Фильм Никиты Михалкова "Свой среди чужих, чужой среди своих" собрал на одной площадке созвездие актёров, чьи судьбы оказались порой драматичнее любого сценария.
Давайте заглянем в их жизни — от молодости, когда они только входили в кадр, до последних лет, когда занавес уже готовился опуститься.
Юрий Богатырёв: от рижского мальчишки до трагедии на улице Гиляровского
Егор Петрович Шилов — так звали его героя в фильме, чекиста с пронзительным взглядом. А за кадром стоял человек, родившийся весной сорок седьмого в Риге, когда страна ещё залечивала раны войны.
Его отец, Георгий Андрианович, служил офицером на флоте, и в пятьдесят третьем семью перебросили в Москву — отца как одного из лучших направили прямиком в штаб военно-морских сил.
Детство Юры прошло не у моря, а в московских дворах, где он устраивал кукольные представления и зачитывался до дыр альбомами для рисования. Два страстных увлечения — куклы и кисть — определили его тягу к образам, хотя путь к актёрству был извилист.
После восьмилетки в шестьдесят четвертом он поступил в Художественно-промышленное училище имени Калинина. Представьте: будущая звезда экрана собиралась проектировать узоры для ковров!
Но театр не отпускал. В шестьдесят пятом Богатырёв нашёл себя в детском кукольном театре «Глобус», где юные энтузиасты не просто дёргали за ниточки марионеток, а ходили на спектакли, в музеи, впитывали атмосферу Дома актёра. Два года спустя — прыжок в профессию: Московское Театральное училище имени Щукина, курс Юрия Катина-Ярцева.
К моменту съёмок у Михалкова Богатырёву было всего двадцать семь. Молодой, со строгими чертами лица и внутренней силой, он идеально вписался в образ революционного времени.
А спустя четырнадцать лет — в январе восемьдесят первого — он получил звание заслуженного артиста РСФСР, а в марте восемьдесят восьмого стал народным.
Но финал жизни оказался страшнее любого триллера. Вечер первого февраля восемьдесят девятого: Богатырёв получил гонорар от итальянцев за участие в картине "Очи чёрные" и устроил в своей квартире на Гиляровского праздник с друзьями.
Ближе к полуночи сердце не выдержало — то ли от напряжения, то ли от жизни на износ. Приехавший фельдшер «скорой» попытался спасти актёра, введя препарат прямо в сердце. Но лекарство было несовместимо с алкоголем. Смерть наступила мгновенно, как обрыв киноленты.
Не дожив месяца до сорока двух лет, Юрий Георгиевич Богатырёв ушёл из жизни в ночь со среды на четверг, в крохотной московской квартире, где ещё час назад смеялись друзья.
Анатолий Солоницын
Василий Антонович Сарычев, председатель губисполкома — роль, требующая аскетичной внутренней силы. Анатолий Солоницын вошёл в этот образ как монах в храм.
Родился он в конце лета тридцать четвёртого в Богородске Горьковской области. Никакого театрального детства — работа на заводе с пятнадцати лет. В пятьдесят первом-втором он был слесарем-весоремонтником на Саратовском заводе, чинил механизмы, пока не решил доучиться в школе.
Девятый и десятый классы закончил уже в зрелом возрасте — с пятьдесят второго по пятьдесят четвёртый.
Затем снова завод — сельхозмашин имени Фрунзе, уже слесарем-инструментальщиком. Две профессии, один путь — через пот и металлическую стружку. Но внутри зрела другая жизнь, та, что вырвется на экран в работах Тарковского, где Солоницын станет символом духовного поиска.
К середине семидесятых, когда снимали "Свой среди чужих", Солоницын уже был состоявшимся мастером. А в августе восемьдесят первого получил звание заслуженного артиста РСФСР.
Но судьба готовила жестокий финал. В том же восемьдесят первом, во время съёмок в Монголии, он упал с лошади и сильно ушиб грудь. В больнице обследование выявило страшный диагноз — рак лёгких. Одиннадцатого июня восемьдесят второго Анатолий Солоницын скончался в Москве.
Его похоронили на Ваганьковском кладбище, участок тридцать семь. Памятник на могиле стал последним актом уважения к таланту: фигура монаха, выходящего из церковного портала — образ Андрея Рублёва, той самой роли, что сделала его бессмертным. Леонид Филатов посвятил ему восьмую главу своего цикла "Чтобы помнили" — попытка удержать в памяти того, кто сам был живой памятью кино.
Сергей Шакуров: акробат, командир эскадрона и вечный романтик
Андрей Тимофеевич Забелин — командир эскадрона, всадник революции. Сергей Шакуров въехал в этот образ с той же лёгкостью, с какой делал сальто на акробатической дорожке.
Родился первого января сорок второго в Москве, в самый разгар войны, когда новогодние праздники были роскошью, а не традицией.
Театральная судьба началась благодаря рекомендации драматурга Виктора Розова — в шестьдесят первом юноша поступил в школу-студию при Центральном детском театре.
Три года обучения — и в шестьдесят четвёртом он уже актёр. Театр на Малой Бронной принял его на год, потом с шестьдесят пятого по семьдесят первый он служил в Центральном академическом театре Советской Армии. С семьдесят первого по восемьдесят седьмой — драматический театр имени Станиславского. Позже — МТЮЗ.
К моменту съёмок у Михалкова Шакурову было тридцать два — возраст мужской зрелости и актёрской уверенности. В августе восьмидесятого он стал заслуженным артистом РСФСР, а в июле девяносто первого — народным артистом уже новой России.
Но главная особенность Шакурова — спорт. Всю жизнь он не просто увлекался физкультурой, а был мастером спорта по акробатике, чемпионом Москвы. Эта пластика, эта выучка тела сделали его конного героя в "Свой среди чужих" живым и убедительным.
Акробат на сцене истории — идеальная метафора для актёра, который умел балансировать между ролями и эпохами.
Александр Пороховщиков: внук изобретателя танка и хозяин киностудии "Родина"
Николай Кунгуров, предгубчека — человек системы, винтик большого механизма. Александр Пороховщиков сыграл эту роль с холодной точностью, словно собирал конструкцию по чертежам.
Родился в конце января тридцать девятого в Москве, но детство его было испытанием. С трёх лет воспитывался отчимом, военным архитектором М.Н. Дудиным, которого и считал настоящим отцом.
Биологический отец исчез, когда началась чёрная полоса — репрессии коснулись деда, Александра Александровича Пороховщикова, изобретателя первого в мире танка, конструктора самолётов, одного из пионеров гатчинской авиации. История семьи — как учебник трагедий двадцатого века.
В пятьдесят четвёртом семью перебросили в Магнитогорск, куда направили отчима. Провинциальное детство, стальные заводы и уральское небо — всё это сформировало характер будущего актёра. К моменту съёмок "Свой среди чужих" Пороховщикову было тридцать пять — крепкий мужчина в расцвете сил.
Звание заслуженного артиста РСФСР пришло поздно — в феврале восемьдесят седьмого. Народным артистом РФ стал в декабре девяносто четвёртого, когда страна уже сменила название и политический строй.
Но главным достижением стало основание в восемьдесят девятом году одной из первых в СССР частных киностудий — Творческой экспериментальной мастерской «Родина», где Пороховщиков был директором.
С девяносто восьмого он преподавал актёрское мастерство в РАТИ, был художественным руководителем курса. Пятнадцатого апреля две тысячи двенадцатого Александр Пороховщиков скончался в московской больнице. Похоронен в селе Рождествено Мытищинского района рядом с матерью и отчимом — круг замкнулся, семья снова вместе.
Александр Кайдановский: Лемке-ротмистр и Сталкер
Лемке — налётчик, бывший ротмистр, человек с надломом судьбы. Александр Кайдановский сыграл его с той мрачной харизмой, что потом станет его визитной карточкой. Родился в конце июля сорок шестого в Ростове-на-Дону — южный темперамент, смешанный с интеллектуальной меланхолией.
Путь к актёрству был тернист. С шестидесятого по шестьдесят первый учился в Днепропетровском сварочном техникуме имени Патона — представьте себе будущего Сталкера со сварочным аппаратом!
В шестьдесят пятом окончил Ростовское училище искусств на курсе Михаила Бушнова. Пробовал поступить в школу-студию при МХАТ, но через месяц ушёл — не сошлись характерами.
В шестьдесят седьмом сыграл Гамлета в "Экспериментальном театре" Аксёновой-Арди. Критики отнеслись настороженно к трактовке, но признавали несомненный талант и интеллектуальность. В шестьдесят девятом окончил театральное училище имени Щукина, курс Бориса Захавы.
Личная жизнь была бурной — четыре брака. Одной из жён стала актриса Евгения Симонова, пятого ноября семьдесят шестого у них родилась дочь Зоя, впоследствии тоже ставшая актрисой. Последней супругой была молодая начинающая актриса Инна Пиварс — поженились одиннадцатого ноября девяносто пятого.
Утром третьего декабря девяносто пятого года Александр Кайдановский ушёл из жизни в Москве от третьего инфаркта. Похоронен на десятом участке Кунцевского кладбища.
Через три года, в девяносто восьмом, вышел документальный фильм "Сны Сталкера" — попытка разгадать загадку этого человека, который и в жизни, и в кино оставался загадкой.
Никита Михалков: атаман Брылов и человек, снявший самого себя
Александр Брылов, атаман, бывший есаул — роль, где режиссёр доверил себе сыграть одного из ключевых персонажей.
Никита Михалков родился двадцать первого октября сорок пятого в Москве в семье, где творчество было воздухом. Отец — поэт Сергей Владимирович Михалков, автор текстов гимна СССР и России, мать — литератор Наталия Петровна Кончаловская. Семья интеллигенции, где слово весило больше, чем деньги.
К моменту съёмок "Свой среди чужих" Михалкову было двадцать девять. Он уже набирался опыта не только как актёр, но и как режиссёр. В декабре семьдесят шестого получил звание заслуженного артиста РСФСР, в марте восемьдесят четвёртого — народного артиста.
С две тысячи семнадцатого года — художественный руководитель Государственного театра киноактера. Семейная жизнь сложилась в два этапа: первая супруга — актриса Анастасия Вертинская, вторая — Татьяна Михалкова. Дети продолжили династию: Степан стал ресторатором, Анна — актрисой, Артём — режиссёром и актёром, Надежда — актрисой.
Михалков прошёл путь от молодого бунтаря семидесятых до патриарха российского кино. И тот атаман Брылов из его собственного фильма — словно ранний автопортрет, где угадывается будущее.
Николай Пастухов: от танкиста до последнего выхода в Театре Армии
Степан Липягин, чекист — роль небольшая, но важная. Николай Пастухов, родившийся тринадцатого мая двадцать третьего в Сураже Брянской области, принёс в неё опыт человека, пережившего войну.
Ещё до войны он впервые пришёл в Театр Красной Армии, затем учился в Театральном училище имени Щепкина в сорок первом, но обучение прервалось.
В сорок втором ушёл на фронт добровольцем. Воевал в десятой танковой бригаде, после ранения — в музыкальном взводе трёхсот восьмой латышской дивизии. Война — не просто биографический факт, а стержень личности.
После победы работал в Тамбовском драматическом театре имени Луначарского.
В пятьдесят третьем вернулся в Театр Армии. Учился у Алексея Попова, вёл записи его репетиций, встреч и бесед — настоящая школа мастерства. В пятьдесят пятом сыграл первую большую роль — лётчика Алексея Мересьева в спектакле "Настоящий человек" по повести Бориса Полевого.
С пятьдесят седьмого по пятьдесят восьмой служил в театре "Современник", но в пятьдесят восьмом вернулся в Театр Армии, где выходил на сцену до две тысячи двенадцатого года, пока позволяло здоровье.
В апреле шестьдесят восьмого получил звание заслуженного артиста РСФСР, в сентябре семьдесят седьмого — народного. Двадцать третьего мая две тысячи четырнадцатого Николай Пастухов ушёл из жизни в Москве. Похоронен двадцать шестого мая на Николо-Архангельском кладбище, участок двадцать пять.
Фильм "Свой среди чужих, чужой среди своих" собрал актёров, чьи судьбы отражали эпоху. От молодых лиц семидесятых до последних дней — каждый из них прошёл свой путь сквозь советское кино, театр, жизнь. Одни ушли трагически рано, другие дожили до новой России. Но все остались в кадре — навсегда.