Правда ли, что через 20 лет Африка повторит китайское экономическое чудо? На чем основаны такие расчеты? Сохранилось ли у африканцев теплое отношение к России, которое сформировалось еще в советские времена? В каких цифровых технологиях страны Африки являются мировыми лидерами прямо сейчас?
Эти и другие темы в программе “Время науки” на Радио “Комсомольская правда” (97,2 FM) обсуждали:
- радиожурналист Мария Баченина,
- академик РАН Александр Сергеев, научный руководитель Национального центра физики и математики (НЦФМ),
- их гость – директор Института Африки РАН Ирина Абрамова, профессор, член-корреспондент РАН, доктор экономических наук.
КАК ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ ДИВИДЕНД ПРЕВРАТИТ АФРИКУ В НОВОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЛИДЕРА?
Мария Баченина:
- Ирина Олеговна, представление об Африке большинства простых людей, основываются на школьных знаниях, детской и приключенческой литературе. А можете кратко описать, что такое Африка сегодня?
Ирина Абрамова:
- Очень просто: Африка – это будущая фабрика мира. То экономическое чудо, которое мы видели в Китае, буквально лет через двадцать произойдет в Африке. И нам к этому нужно готовиться уже сейчас. Важно понимать, что роль континента в ближайшие 20–30 лет очень быстро будет меняться.
Александр Сергеев:
- Вы предполагаете, что Африканский континент сможет претендовать на лидирующие мировые позиции в экономике?
Ирина Абрамова:
- Тут очень интересный расклад. Для того, чтобы выбиться в экономические лидеры, в первую очередь, необходимы природные ресурсы и так называемый демографический дивиденд. Один из решающих факторов колоссального прогресса Китая заключался в том, что что молодое население Китая активно влилось в экономику страны и обеспечило быстрый прирост трудовых ресурсов.
Мария Баченина:
- А что такое демографический дивиденд?
- Это когда количество трудоспособного населения намного больше, чем нетрудоспособного. Если трудоспособное население в два раза превышает неработающее, получается резкий взрыв экономического роста. Это моя тема, я изучала ее, естественно, не только на примере Африке. Точно такой же эффект в разные исторические периоды мы видели и в Европе, и в Соединенных Штатах Америки, и в Китае, и в Индии. Еще в 2011 году, когда про Индию еще не очень активно говорили, я написала, что следующим государством, которое покажет необыкновенные экономические успехи, будет Индия. При этом я немножко ошиблась: написала, что это будет в 2030 году, но скачок произошел уже в 2024–2025 годы. Сейчас Индия по темпам экономического роста уже опережает Китай.
В Африке такой переход, когда экономически активное население будет в два раза превышать экономически неактивное, произойдет где-то к 2040 году. Сейчас 42% африканского населения – это молодежь моложе 14 лет. Они должны подрасти, и тогда это будет огромный стимул для экономического роста. Но возникает второй вопрос: каким будет это население? Насколько оно будет образованным? Насколько сможет овладеть теми технологиями, которые определяют сегодня развитие нашего мира?
ЗА АФРИКУ ИДЕТ НАСТОЯЩАЯ ГЕОПОЛИТИЧЕСКАЯ СХВАТКА
Александр Сергеев:
- А со второй составляющей экономического бума - с природными ресурсами, в Африке все в порядке?
Ирина Абрамова:
- Африка по своим природным ресурсам, занимает одно из лидирующих мест в мире. На нее приходится примерно треть мировых ресурсов. И они до конца не исследованы, каждый год открываются новые месторождения. И эти ресурсы еще не до конца распределены между мировыми игроками.
Сегодня, по сути дела, идет геостратегическая схватка за Африку между различными игроками - старыми и новыми. С одной стороны, это Европа - бывшие колонизаторы, с другой - Соединенные Штаты Америки, с третьей - молодые лидеры: Китай, Индия и Бразилия. А в последние годы очень активно на африканском континенте ведут себя Турция и ОАЭ.
Мария Баченина:
- А сама Африка хочет освоение своего богатства отдать на аутсорсинг?
Ирина Абрамова:
- Африка понимает, что вокруг нее формируется конкурентная среда, она из объекта постепенно превращается в субъект международных отношений. Потому что у нее появляется право выбирать, с кем она будет взаимодействовать? Поэтому каждый, кто хочет прийти в Африку и воспользоваться ее возможностями, должен понимать, что у него будет очень высокая конкуренция, и нужно предложить что-то такое, чего не смогут предложить другие игроки.
Александр Сергеев:
- Насчет демографического дивиденда: Китай долгое время был страной с самым большим населением в мире. Но сейчас там идет откат, численность населения каждый год сокращается на 5–10 миллионов. А сколько людей живет в Африке?
Ирина Абрамова:
- Сегодня это 1,5 миллиарда человек. По самым скромным прогнозам, к 2100 году, в Африке будет сосредоточено 40 процентов населения планеты. Самая высокая рождаемость в мире и самые высокие темпы прироста населения именно в Африке. Но нам нужно не забывать о том, что Африка неоднородна. Если Китай, как и Индия — это одна страна (хотя в Индии огромное количество разных народов), то в Африке не только разные народы, но и 54 страны.
РОССИЯ ПРЕДЛАГАЕТ ТЕХНОЛОГИИ И ОБРАЗОВАНИЕ
Александр Сергеев:
- Мы говорим сейчас о понятном интересе разных стран мира. Мы знаем, что Китай очень много инвестировал в Африку. Сейчас Соединенные Штаты начинают обходить Китай по вложениям. У России нет такого инвестиционного ресурса. Как мы со своей стороны будем Африку располагать к себе? Как будем участвовать в создании этого экономического гиганта XXI века?
Ирина Абрамова:
- Этот вопрос - что мы можем предложить Африке? - ставился, когда шла подготовка ко Второму саммиту Россия - Африка в 2023 году. Я очень много общалась с самими африканцами и, если оставить за скобками тему безопасности, они всегда называли две вещи — это российские технологии и образование. Помощь России должна заключаться в научно-технологическом и образовательном партнерстве.
Мария Баченина:
- А готовы ли африканцы воспринять новые технологии? Как они будут там приживаться?
Ирина Абрамова:
- Когда я выступаю перед различными аудиториями, то всегда задаю вопрос: с какими словами у вас ассоциируется Африка? И всегда называют - голод, бедность, конфликты... Это абсолютно не так! Конечно, эти проблемы в Африке присутствуют. Но удивительный экономический энтузиазм, желание учиться и развиваться – это то, что Африке тоже присуще в высшей степени. Иногда возникает такое ощущение, что Африка перескочила этап индустриального развития и сразу оказалась в цифровой действительности. Если мы возьмем цифровые технологии, тут Африка может дать сто очков вперед многим странам. Потому что первый в мире онлайн-платеж произошел не в Америке, и не в Европе, а в Кении. Одно из важных направлений – это финтех, потому что африканцы именно в силу своей молодости прекрасно воспринимают современные технологии. По криптовалютам Кения, ЮАР и Нигерия входят в десятку наиболее развитых стран. Нигерия перешла на цифровую валюту, если я не ошибаюсь, в 2023–2024 году и электронная найра сейчас прекрасно работает. Руанда планирует отказаться от бумажных денег.
Африканцы схватывают все новое на лету. Я в свое время решила посмотреть, какие же достижения мирового уровня были сделаны в Африке. Для начала это две Нобелевские премии ученых из ЮАР, одна - за компьютерную томографию, вторая - за расшифровку генома человека. Я уже молчу, что первая пересадка сердца тоже была произведена в ЮАР. Если мы по другим странам возьмем, то, например, литий-ионный аккумулятор, про который все сейчас активно говорят в связи с переходом на электромобили, был изобретен марокканским ученым. У африканцев очень много достижений, связанных с борьбой с инфекционными болезнями. В сфере химии Эфиопия имеет очень сильные позиции, наши российские ученые с ними активно сотрудничают. Опять же, не будем забывать, что в начале 1980-х годов ЮАР сделала атомную бомбу, а это уровень очень высоких технологий (затем африканцы добровольно уничтожили свой арсенал, это единственный случай в истории - Ред).
ВВП НИГЕРИИ К 2030 ГОДУ БУДЕТ СРАВНИМ СО СТРАНАМИ ЕВРОСОЮЗА
Александр Сергеев:
- Понятно, что мы не можем охватить весь континент, на какие страны мы ориентируемся? Какие у нас точки входа в Африку?
Ирина Абрамова:
- Россия традиционно сотрудничала со странами Северной Африки плюс ЮАР. На них традиционно приходится примерно 80% товарооборота. До сих пор нашим основным партнером в Африке остается Египет. А вся Африка южнее Сахары выпадала. И очень часто перед экспертами ставятся задачи: выделите нам группу стран, с которыми мы будем в первую очередь сотрудничать. Но проблема в том, что в Африке очень многое зависит от ориентации элит и от тех возможностей, которые есть у нас. Все это усложнилось в связи с санкциями, я имею в виду логистику, проблему платежей и так далее. Поэтому сегодня нам нужно выбирать страны, которые очень лояльны по отношению к России, не боятся санкций, где у нас есть точки взаимного интереса.
Александр Сергеев:
- А какие государства на африканском ландшафте станут экономическими лидерами лет через 20–30? Я посмотрел по оценкам, у Нигерии чуть ли не к 2030 году будет ВВП, сравнимый с европейскими странами.
Ирина Абрамова:
- Этих нарождающихся гигантов на самом деле четыре: традиционно ЮАР и Египет, плюс Эфиопия и конечно, Нигерия. Со всеми этими странами мы поддерживаем тесные контакты, хотя уровень товарооборота несопоставим. В Эфиопии находится столица Африканского союза, там население 130 миллионов человек, страна, конечно, бедная, но очень перспективная. Так вот с Эфиопией у нас товарооборот чуть больше 100 миллионов долларов. А с Египтом - больше 6 миллиардов. Нигерия очень интересная для нас страна, огромная по населению - под 300 миллионов жителей. Некоторые оценки дают даже 350 миллионов. Конечно, правительство достаточно проамериканское, но на уровне регионов, которые имеют достаточно большие права, нам было бы очень интересно взаимодействовать.
Что касается других стран, сейчас выделяется альянс государств Сахеля - Мали, Буркина-Фасо и Нигер. Это бывшие французские колонии, которые после формального освобождения остались под очень сильным влиянием Франции. Например, они входят в зону франка. А что это значит? Это значит, что весь их золотой резерв хранится в Париже, и они свою валюту печатать даже не могут, соответственно все экономические рычаги находятся в руках у Франции.
В АФРИКЕ ДО СИХ ПОР ПОПУЛЯРНЫ НАШИ “УАЗИКИ”
Мария Баченина:
- Та дружба, которая у нас была с Африкой во времена СССР, она в исторической памяти африканцев сохранилось? Или пришли новые поколения, которые не помнят эти времена?
Ирина Абрамова:
- Африканцы, в том числе молодые люди, конечно, помнят, что для них сделал Советский Союз. Среди старшего поколения много выпускников наших вузов, мы за всю историю подготовили для Африки 700 тысяч специалистов с высшим образованием. Они наши друзья. Это теплое отношение передается молодежи через рассказы отцов и дедушек, потому что там очень сильна традиционная семья и к мнению старших относятся с большим уважением. Поэтому я всегда говорю, что доброе отношение к России – это наш политический капитал.
Мария Баченина:
- А кто из больших держав лидирует в глобальном соперничестве за Африку?
Ирина Абрамова:
- Я думаю, Китай. Потому что Китай проводит системную политику и смотрит на десятилетия вперед. Мы, к сожалению, работаем в моменте. Допустим, нам надо сейчас продать зерно, тогда мы смотрим на африканские рынки. Китай играет вдолгую абсолютно по всем трекам. Турки, кстати, очень активны, хотя страна в экономическом плане намного слабее России. Но Турция превратилась в авиационный хаб между Европой и Африкой. Они везде строят отели, развивают портовую инфраструктуру. И турки, с которыми я общалась, говорят: вы не представляете, какое это золотое дно.
Александр Сергеев:
- А есть какие-то позитивные примеры, когда на континент пришел наш крупный бизнес, установил хорошие отношения и реализовал какой-то важный проект?
Ирина Абрамова:
- У нас в Африке традиционно работают наши крупные компании. Во-первых, «Русал», потому что Гвинея – 25% мировых запасов бокситов (это сырье для производства алюминия - Ред). Компания «Ренова» занимается марганцем и довольно активно работает в ЮАР. Росатом тоже заметная фигура, последний пример это строительство атомной электростанции «Эль-Дааба» в Египте. «Алроса» долгое время работает в Анголе. “КамАЗ” в свое время неплохо продавался. Кстати, в Африке очень популярны наши “уазики”, это незатейливые автомобили, но они мало ломаются, и до сих пор африканцы на них очень много ездят. Довольно неплохо развивается фарма, наши фармацевтические компании с удовольствием туда идут. Но часто бизнес боится вкладываться в Африку. Почему? Во-первых, специфический образ Африки: что там запросто убьют, зарежут, они бедные, платить не будут. Во-вторых, вопросы логистики. Например, нам запрещено заходить в какие-то порты, потому что страны боятся санкций. Тем не менее, наши компании умудряются развивать проекты на континенте. Но вопрос в том, что у нас не существует четко сформулированной государственной политики поддержки нашего бизнеса.
Наша экономика сейчас находится в достаточно сложном положении. У нас идет Специальная военная операция, на это отвлекаются огромные ресурсы, нас обложили санкциями со всех сторон… И в этом плане нужно принимать какие-то нестандартные решения. Их нужно принимать на основе глубокого знания об Африке, ее специфики, понимания инвестиционных кодексов, правил принятия решений в той или иной стране. Поэтому очень важно развивать такую науку, как африканистика.
ЭМАНСИПАЦИЯ ШАГАЕТ ПО КОНТИНЕНТУ
Мария Баченина:
- Народы Африки никогда не хотели объединиться в какое-то африканское созвездие, стать самой большой и густонаселенной страной в мире?
Ирина Абрамова:
- Объединиться в одно созвездие они не смогут в силу исторических и культурных традиций. Там более двух тысяч разных народов, столько же языков. Но, тем не менее, они стремятся представлять единую силу. В 1963 году была создана Организация африканского единства (ОАЕ), которая затем переросла в Африканский союз. У них есть программный документ, он называется «Повестка-2063». Основная цель - к 2063 году (это столетие с момента создания ОАЕ) увидеть процветающую современную Африку, где главной ценностью будет человек. Они считают, что развитие должно быть не самоцелью, конечная задача - повышение уровня жизни каждого африканца, возможность полноценной самореализации личности. У них существует женская повестка, которая очень активно развивается. Например, по количеству стартапов в Африке лидируют именно женщины…
Мария Баченина:
- Там прямо эмансипация идет?
Ирина Абрамова:
- Да, эмансипация идет очень активно.
Мария Баченина:
- Несмотря на то, что там ислам.
Ирина Абрамова:
- Это тоже заблуждение. В Африке примерно 60% населения — это христиане, где-то 40% - мусульмане. Но надо сказать, что этот баланс все время сдвигается в сторону роста мусульманского населения. Это связано с тем, что активно себя ведут страны Персидского залива, Объединенные Арабские Эмираты, Саудовская Аравия. Поэтому я и говорю, что мы должны использовать то доброе отношение к нам, которое африканцы сохранили. Это для нас очень важно.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Жизнь во Вселенной - рутинное дело: в ближайшие 50 лет она будет обнаружена инструментально
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru