Анатолию Константиновичу Омельчуку – 80! Представлять тюменцам юбиляра нет, конечно, никакой необходимости, но от традиционной в таких случаях справочной информации мы не откажемся, чтобы еще раз вместе с читателем прочувствовать масштаб его личности.
Анатолий Омельчук: русский журналист, писатель. Почетный гражданин Тюменской области, заслуженный работник культуры РФ. Член Союза журналистов и Союза писателей СССР, член Русского географического общества, член правления Евроазиатской телеакадемии, действительный член Академии российской литературы.
Хочется добавить, что в процессе знакомства с деятельностью и творчеством Анатолия Константиновича невольно приходишь к мысли о неслучайности его таланта. То есть, нередко бывает так: дается человеку авансом некий дар, а он, как умеет, им распоряжается. Один погасит в себе внутреннюю искру, другой сам от нее сгорит, а третий обуздает эту мощную стихию и сделает ярче жизнь окружающих.
Талант же Омельчука – осознанный, не спонтанный, ответственный, рожденный от интереса к жизни, к идущим вокруг процессам, к связям настоящего и прошлого, к нашим скрепам. Талант не только большого журналиста и писателя, но исследователя и учителя. Кажется, что с ним само Мироздание делится тайнами, которые до этого бережно хранило. Делится, точно зная, что доверяет их надежным рукам, которые донесут, не расплескают…
– Анатолий Константинович, что же за период такой настал в жизни – важный, юбилейный? Время ли это, когда по-новому открывается суть вещей? Или вдруг хочется оглянуться назад, оценивая уроки прошлого с позиции сегодняшнего опыта? А может, как раз сейчас ясно видится даль, и простор, и всё то, что от других пока скрыто за горизонтом?
– Я бы сказал, что наступило очень продуктивное время – время реализации забытых замыслов, время, позволяющее озвучить то важное, что собирался, но почему-то до сих пор не успел. Оно связано, скорее, не с переосмыслением, а с попыткой сформулировать для себя что-то пока остающееся неясным. Ежегодно завожу очередную толстую тетрадь – мой Задачник. Если одной на год не хватает, появляются новые тетради, и каждая делится на две части – «Незабудька» и «Радостник». В первой я записываю то, что мне необходимо или внезапно приходит на ум. Во второй события – не обязательно радостные, естественные для зрелой жизни. Ежедневно вношу туда свои мысли: могу подряд исписать несколько страниц. Вот так они и складываются стопкой: текущие дела, свершения, заблуждения – можно взять, посмотреть за любой прошедший год.
– Это правда, что вы сняли пятьсот телевизионных фильмов, посвященных Сибири и выдающимся людям, которые как-то с ней соприкасались?
– Пятьсот – всё-таки преувеличение! Давайте остановимся на цифре сто пятьдесят. Между прочим, начальникам телевидения в позднем СССР строго-настрого запрещалось заниматься творчеством. Если ты пришел на эту должность, ты чиновник, хозяйственник, вымогатель денег у нарождающихся капиталистов... Я двадцать лет проработал в Салехарде, в том числе восемнадцать обычным радиорепортером. Потом уже стал редактором, а в 1985 году – председателем Ямало-Ненецкого телерадиокомитета. А два года спустя понадобился человек, способный возглавить комитет по радиовещанию и телевидению Тюменской области. Сразу скажу: моя кандидатура была не единственная, но вполне вероятная. Меня пригласили на собеседование к первому секретарю обкома партии Геннадию Павловичу Богомякову: кто помнит, что это был за человек, тот в курсе, что условий ему никто никогда не ставил. И тут я заявляю: готов попробовать, если… Геннадий Павлович насторожился: это что тут за обдорский пацан со своими требованиями? ….Если мне будет разрешено продолжать творческую работу! И получил от Богомякова «добро», став едва ли не единственным в стране телевизионным начальником, кому подобная вольность была позволена. Это к тому, что радиопередачи и фильмы, которые я в то время делал, не входили в круг моих обязанностей. Наоборот: находились коллеги, которые ставили мне в упрек работу над ними. А, между тем, я не получил за них ни рубля гонорара. Горжусь тем, что я радиопрофессионал: за плечами, начиная с юнкорства, шестьдесят лет стажа! Моя программа «Культ личности» пережила двести выпусков, «Персона» – более тысячи, «Судьбы Сибири» тридцать три года держались на радио! Я родился на заливном берегу реки, надеюсь, что матушка Обь передала мне свою мощь в словесном творчестве.
– Действительно, как знать, учитывая, что вам подвластна проза, поэзия, публицистика... Удивляет лишь одно: откуда в вашем – таком насыщенном – рабочем графике находилось время, чтобы писать еще и книги?
– Может быть, дело в том, что книги я не пишу, а рожаю? Книги – дети. Их на сегодняшний день у меня шестьдесят девять – я счастливый многодетный отец. Иногда читатели спрашивают, в каком жанре я работаю? Отвечаю: в жанре «годового кольца». Древесный ствол подрастает за год на одно кольцо – в нем концентрируется всё, что происходило с деревом за весну-лето-осень-зиму. Так и в работе: ствол твоего миропонимания уже существует, но жизнь идет, осмысление меняется, нарастает новое… Хороший глагол: думать. Но еще более замечательный: размышлять. Думаешь – решаешь поставленную задачу. Размышляешь – приходишь к непредсказуемым выводам. Примерно так и получаются открытия. Вот, например, с Юрием Константиновичем Шафраником – в девяностые годы он был первый глава Тюменской области, затем министр топлива и энергетики, – мы одного дня рождения, и отношения у нас товарищеские. Он очень занятой человек, но каждый год выбирал время, чтобы побывать у себя на родине в селе Карасуль Ишимского района – навестить родителей. А когда родители ушли – всё равно продолжает туда ездить. Так и меня тянет в родные места. Что это, как не ген родины? Я считаю, что у человека три родителя: мама, папа и место, где ты появился на свет, это координаты твоей души. Близкие люди нас оставляют, родное место остается всегда. И ты остаешься любящим сыном своей земли со всеми вытекающими гражданскими обязанностями. Уверен, что патриотизм можно воспитать, а любовь – пробудить. Мои «Уроки родиноведения» – проект, который реализуется с медиахолдингом «Тюменская область сегодня», – как раз на это и направлены. Посмотреть цикл передач можно на нашем сайте.
Виктория ЕРМАКОВА
Полное интервью читайте в журнале «Сибирское богатство»
Мы с ним на «ты»
А чего «выкать», если столько лет знакомы. Давным-давно в нашу районку «Советское Заполярье» залетела столичная штучка – собственный корреспондент окружной (г. Салехард) газеты «Красный Север». Молодой. Высокий. Стройный. С диктофоном наперевес – предметом зависти всех провинциальных журналистов.
«Что ж вы, девочки, в «Красный Север» не пишете», – рассматривая подшивку, обратился он к нам троим, постигающим профессию.
– А зачем? – дерзнула я.
– Чтоб на булавки заработать…
Сегодня он отнекивается: «булавки… да я и слова-то такого раньше не знал»…
Кокетничает. Ему ли, выпускнику филологического факультета Томского императорского университета, не знать про весьма популярный аксессуар, используемый не только для утилитарных целей, но и в качестве украшений к дамским шляпкам, о чем время от времени упоминалось романистами.
– А каков Анатолий Константинович в быту, во саду-огороде? Помощник или просто созерцатель? Собственный дом – это же повышенная зона ответственности.
– В Тюмени есть единственная усадьба с домашней тайгой. Моя. В начале века я купил землю в пригороде Тюмени, построил (вернее, мы с сыном Костей) деревянный домик, врукопашную посадил тайгу. В ней дюжина кедров, восемь лиственниц, по десятку сосен и елок, одна ель голубая, кремлевская, три пихточки. И еще приблудная березка-самосеянка. Кедры растут медленно, а лиственницы вымахали уже аршин по десять. Пятнадцать соток планеты Земля – мои. Я честно присвоил себе и пятнадцать соток звездного небосвода – в ясные вечера пасу звезды.
Я не дачник и не огородник. Я хозяин домашней тайги, пастух звезд и планетарный помещик. И еще – дирижер стихий: Сергей Харючи (бывшее первое лицо Ямальского парламента, а также наш общий друг – Л.В.) подарил мне шаманский бубен гыдоямских ненцев.
– Толя, есть ли вопрос, который ты сам себе задавал, но так на него и не ответил?
– Я легкомысленный человек, поэтому на все вопросы отвечаю как попало. Как получается. Недавно для себя отметил: слушай, старина, ты в своей жизни не взял ни одного кредита, никогда не клянчил взаймы (трешка до получки в буйной молодости не считается). Это так случайно произошло или за этим что-то всё же скрывается? Скрывается. Жизнь без долгов – это свобода. Надейся только на себя, на свои силы, таланты и возможности. Убежден: внутренне я очень сильно свободная личность. Правда же? И знаю свое божественное предназначение и персональное поручение Творца. Стараюсь оправдать доверие.
Лариса ВОХМИНА
Полное интервью читайте в мартовском выпуске газеты «Тюменская правда»