технику для работы.
«Новые фирмы, которые заезжают на объекты, у них сильно отличается подход к условиям работы и содержанию вахтовиков. Именно туда и тянется молодежь. Зумеры не хотят связываться с организациями-пережитками прошлого. У новых фирм современная техника, нормальный жит-быт — это не вагон-городок, а нормальные комфортабельные общаги. И там, скажу, молодежи — много. А вот в такие организации-старожилы, как у нас, где живут в вагон-городках, техника „Уралы“ да „Камазы“, молодежи практически нет», — отмечает Роман.
Женщины, деньги и каждый раз новый ребенок
Вопрос заработка и личной жизнь вахтовиков тоже зачастую обрастает мифами. Реальность такова, что о женщинах на Севере думать некогда, зарплаты могут быть наравне с заработком в городе, а жены пока супруг рискует жизнью на вахте действительно могут подать на развод.
«Тем у кого есть дети, еще проще, а у кого нет детей, то там все печально. Много случаев у знакомых на вахте, что жены ушли. Есть такое и это очень часто. Тут кому как повезет, у кого-то девушки ждут, у кого-то врут, что ждут, а у кого-то сразу уходят. Мне повезло. Это же еще и от человека зависит. Жена сейчас в декрете, сидит с дочкой. Тяжело без них, когда на три месяца уезжаешь. Особенно, когда связь поймаешь, услышишь голоса, хочется все бросить и домой. Дочь быстро растет. Каждый раз уезжаю на вахту, а когда приезжаю — это другой ребенок. Вот приехал с последний вахты, жена говорит: „поехали, встретим дочь из садика“. Зашли, а она меня не узнала и пробежала мимо меня. Только дома подружились» — рассказывает Роман.
«Эти все разговоры про заработки, они из тоже же истории, что когда вахтовики приезжают домой, они сразу начинают бухать. На самом деле такого нет. Все мои коллеги прекрасно понимают, что в запое просто просаживаешь свое здоровье и деньги, которые тяжело достаются. Зарплаты — это главная проблема. Моя зарплата на Севере относительно Тюмени на 20-30 тысяч больше. У меня есть знакомый, который работал мастером буровой. Он получал 180 тысяч рублей за 15 дней. Сейчас он устроился курьером и говорит, что деньги те же самые, но никакой ответственности», — объясняет Олег.
В свое время Олег тоже пытался перестать бросить вахтовый метод работы, но все равно вернулся на Север. Во многом — это привычка, но в то же время, он отмечает, там своя атмосфера — «все как-то проще, понятно да и люди другие».
«Дату выбрал астролог»: экс-жена Гуфа и шурин мэра из ХМАО поженились в Индонезии
Ранее сообщалось, что высокий кадровый аппетит наблюдается в Югре вовсе не в нефтебизнесе и девелопменте. Острый дефицит работников отмечается в сфере торговли. Больше всего торговым предприятиям не хватает курьеров.