- Ясно-понятно, - протянула Даша, когда Катерина рассказала ей историю бегства Деда.
Выходные прошли довольно спокойно. Григорий Антонович вполне освоился в квартире и даже вышел гулять в воскресенье: Павел оказался прав, без движения Дед закисал мгновенно.
- Вот такая история, Даш. Даже не знаю, чем его еще развлечь. От культурного отдыха за пределами квартиры он пока отказывается.
- А давай мы в субботу к вам нагрянем всем составом, - предложила Дарья. - Посмотрим, как сможем поучаствовать. Дедулю я люблю. Возможно, дети его во что-то втянут… Я с ними поговорю.
- Хорошая мысль, - одобрила Катерина. - Как говорится, в любви и на войне…
- Ну, вряд ли у вас с Дедом война!
- Ты права, теперь всё мирно. Вроде договорились. Но ты сама понимаешь: для пожилого человека такой стресс - верный путь к угасанию.
- К угасанию? - фыркнула Даша. - У нашего Деда? Он от тебя еще раза три сбежит за этот месяц! Ладно, может, и не сбежит, но ровно сидеть не станет. Не тот характер.
Катерина промолчала. Она, как и Павел, была родом из деревни, в Ольдинск переехала учиться, и в деревне до сих пор жили ее родители. Катерина знала множество историй, когда волевой и бойкий человек вдруг угасал за несколько месяцев, сдавшись после какой-то, казалось бы, мелочи. Даша, при том, что мать двоих детей, еще очень молода и о старости не думает - а вот Катерина к этой самой старости приближается. Она пристально наблюдала за тем, как живут пожилые люди вокруг нее. Очень по-разному! И дело тут далеко не всегда в характере.
Неделя прошла относительно спокойно. Павел свозил Григория Антоновича в больницу на осмотр и домой в Васильевку, чтобы Дед убедился: в его драгоценном хозяйстве всё в порядке и небеса на дом не рухнули. Катерина поймала себя на циничной мысли: хорошо, что перелом Григорий Антонович заполучил зимой, летом его от сада не оторвешь. И от трактора Егорки…
В субботу заявились гости - Россы всей семьей. Катерина по этому поводу наготовила вкусностей, а дети сразу насели на Деда, которого обожали. И, судя по всему, Даша выполнила свое обещание, поговорила с Лизой и Матвеем. Внук так и вовсе с порога спросил:
- Дедушка, - он и Павла, и Григория Антоновича звал дедушками, - у меня на следующей неделе соревнования. Ты придешь?
- Какие-такие соревнования? - прикинулся непонимающим Григорий Антонович. - По бегу, что ли?
- Нет, по танцам! Я же танцами занимаюсь!
- Народными? - продолжил поддразнивать Матвея Дед, который прекрасно знал, чем внук увлекается.
- Бальными!
После того как Матвей рассказал Григорию Антоновичу все животрепещущие подробности работы с партнершей и выбора костюмов и танцевальной обуви, за дело взялась Лиза. Подсела за стол к Деду, показала ему смартфон.
- А я продолжаю свой блог вести. Давай мы и тебя для него запишем! Можем даже целый подкаст сделать!
- Лизонька, что такое подкаст? - растерялся Дед.
- О, я сейчас тебе объясню! - вдохновенно пообещала Лиза.
Даша, закончив с помощью Катерине, тоже принялась болтать с Дедом, Костя обстоятельно расспросил о здоровье. Григорий Антонович сначала не хотел на эту тему говорить, а потом пожаловался, что нет сил терпеть, пока гипс снимут. И - вот чудо! - Костя странным образом Деда успокоил, хотя, казалось бы, ничего особенного не сказал. Только то, что увы, бывают обстоятельства, в которых нужно подождать и потерпеть. А потом всё наладится. Катерина уже не раз замечала, что Костя успокаивающе действует на людей - такой уж человек!
Вечером еле разошлись. Когда Россы уехали, и Дед ушел в свою спальню, Катерина спросила у Павла:
- Как думаешь, ему стало лучше?
- Несомненно, - кивнул Лисичкин. - Папа порадовался. Как бы он ни хотел казаться суровым одиноким волком, которому никто особо не нужен, ему необходима наша поддержка. И хорошо, что нас так много - я рад, что дети подключились. Может, и выдержит он этот месяц легче, чем мы с тобой предполагали…
© Баранова А.А., 2026