Серей Лазарев вспомнил эпизод из службы в ГСВГ: "Всё-таки интересная штука – память! Вроде бы, помнишь многое, а вот «годы в сапогах», то есть срочная служба в армии или на флоте – отдельный, какой-то более яркий период…
Наверно, потому, что это время перехода из пацанов, живущих под опекой, во взрослых мужиков. Весной этого года исполнится 50 лет с той поры, как я демобилизовался, а память все чаще возвращает в те годы.
Маленькое предисловие – до армии, несмотря на отсутствие какого-либо музыкального образования, за исключением уличных трех аккордов, довелось мне год поиграть в школьном ансамбле (3 гитары и ударные) и год в факультетском, где у нас было 2 гитары, ионика и барабаны. Конечно, что такое Am, Dm, С и Е7 я знал, но не более.
А теперь, армейская история, как она началась. В свою воинскую часть в ГСВГ я попал после учебки, знаменитого лагеря Еланского, где за полгода из нас вылепили сержантов-радистов, и попал точно в свой день рождения.
Шестого мая забрали – шестого ноября оказался в городе Гримме. Правда, праздничного обеда для именинника не получил – так как на довольствии еще не стоял. Зато 7 ноября, в честь праздника, в нашем солдатском клубе был концерт батальонного самодеятельного ансамбля, на сцену вышли музыканты – 2 гитариста, баянист и барабанщик.
И после первой же песни мне стало ясно, что у них не хватает бас-гитары, один играл ритм, второй – соло. После концерта отпросился я у «замка» на 5 минут поговорить с музыкантами.
И вот так и попал в солдатский ВИА с более поздним названием «Честно говоря…». А название это получилось из первой фразы помощника замполита по спецпропаганде (кажется, так должность называлась) молодого лейтенанта Павловского – интересный был офицер, из «кадетов», после военно-политического училища попал в Германию.
Был ли он родственником маршала – не знаю, но, по его словам, учился играть на ударных в группе Владимира Кузьмина, и в самом деле, на барабанах показывал классные вещи, а «честно говоря» – это были его первые слова после того концерта, в смысле, что, по его мнению, это была фигня.
Репетировали мы раз или два в неделю, и за два месяца, к Новому году сделали, как нам казалось, вполне приличную программу на час с минутами. Руководителем был Валера Слепцов – зав. клубом и одновременно киномеханик, попавший в армию после культпросветучилища.
Естественно, без направляющей руки замполита не обошлось – как же без него! А замполит был колоритный – майор Игорь Иваныч Попов, гвардейского роста и с большим пузом, в которое влезало немереное количество алкоголя, причем сильно пьяным его никто не видел.
Особо он следил, чтобы в репертуаре его подопечных не было никакой иностранщины, хотя во всем Советском Союзе не было популярней Битлов, Роллингов и их последователей. В общем, отыграли мы новогодний концерт перед сотней зрителей…
В клубе были офицеры с семьями и свободные от службы срочники, и как оказалось, зрителям из наших командиров и их жен концерт понравился, и нам дали «добро» на следующие концерты: 23 февраля, 8 марта, 1 и 9 мая.
Ну, а солдатам – так любой концерт как праздник, маленький отдых от службы…
И где-то в конце мая приходит к нам в самом начале репетиции лейтенант Павловский, как всегда, просто шикарно выглядевший (всё-таки кадет!), и выдает новость: нас, в смысле офицеров батальона, приглашают на немецкий пивзавод на «Дружбу»!
А вас мы берем для разнообразия культурной программы! Я, конечно, не знаю, какие извилины сработали в голове начальника ПО дивизии, ведь в Гримме был ГДО для офицеров и прапоров, где играли на танцах вполне профессиональные музыканты, наверно, им было бы привычнее ублажать слух и наших, и зарубежных слушателей, но эта фишка выпала нам!
Думаю, что пивзавод в Германии был не самой «жирной» добычей с точки зрения офицеров штаба дивизии, вот и поощрили нашего замполита. Дали нам три дня – продумать в свободное (а когда оно было?) время программу, на репетиции – ноль, потому как служба катилась по накатанной дорожке: и наряды, и занятия никто не отменял.
Единственное, что выручало – молодняк еще не прошел КМБ, поэтому учений не было, иначе половина самоучек- лабухов могла бы оказаться на выезде.
Прямо просится сделать маленькое отступление от этой истории небольшим этюдом об офицерах – и я его сделаю. В начале 76-го года два приятеля – уже известный вам Павловский и ещё один из нашего батальона – старший лейтенант Якубовский, взводный из нашей первой роты, заказали себе у местного портного, который славился на всю дивизию, и сшили генеральские фуражки.
Ну, а поскольку их фамилии совпадали с фамилиями известных Маршалов Советского Союза, то они решили, что номер прокатит. Естессно, начали ходить в них на службу.
На их беду комдиву, в то время полковнику, присвоили лампасы, и он, изменив привычке проезжать на служебной черной «Волге» через наш КПП, стал от КПП до штаба дивизии ходить пешком, чтобы верноподданные приветствовали его в новом звании.
И утром выходят два другана из казармы, где поднимали дух личного состава перед построением на крыльцо, и попадаются на глаза генералу, который до этого мирно беседовал с майором, начальником связи дивизии, то есть вставлял ему очередных фитилей.
Это было феерическое зрелище, я был свидетелем, поскольку нелегкая вынесла меня в тот самый момент на улицу. У меня от неожиданности бляха ремня сама по себе заняла уставное место между нижними пуговицами, а пилотка с затылка переехала на уровень 2 пальца выше бровей.
Генерал взревел: - Это чьи? А поскольку он прекрасно знал, что в этой казарме только 454 Отдельный батальон связи, то майору Голикову, его попутчику, оставалось только скромно признаться – мои, товарищ генерал!
Следующие пять минут генеральской речи на бумаге передать невозможно, а вот последние слова напишу: - В МОЕЙ ДИВИЗИИ ОДИН ГЕНЕРАЛ – Я!
Вернемся к «Дружбе». Многие из вас знают, что в армии есть ПХД, и всегда это была суббота. А кто не знает – это по армейской команде: Сегодня убираем территорию. От КПП и до ужина. С лопатами я договорился, щас приедет самосвал – он вам всё объяснит!
И вот, в субботу после обеда немцы прислали за нами микроавтобус, загрузили мы нашу аппаратуру: два усилителя «Кинап» с колонками, пару уличных громкоговорителей типа «колокольчик», инструменты и поехали…
Старшим машины был Павловский. Комбат с замполитом подъехали позже, к 6 часам вечера. К тому времени мы уже отладили нашу убогую технику и были готовы к выступлению. Вот здесь пришла пора знакомиться с пивзаводом.
Начали с подвала, где в приличной холодрыге выстаивались танки с пивом – в данном случае это не оружие, а горизонтальные емкости диаметром метра два и длиной метров шесть, и в каждой из них дозревало пиво.
Танков было 24, а сортов пива завод выпускал всего два, плюс ещё два сорта лимонада. Как нам объяснили, за смену разливали 10 000 бутылочек по 0,33 литра. После этого нас провели на второй этаж, где была линия по разливу продукта…
Реальный конвейер, по которому двигалась чистая тара, а на выходе получались ящики с готовым товаром, мы там даже этикеток набрали немало – для дембельского альбома самое то! Ну, а дальше спустились на первый этаж, где у них располагались кабинеты администрации и столовая, превращенная в клуб ради мероприятия.
Когда все гости и хозяева расселись за столами, поставленными вдоль длинной стены зала, на свободное место вышел местный фольклорный (наверно, школьный) ансамбль и в сопровождении аккордеона и спел несколько песен.
В это время официанты разносили холодные закуски и второе, а также различные бутылки. На наши два столика в углу, который отвели для музыкантов, тоже принесли немало еды, и по паре бутылочек пива – видимо, комбат с замполитом подсуетились с ограничениями.
Наступило время ужина, по привычке мы быстренько разделались с ним, конечно, было очень вкусно поесть гражданской, да ещё и зарубежной еды. Понятно, что командиры пивом не ограничились…
Тут пришла пора нашего выступления, начались танцы. Естественно, офицеры были нарасхват! Минут 40 мы отыграли, запросили антракт – опять официанты засуетились, разнося напитки, и нам ещё перепало по две бутылочки.
Потом ещё минут 40 танцев, время было уже 10 вечера, завершили мы концерт. Ну, и на дорожку ещё пива попили – всего вышло по 2 литра на брата за весь вечер.
В казарму мы попали где-то через час, все было тихо-мирно, правда, заснуть после такого было трудно, так и провалялся почти до подъема…
Ну, а потом служба вернулась в свою колею. Правда, была ещё одна «Дружба», более щедрая. Если кого заинтересовало продолжение банкета, то можно почитать здесь: https://dzen.ru/a/aWweDpQT8ENbfVNN
